Доклад в рамках международной школы журналистики «Новые медиа Евразии» (Екатеринбург, УрГЭУ, 23 апреля 2014 г.).

США формируют вокруг России дорогостоящую систему военно-биологических объектов, которая, по оценкам российских отраслевых экспертов, непосредственно угрожает национальной безопасности не только РФ, но и государств, на территории которых размещены американские центры. В зоне риска также Иран и Китай.

Предыстория вопроса такова. В 1972 г. была принята Конвенция о запрещении бактериологического (биологического) и токсинного оружия (КБТО). Она не только поставила вне закона собственно биологическое оружие, Ст.1 Конвенции в принципе запретила разработку, производство и накопление биологических агентов и токсинов, не предназначенных для профилактических и иных мирных целей, а также оборудования и средств доставки для использования таких агентов и токсинов. СССР, США и Великобритания подписали КБТО 10 апреля 1972 г. К 2014 г. Конвенцию ратифицировали 170 государств, еще 13 государств подписали ее.

Согласно официальной позиции МИД РФ, изложенной в ходе обзорной конференции по КБТО в Женеве в декабре 2011 г., Конвенция формально запретила биологическое оружие, но на практике не обеспечивает всеобъемлющий режим его нераспространения в мире. 19 государств, в т.ч. такие технологически развитые союзники США, как Израиль, по-прежнему не присоединились к КБТО. Во многих странах, подписавших Конвенцию, не приняты внутренние законодательные акты по ее имплементации. Более половины государств-участников игнорируют обязанность по ежегодному предоставлению информации о своей биологической деятельности. А главное – отсутствует обязательный механизм контроля исполнения КБТО.

Разработка верификационного механизма, включающего возможность взаимных проверок, началась в 1995 г. при поддержке большинства стран-участниц КБТО. Аналогичный порядок в рамках режима нераспространения химического оружия доказал свою эффективность. Однако в июле 2001 г. уже в заключительной стадии Соединенные Штаты заблокировали эту работу и в одностороннем порядке вышли из переговоров по подписанию соответствующего протокола к Конвенции. Неприятие американской стороны вызвали в т.ч. предложения по инспекциям и установлению пороговых количеств биологических рецептур. При этом, несмотря на отказ от создания контрольного механизма, Государственный департамент США в своих докладах о контроле над вооружениями в мире периодически бездоказательно и в основном в пропагандистских целях обвиняет Россию в нарушении КБТО.

Одновременно Пентагон приступил к существенному расширению системы закрытых военных биологических объектов, в т.ч. за рубежом. Односторонние действия американцы объяснили ростом угрозы биотерроризма после рассылки писем со спорами сибирской язвы в сентябре 2001 г. Хотя до сих пор многие специалисты ставят под сомнение версию совершения этого теракта исламистами, обращая внимание на сложность изготовления и военное происхождение рецептуры «белого порошка», а также присутствие среди адресатов политических противников администрации Дж.Буша, в т.ч. сенаторов-демократов, выступавших против т.н. «Патриотического акта».

По некоторым оценкам, с 2001 г. по 2010 г. США увеличили количество биолабораторий с 20 до 400, вложив в защиту от биотерроризма 60 млрд дол. Соединенные Штаты и ранее имели опыт создания военно-биологических объектов за рубежом в Африке (Кения, Египет), Латинской Америке (Бразилия), Юго-Восточной Азии (Таиланд), а последние годы они стали открывать их в непосредственной близости от границ России. В 2010 г. Пентагоном запущен крупный лабораторный комплекс на Украине, в 2011 г. – в Грузии, а в 2015 г. ожидается ввод в строй центра в Казахстане.

 

Украина

К моменту распада СССР на Украине располагались противочумные НИИ и мощности по производству вакцин, частично вовлеченные в советскую военно-биологическую программу, но в основном действовавшие в качестве компонента уникальной гражданской системы предупреждения инфекционных заболеваний. Получив независимость, Украина присоединилась к КБТО в качестве независимого государства, юридически отказавшись от использования этой инфраструктуры в запрещенных целях.

