На Украине 4–5 июня 2015 года состоялся V Поместный Собор раскольнической «Украинской Автокефальной Православной Церкви» (УАПЦ), на повестке дня которого стоял вопрос выборов нового предстоятеля Церкви и возможного объединения с другой раскольнической структурой – «Украинской Православной Церковью Киевского Патриархата» (УПЦ КП).

С первым вопросом было все более-менее понятно. «Митрополит» Макарий, после смерти в феврале 2015 г. главы УАПЦ «митрополита» Мефодия Кудрякова был избран местоблюстителем «Автокефальной Церкви» и являлся основным кандидатом на пост предстоятеля. Впрочем, существовал вариант выбора в качестве главы УАПЦ представителя украинской диаспоры США. Наиболее вероятной кандидатурой рассматривался Даниил (Зелинский), епископ Памфилийский – правящий архиерей Западной епархии Украинской Православной Церкви США, которая находится в юрисдикции Константинопольского Патриархата. С учетом междоусобных распрей в епископате УАПЦ, особенно проявившихся при выборе местоблюстителя, еп. Даниил, будучи выходцем из Западной Украины, вполне мог стать фигурой, которая устроила бы все противоборствующие стороны в УАПЦ. Попытки канонически «легитимизировать» УАПЦ посредством заокеанских иерархов, находящихся в юрисдикции Вселенского Патриархата предпринимались и ранее, например в 2000 г.[1] Однако, как и 15 лет назад,  подобный сценарий не был разыгран – главой УАПЦ был избран «митрополит» Макарий Малетич.

Вопрос возможного объединения двух раскольнических «церквей» Украины накануне Собора породил многочисленные дискуссии и обсуждения в медиа и блогосфере.

Еще в апреле 2015 года «митрополит» Макарий Малетич и Синод УАПЦ призвали УПЦ КП к объединению, на что было получено согласие лидера УПЦ КП. УАПЦ выдвигала два условия для объединения с Киевским Патриархатом: 1) объединенная Церковь должна называться «Украинская Автокефальная Церковь Киевский Патриархат»; 2) в новой Церкви епархии УАПЦ сохраняются со своими правящими  архиереями в административных границах, существующих на момент объединения.  Данные меры предосторожности, как бы не раствориться в «филаретовской» структуре, объяснимы не только малочисленностью УАЦП по сравнению УПЦ КП (около 1200 приходов УАПЦ против 5000 приходов УПЦ КП), но и несравненно большим политическим, финансовым и информационным ресурсом Филарета.

Помимо УПЦ КП и УАПЦ в создании Поместной Церкви заинтересованы власти страны, которые оказывали давление на УАПЦ, подталкивая ее на сближение с Филаретом.

Через три дня после Собора, 8 июня в Киеве состоялось заседание совместной комиссии УАПЦ и УПЦ КП, на котором было принято решение инициировать процесс объединения двух структур в Поместную Церковь. Окончательное решение о созыве Объединительного Собора, проведение которого запланировано на 14 сентября,  Архиерейский Собор УАПЦ и Синод УПЦ КП должны принять  до 30 июня 2015 г.

Как на соборе УАПЦ 4–5 июня, так и в ходе работы комиссии 8 июня присутствовали делегаты Вселенского Патриархата – епископ УПЦ США Даниил (Зелинский) и епископ УПЦ Канады Иларион (Рудник). Присутствие клириков Вселенского Патриархата во время заседания комиссии выделяет данную попытку объединения раскольников из числа остальных, предпринимавшихся ранее.

Именно на Вселенский Патриархат УАПЦ и УПЦ КП возлагают особые надежды, как на средство выхода из канонической изоляции. Собор УАПЦ прямо призвал Вселенского Патриарха Варфоломея I вмешаться в ситуацию, и принять УАПЦ под свой омофор «как митрополию на правах самоуправления, которое она имела до присоединения к Московской Патриархии в 1686 г.» [2]  В апреле 2015 года премьер-министр Украины А.Яценюк официально напомнил Патриарху Варфоломею I, что Константинопольский Патриархат, как «Матерь-Церковь» украинского православия, должен способствовать в преодолении церковного раскола[3].