В августе 2005 г. представители США достигли с новым руководством Украины, пришедшим к власти в результате «оранжевой революции», договоренности о переоснащении оставшихся в стране биологических объектов. Эти договоренности были включены в качестве отдельного направления в обновленный пакет соглашений по сотрудничеству Украины и США в рамках американской программы «Совместного сокращения угрозы» (Cooperative Threat Reduction, CTR). Программа CTR принята в Соединенных Штатах в 1991 г., имеет неофициальное название «Нанна-Лугара» (по фамилиям ее инициаторов – сенаторов Сэмьюэла Нанна и Ричарда Лугара) и формально ставит целью ликвидацию остатков ОМУ в постсоветских государствах. Основным исполнителем программы выступает Пентагон (Агентство МО США по сокращению военной угрозы, DTRA), действующий в сотрудничестве с Государственным департаментом и министерствами энергетики и торговли США. В 1990-е годы усилия этих ведомств на Украине были сосредоточены в основном на уничтожении и вывозе ядерного оружия, однако затем они стали уделять все больше внимания также биологической составляющей CTR – Программе сокращения биологической угрозы (Biological Threat Reduction Program, BTRP).

Подписание «биологического» соглашения между Пентагоном и Минздравом Украины лоббировал лично сенатор Ричард Лугар. Судя по материалам Wikileaks, в этом вопросе на Украину оказывалось сильное внешнее давление. В августе 2005 г. Р.Лугар посетил Киев и Донецк в рамках турне по постсоветским странам, включавшего также Россию и Азербайджан. В этой поездке сенатора сопровождал будущий президент США Барак Обама, для которого она стала первым международным визитом такого уровня. В т.ч. Б.Обама посетил Центральнуэ СЭС в Киеве, а в Азербайджане принял участие в переговорах о передаче образцов местной коллекции штаммов (более 60 наименований) в США. Последовавшее сближение двух политиков уже позже дало повод американским комментаторам рассматривать Р.Лугара как потенциального претендента на должность госсекретаря в демократическом кабинете Б.Обамы, несмотря на его принадлежность к республиканской партии. Однако главой внешнеполитического ведомства Р.Лугар, являющийся сторонником вхождения Украины в НАТО, так и не стал. Вместе с тем, он, как считается, оказал сильное влияние на внешнеполитические взгляды 44-го президента США, а его биологические проекты обеспечены поддержкой действующей американской администрации.

Помимо Агентства по сокращению военной угрозы МО США и сенатора Р.Лугара, реализация американской биологической программы на Украине возложена также на Национальный центр медицинской разведки США (National Center for Medical Intelligence, NCMI). Эта структура расположена в Форт Детрике (шт.Мэриленд), входит в состав Управления военной разведки Пентагона (Defense Intelligence Agency, РУМО) и отвечает за сбор сведений о гражданских и военных биологических разработках и возможностях фармацевтической промышленности других государств.

Юридические документы, инициирующие военно-биологическую программу США на территории Украины, были подписаны в 2005-2009 гг. Среди них Соглашение о сотрудничестве между Минздравом Украины и МО США от 29.08.2005 г., План предоставления американской технической помощи Минздраву Украины от 25.09.2008 г. и Концепция развития «Проекта сокращения биологической угрозы» от 22.10.2009 г. Этими актами предусмотрено оснащение на Украине к 2014 г. двух Центральных рефренс-лабораторий (основной и временной) и перемещение в них всех частей украинской коллекции опасных штаммов, а также оснащение еще 29 менее крупных станций, в т.ч. лабораторий при областных СЭС. Общий запланированный объем финансирования программы – более 183 млн дол.