Константинопольский Патриархат, движимый желанием добиться безапелляционного первенства в семье православных церквей, узурпировал право арбитража в юрисдикционных спорах и регулярно вмешивается во внутренние дела других поместных церквей. Начиная с 90-х годов прошлого столетия Патриарх Варфоломей I систематически заявляет о своих притязаниях на церковные приходы Украины. УПЦ Канады и УПЦ США, и по настоящее время декларирующие свою преемственность с «самосвятской» УАПЦ  формации 1921 года, были приняты под омофор Вселенского Патриархата в 1989 и 1995 годах на фоне усугубляющегося на Украине церковного раскола и с тех пор стали едва ли не основным средством реализации интересов Фанара в регионе.

В ответном письме А.Яценюку Патриарх Варфоломей I выразил готовность воспользоваться правом «особого служения и исключительной ответственности», которым наделен Вселенский Престол «канонами и церковным порядком Православной Церкви» [4]. Характерно, что еще в апреле 2014 года Патриарх Варфоломей I в «пасхальном послании народу Украины» выразил надежду, что до начала Всеправославного Собора, который должен состояться в Стамбуле весной следующего года, все церковные разделения на Украине будут преодолены. [5]

Объединение раскольников – одно из условий для вмешательства Вселенского Патриархата. Если 14 сентября Объединительный Собор УАПЦ и УПЦ КП приведет к возникновению новой церковной структуры, вполне возможен вариант «признания» «объединенной церкви» со стороны Константинополя, что будет означать создание на канонической территории Русской Православной Церкви параллельной юрисдикции. О подобном варианте «канонической альтернативы» намекал еще в феврале 2015 года предстоятель УПЦ Канады митрополит Юрий (Калищук).  Даже в случае присоединения к «признанным» Константинополем раскольникам проавтокефалистски настроенного крыла в канонической УПЦ МП [6], данный ход развития событий приведет не к объединению православных Украины, но к дальнейшему усугубления раскола.

Однако объединение может и не состояться. Слишком много противоречий существуют между двумя непризнанными мировым Православием Церквями: личная неприязнь епископата [7], реальная возможность «поглощения» и «растворения» УАПЦ в УПЦ КП, амбиции лидеров двух структур на должность главы Церкви  и т.д. Очевидно одно – грязная информационная война и политическое давление на каноническую УПЦ МП будет продолжаться.


[1] В феврале 2000 года после смерти главы УАПЦ «патриарха» Дмитрия Яремы, одним из кандидатов на «патриарший престол» был предстоятель УПЦ США – митрополит Константин (Баган). Шансы митрополита Константина повышало завещание Яремы, в котором он призывал клириков УАПЦ переходить в УПЦ США. Однако преемником Яремы стал в сентябре 2000 года провластный кандидат, поддерживаемый президентом Украины Л.Кучмой «митрополит» Мефодий Кудряков.

[2] Звернення V Помісного Собору Української Автокефальної Православної Церкви до Його Всесвятості, Всесвятійшого Варфоломія І, Архієпископа Константинопольського і Нового Риму, Патріарха Вселенського // http://uaoc.lviv.ua/index.php?id=28&tx_ttnews%5Btt_news%5D=145&cHash=aabf2b6f902e88b623abc2f6c4e7ed6a

[3] http://www.uocc.ca/en-ca/news/releases/PMUkraineLetter.pdf

[4] http://www.uocc.ca/en-ca/news/releases/PMUkraineLetterPatriarchalResponse.pdf

[5] Message By His All-Holiness to the Devout Ukrainian People on the occasion of the Triumphal Entry of our Lord Jesus Christ into the Holy City of Jerusalem // http://www.patriarchate.org/documents/patriarchal-message-palmsunday-2014

[6] Речь идет о группе духовенства во главе с митрополитом Александром (Драбинко)

[7] Примечательно, что обращение Поместного Собора УАПЦ к украинскому народу содержало не только заявления антироссийского характера, но и обвинения в адрес УПЦ КП в попытках «присвоить столетнюю мученическую историю нашей церкви и опорочить ее деятельность в суверенной Украине» (Звернення V Помісного Собору Української Автокефальної Православної Церкви до українського народу // http://patriarchia.org.ua/?p=3233)