Официально целью работ было объявлено усиление безопасности украинских лабораторий в условиях террористической угрозы и опасности распространения биологического оружия. Однако многие украинские специалисты сразу поставили под сомнение заявленные цели. В ноябре 2009 г. в письме главному санитарному врачу Украины А.Беловолу начальник государственной противочумной станции в Симферополе профессор А.Хайтович подчеркнул, что предложенная американцами концепция, с одной стороны, ведет к частичной утрате суверенитета Украиной (в части обеспечения собственной биологической безопасности), а с другой, к необоснованному разрастанию объемов «грязных» работ с опасными патогенами на всей территории страны (например, работы с чумой должны будут производиться в 13 учреждениях вместо 2-х).

В октябре 2008 г. тендер МО США на модернизацию украинских биологических объектов на сумму 175 млн дол. выиграла американская инженерная корпорация Black & Veatch из г.Оверленд-Парк (шт.Канзас). Компания, которая с 1993 г. выполняет контракты DTRA в странах бывшего СССР, в 2005 г. открыла представительство в Киеве по адресу ул.Жилянская д. 5/60 оф.1. Возглавил украинское отделение Мэтью Вебер, ранее работавший в России. Украинские СМИ среди подрядчиков биологических объектов США на Украине называют также компанию «Холтек-Украина», которую возглавляет американец Аслани Камран.

15 июня 2010 г. в присутствии посла США на Украине Джона Теффта (с апреля 2014 г. посол США в России) был открыт первый комплекс – Временная центральная референс-лаборатория (ЦРЛ) на базе Научно-исследовательского противочумного института им. И.И. Мечникова в Одессе. По американской четырехуровневой классификации, объекту, стоимость которого  была оценена в 3 млн дол., присвоен уровень Biosafety Level 3 (BSL-3), допускающий работы со штаммами смертельно опасных для человека вирусов и бактерий, пригодными для использования в качестве биологического оружия. В Одессу по требованию американцев, были перемещены все части украинской коллекции эндемичных штаммов, где представители США получили к ним прямой доступ, несмотря на то, что с советских времен на Украине практиковалась их децентрализованное хранение. Именно консолидация коллекции в ЦРЛ было одним из ключевых требований американской стороны.

К 2013 г. американцами переоснащены объекты в Виннице, Тернополе, Ужгороде, Киеве, Луганске, Днепропетровске, Симферополе и Херсоне, а во Львове открыты сразу три лаборатории.

Тем не менее, в реализации американской биологической программы были отмечены явные сбои. Во-первых, не все планы выполнены в срок, в т.ч. ввиду явного недофинансирования. Не построена постоянная ЦРЛ. Хотя рассматривались три варианта ее размещения: строительство отдельного здания под Киевом; оборудование ЦРЛ в Центральной СЭС в центре Киева; наделение постоянным статусом временной ЦРЛ в Одессе.

Во-вторых, оснащение украинских объектов сопровождалось скандалами с растратой средств и давлением американских дипломатов на украинские медицинские учреждения. В 2010-2011 гг. по поручению СБУ комиссия во главе с и.о. начальника управления капитального строительства МО Украины А.И. Илюхой провела обследование лабораторий во Львове, Одессе, Виннице и Симферополе. Комиссия выявила многочисленные факты грубого нарушения норм безопасности при реконструкции объектов, способные привести к уничтожению или утечке штаммов опасных инфекций (в частности, в устройстве систем вентиляции, герметизации и сейсмоустойчивости). Например, на одном из объектов вытяжная вентиляция выходила на близлежащий детский садик. В мае 2012 г. выводы группы А.И. Илюхи были подтверждены повторной межведомственной комиссией, направленной вице-премьер-министром Украины В.И. Хорошковским.

Стоимость инженерно-строительных работ в отдельных случаях оказалась завышенной на 40-60%, а украинские подрядные организации, выступающие партнерами Black & Veatch («Макрохим», «РК-Центр ЛТД» и «Укрпрофмед»), аффилироваными с интересами местных чиновников. Последнее подтверждается материалами уголовного дела 2010 г., возбужденного на сотрудника отдела международных связей и евроинтеграции Минздрава Украины А.О. Хованского.

Несмотря на грубейшие нарушения техники безопасности в ходе переоснащения лабораторий, посольство США (в лице начальника отдела уменьшения угроз Луки Клучко) в ультимативной форме требовало от их руководства подписать документы о приемке.

Дополнительно Соединенные Штаты организовали тренинги украинских специалистов в американских военно-медицинских институтах и наладили с ними информационный обмен. Были выделены гранты для проведения на Украине биологических, в т.ч. экспедиционных исследований, например, с целью составления карт распространения туляремии и сибирской язвы и изучения миграции переносчиков инфекций. Гранты распределяются в частности через Украинский научно-технологический центр в Киеве. Этот Центр был создан в 1995 г. для финансирования исследовательских работ бывших советских ученых и инженеров, ранее занятых в ОПК, и финансируется в основном США. Его аналог в России закрыт в 2012 г.

Показательно, что партнерами украинских ученых по грантовым программам значатся такие крупные военно-биологические учреждения США как Медицинский научно-исследовательский институт инфекционных болезней армии США (United States Army Medical Research Institute of Infectious Diseases, USAMRIID) в г. Форт Детрике; Армейский исследовательский институт им. Уолтера Рида (Walter Reed Army Institute of Research); Подразделение медицинских исследований ВМС США №3 (Naval Medical Research Unit №3).

Значительная часть получателей американской грантовой помощи на Украине и других заинтересованных лиц в результате поддержала расширение военно-биологической деятельности США в республике (среди них, называют главврача Центральной СЭС Минздрава Л.С. Некрасову и эксперта аппарата СНБОУ А.К. Доценко).

Также в рамках Программы сокращения биологической угрозы в государственных учреждениях Украины американцами внедрена электронная система мониторинга за распространением инфекционных заболеваний, которая передает данные напрямую в США, минуя Минздрав Украины.

В 2013 г. в вопросе дальнейшей реализации американцами биологических проектов на Украине образовался правовой вакуум. 31 мая 2013 г. истек срок базового соглашения между Пентагоном и Минздравом Украины «О сотрудничестве в области предотвращения распространения патогенов, технологий и знаний, которые могут быть использованы при разработке биологического оружия» от 29.08.2005 г. А 31 декабря 2013 г. истек срок рамочного межгосударственного договора по программе «Нанна-Лугара» от 25.10.1993 г. Правительство В.Януковича приостановило подписание нового документа в биологической сфере до более детального изучения вопроса, хотя Соединенные Штаты настаивали на продлении программы до сентября 2017 г..

После государственного переворота в Киеве в феврале 2014 г. и прихода к власти лояльного Западу правительства, вероятно, биологические проекты США на Украине будут продолжены. Исключение составит территория Крыма, где противочумная станция в Симферополе перешла под контроль России. Вместе с тем, очевидно, что в условиях слабой управляемости, роста преступности и национализма на Украине со стороны России требуется особое внимание в вопросам обеспечения безопасности лабораторий, в которых ведутся работы с опасными патогенами, особенно на западе страны.

 

Грузия

Активизация военно-биологической программы США в Грузии последовала за государственным переворотом 2003 г. и приходом к власти правительства М. Саакашвили.

ЦРЛ в Грузии была открыта в марте 2011 г. и получила название «Центра исследования общественного здоровья (ЦИОЗ) им. Ричарда Лугара». ЦИОЗ им. Ричарда Лугара получил по американской классификации уровень (BSL-3). Его общая площадь 2,5 тыс. м2 (общая площадь участка около 8 тыс. м2). На реализацию военно-биологической программы в Грузии американской стороной было выделено 150 млн дол. Территориально ЦРЛ разместилась в поселке Алексеевка, рядом с международным аэропортом Тбилиси.

Дополнительно к 2013 г. в Грузии была сформирована система из более чем 20 региональных центров и лабораторий, собирающих на местах биологический материал и первичные статистические данные в интересах ЦИОЗ.

Численность персонала ЦРЛ оценивается в 50 научных работников, среди которых присутствуют военные биологи США. В настоящее время главой лабораторного комплекса является Гиорги Маглакелидзе, а в прошлом этот пост занимала бывший глава республиканской службы разведки Анна Жвания.

19 июля 2013 г. МИД России выразил серьезную озабоченность по поводу биологической деятельности Минобороны США вблизи российских границ. Также летом 2013 г. руководитель Роспотребнадзора РФ Геннадий Онищенко публично заявил о том, что американская лаборатория в Грузии занимается активными наступательными программами против России. Многие российские эксперты указали, что именно ЦРЛ в Грузии является наиболее вероятным источником аномальной вспышки африканской чумы свиней в южных и центральных областях России в 2012-2013 гг. По крайней мере, было установлено, что работы с этой инфекцией велись в ЦИОЗ, а на территорию России она была занесена из Грузии (где вспышка заболевания зафиксирована в 2007 г.).

Бывшим советником президента М. Саакашвили Джеффри Сильверманом в западной прессе была оглашена информация о том, что в ЦИОЗ с 2011 г. ведутся эксперименты с участием американских специалистов по созданию биологического оружия на основе сибирской язвы, чумы, кори и «свиного гриппа». Однако достоверных подтверждений эти данные не имеют. В официальных заявлениях ЦИОЗ лишь косвенно упоминалась работа над штаммом африканской чумы свиней. Кроме того, на ведение исследований секретного и военного характера может указывать тот факт, что почти за 3 года работы ЦИОЗ его сотрудниками не выпущено сколь-нибудь значимых научных работ по исследуемой тематике.

После протестов российской стороны летом 2013 г. ЦИОЗ был ликвидирован как отдельный субъект права и включен в состав Национального центра контроля заболеваний Грузии. Корпус ЦИОЗ был открыт для проведения экскурсий. Однако полноценных инспекционных поездок с участием специалистов в ЦИОЗ до сих пор не проводилось. Также ЦИОЗ по-прежнему получает гранты на ведение исследований от оборонных структур США, причем в целях выполнения работ из Соединенных Штатов сюда доставляется специальное исследовательское оборудование.

 

Казахстан

Строительство Центральной референс-лаборатории в Казахстане началось в 2010 г. на базе бывшего Алма-Атинского противочумного НИИ, а ныне Казахстанского научного центра карантинных и зоонозных инфекций в Алматы (КНЦКЗИ). Ввод в строй объекта назначен на 2015 г.

Стоимость объекта составит 102-108 млн дол. Подрядчик – американская корпорация AECOM. Предполагаемое число сотрудников (как заявлялось на начальном этапе работ) может достичь 250 человек (что на 80 человек больше текущего штата КНЦКЗИ).

Посольство США в РК и руководство КНЦКЗИ активно поддерживают проект. С американской стороны его лоббируют те же структуры, что и в других постсоветских странах (сенатор Р.Лугар, Агентство Пентагона по сокращению военной угрозы и др.).

Предположительно, как и в других странах бывшего СССР, строительство комплекса в Алматы сопровождается растратой средств и перебоями с американским финансированием, на что косвенно указывает перенос сроков сдачи объекта.

Выдвигаются предположения, что будущую лабораторию может возглавить Канатжан Алибеков, также известный как Кен Алибек, человек с довольно противоречивой репутацией. Это бывший советский военный микробиолог, который занимал руководящие должности на военном биологическом заводе в Степногорске. В начале 1990-х гг. он эмигрировал в США, где раскрыл детали военно-биологической программы СССР и получил американское гражданство. Семья постоянно проживает на базе в Форт Детрике. Многие бывшие коллеги К.Алибекова, которые предпочли остаться в России и Казахстане, назвали его поступок предательством. В 2010 г. К.Алибеков вернулся в Казахстан, где возглавляет кафедру в «Назарбаев Университете» и является председателем правления АО «Национальный медицинский холдинг». В начале 2014 г. отметился в прессе тем, что предложил организовать в Казахстане лечение от рака российской певицы Жанны Фриске.

В ЦРЛ будут поступать и обрабатываться данные с зональных биологических станций, также профинансированных США в различных регионах РК. Открытие одной из них, стоимостью 5,6 млн дол., запланировано уже на 2014 г. в поселке Отар (на базе бывшего советского НИИ сельского хозяйства). Также, по планам, ЦРЛ в Алматы должна будет готовить кадры для всего региона ЦА.

Ранее предполагалось, что ЦРЛ в Алматы будет тесно взаимодействовать с биологическим лабораторным комплексом в Бишкеке, который правительству соседней Киргизии в 2010 г. предложила построить Канада. Союзник США по НАТО планировал вложить в проект 60 млн дол., однако против размещения объекта в центре столицы (в Ботаническом саду) выступила местная общественность, в результате чего переговоры были заморожены.

 

 

Риски и контрмеры

 

Таким образом, США формируют вокруг России масштабную и дорогостоящую систему закрытых военно-биологических объектов (которую в прессе окрестили «биоПРО»). Базовые ЦРЛ США, дополненные сетью менее крупных зональных станций, с 2010 г. действуют на Украине, с 2011 г. – в Грузии, а в 2015 г. планируется открытие ЦРЛ в Казахстане. Канадой предпринималась попытка создания лаборатории в Киргизии. В отдельные программы сотрудничества с Соединенными Штатами в военно-биологической сфере вовлечены также Армения, Азербайджан и Узбекистан.

Несмотря на заявленное США гражданское назначение лабораторий, не исключена возможность их использования во враждебных целях. Опасения вызывают следующие обстоятельства:

– Все объекты оснащаются на средства Министерства обороны США.

– Их стоимость (на Украине – свыше 175 млн дол., Грузии – 150 млн, в Казахстане – более 100 млн дол.) существенно выше стандартных затрат на подобные гражданские учреждения и указывает на возможное размещение дорогостоящего оборудования двойного назначения.

– Число сотрудников (50-250 человек) превышает персонал, необходимый для обслуживания гражданских лаборатории с заявленными целями.

– Руководителями объектов назначаются лица из числа лояльных Вашингтону военных или сотрудников спецслужб (ЦРЛ в Тбилиси ранее возглавляла шеф грузинской разведки А. Жвания). В Казахстане не исключено назначение на пост директора будущей ЦРЛ бывшего советского биолога К.Алибекова, которого многие коллеги называют перебежчиком.

– ЦРЛ размещаются в крупных городах (в Одессе, близ международного аэропорта Тбилиси, в пределах городской черты Алматы). Их нахождение в сейсмоопасных районах, поблизости от жилых кварталов и больших транспортно-логистических узлов необоснованно с точки зрения безопасности, но целесообразно для осуществления подрывной деятельности.

– ЦРЛ функционируют в закрытом режиме, укомплектовываются в т.ч. иностранным военным персоналом, а представители местного гражданского здравоохранения зачастую не имеют к ним прямого доступа.

– Американские военные проявляют интерес к странам с относительно благополучной эпидемиологической обстановкой, но расположенным вблизи границ основных геополитических конкурентов США, хотя обычно вспышки опасных инфекций фиксируются в Африке и Южной Азии и других удаленных от республик бывшего СССР регионах.

По оценкам российских отраслевых экспертов, система лабораторных комплексов по периметру границ России позволит Пентагону решать следующие задачи:

– собирать информацию о территориальных микроорганизмах для создания нового поколения высокоэффективных наступательных биологических вооружений против РФ, а также Ирана и КНР (действующих с учетом местных климатических условий, особенностей флоры и фауны, каналов распространения патогенов и т.д.)

– проводить диверсионные операции, направленные на нанесение ущерба экономике (уничтожение поголовий скота, дискредитацию продукции на мировых рынках) и человеческому потенциалу России (снижение иммунитета, способности к воспроизводству и т.д.). По всем признакам, одной из первых таких диверсий могла быть вспышка в 2012-2013 г. африканской чумы свиней на Юге и в Центре России (атипичная устойчивость к условиям северных широт могла быть привита вирусу в американской ЦРЛ в Грузии). Причем о решительности США говорит тот факт, что подобные операции они практикуют не только за океаном, но и в непосредственной близи от собственных границ на Кубе.

– проводить на местности испытания биологических агентов, отслеживая их вирулентность, пути распространения и другие свойства применительно к области потенциального применения.

– усиливать зависимость России, КНР и Ирана от продукции западной фармацевтической индустрии, в т.ч. предлагая лекарственные препараты от заболеваний, искусственно синтезированных или модифицированных с помощью сети ЦРЛ.

– обходить ограничения, налагаемые КБТО 1972 г., отказывая иностранным инспекторам в доступе к объектам за пределами национальной территории; не опасаться протестов американской общественности и последствий нарушения американского законодательства в данной сфере.

Появление ЦРЛ в Казахстане еще более усилит возможные риски, учитывая свободные транспортные и товарные потоки в рамках ТС, трудовую миграцию, пути движения животных и птиц, воздушных масс, трансграничные реки. Ситуация будет усугубляться наличием в Казахстане и Киргизии природных очагов сибирской язва и чумы (в августе 2013 г. в Киргизии впервые с 1981 г. от нее умер подросток).

Наконец, обеспокоенность вызывает само отношение части американских элит к биологическим технологиям как к перспективному политическому инструменту. В одном из программных документов сентября 2000 г. влиятельной американской НПО «Проект «Новый американский век», действовавшей в Вашингтоне с 1997 по 2006 гг. и оказавшей воздействие на идеологию и военную политику администрации Дж. Буша, указывалось: «…продвинутые виды биологического оружия, способные воздействовать на конкретный генотип, могут перевести биооружие из сферы террора в область полезного политического инструментария». Заявление о принципах этой организации в 1997 г. подписали многие консерваторы и члены будущего республиканского правительства, которые начали реализовывать проект «БиоПРО», в т.ч. вице-президент США Дик Чейни и министр обороны Дональд Рамсфелд (а также президент Всемирного банка Пол Вулфовиц, философ Фрэнсис Фукуяма и др.).

С учетом сказанного, участникам ОДКБ и другим заинтересованным странам, важно добиваться максимально возможной прозрачности в деятельности уже существующих и строящихся биологических объектов США у своих границ. Пресс-конференции для журналистов в Казахстане и экскурсии для граждан в Грузии необходимы, но недостаточны, поскольку не дают полного представления о реальном предназначении американских лабораторий: требуются полноценные инспекции с участием специалистов, что в полной мере соответствует самому духу КБТО, к которой, например, Казахстан присоединился в 2007 г.

Необходимо широко информировать общественность и руководство стран-реципиентов американской помощи об угрозах размещения ЦРЛ, в т.ч. в средствах массовой информации. Если Киев и Тбилиси пошли на сотрудничество с США в военно-биологической сфере в период пребывания у власти лояльных Вашингтону правительств, то Астана, предположительно, недооценила риски, исходящие от данной программы. Интерес к теме со стороны СМИ в феврале 2014 г. уже заставил публично отказать проекту в поддержке акима Алматы А.Есимова.

В среднесрочной перспективе целесообразно разработать и принять соглашение о мерах биологической защиты в рамках ОДКБ, ставящее под контроль деятельность военных биологов третьих стран (и работы в их интересах) на территории государств-участников и предусматривающее механизм верификации. Дополнить соответствующими нормами правовую базу ТС-ЕЭП и разрабатываемые документы ЕЭС.

Совершенно необходимо расширить сотрудничество с КНР и Ираном в вопросах биологической защиты, в частности наладить обмен информацией об общих угрозах и совместные дипломатические шаги в этой сфере, например, в рамках ШОС;

Наконец, можно было бы рассмотреть возможность предоставления Казахстану и другим заинтересованным странам альтернативной технической помощи со стороны России по оборудованию биологических станций с целью их совместной эксплуатации.