Переговоры госсекретаря США Джона Керри с президентом России Владимиром Путиным и министром иностранных дел РФ Сергеем Лавровым состоялись 16 декабря с.г. Главной темой переговоров стала Сирия. По их итогам глава американского внешнеполитического ведомства заявил, что «США готовы работать с Россией для того, чтобы вести борьбу с «Исламским государством» (ДАИШ, ИГИЛ, ИГ). Визиту Дж. Керри в Москву предшествовало обращение президента США Барака Обамы к нации из овального кабинета Белого дома, что последовало за терактом в Сан-Бернардино в начале декабря и в котором американский лидер подтвердил намерение уничтожить ИГИЛ.

В этой связи возникает вопрос: реальна ли решимость Соединенных Штатов вести войну с ДАИШ, тем более совместно с Россией, или за пафосом выступления Б.Обамы вновь последуют «выстрелы в воздух» (например, в виде тысяч авиаударов возглавляемой Вашингтоном международной коалиции в Сирии и Ираке, загадочным образом не достигающих своей цели)? Хотелось бы рассчитывать на создание действительно широкого многонационального фронта по борьбе с международным терроризмом, но факты заставляют усомниться в том, что Соединенные Штаты на деле в этом заинтересованы.

Ежегодно авторитетный западный аналитический центр «Институт экономики и мира» в сотрудничестве с Университетом Мэриленда подсчитывает «Индекс глобального терроризма», охватывающий 162 страны. По данным исследования, наибольшая в мире постоянная террористическая опасность исходит от двух государств – Ирака и Афганистана, в каждом из которых она многократно возросла после вторжения туда американских войск.

В Ираке в 2014 г. совершено самое большое в истории страны количество террористических нападений (3370), погибло 9929 человек. Для сравнения за пять лет (1998-2002 гг.) в Ираке Саддама Хусейна от рук террористов погибло всего 65 человек.

В Афганистане в 2014 г. в 1591 теракте убито 4505 человек, в основном сотрудников местной полиции и военных. Год завершения операции «Несокрушимая свобода», таким образом, стал самым кровавым для афганских силовиков.

В целом за 2014 год число жертв терроризма в мире выросло сразу на 80% до 32685 чел. Абсолютный рекорд за 15 лет наблюдений, в течение которых показатель увеличился десятикратно (с 3329 чел). Более половины всех жертв приходится на страны, где Соединенные Штаты в последние годы вмешивались во внутренние дела (Ирак, Афганистан, Ливия, Сирия).

При этом на государства западного мира с 2000 г. в совокупности пришлось только 2,6% смертей от терроризма, в подавляющем большинстве случаев (исключая «11 сентября») от рук одиночек, не связанных с транснациональными исламистскими группировками.

Чем же в действительности является терроризм во внешней политике США – угрозой, инструментом или следствием? Если угрозой, почему тогда действия американской администрации ведут к противоположным результатам? Ведь тот факт, что террористический бум является продуктом политики Вашингтона на Ближнем Востоке, признают многие даже в высших эшелонах власти на Западе. В интервью немецкому Der Spiegel в ноябре 2015 г. начальник Разведывательного управления Министерства обороны США в 2012-2014 гг. генерал-лейтенант Майкл Флинн назвал вторжение в Ирак и Ливию ошибками, которые привели к появлению ИГИЛ и развалу государства. Месяцем ранее в аналогичном духе высказался экс-премьер Великобритании Тони Блэр – основной европейски союзник США во время войны с Багдадом в 2003 г.

Получается, что, финансируя тренинги и поставки оборудования контртеррористическим ведомствам многих стран, американцы одновременно своими интервенциями разжигают по периметру их границ очаги конфликтов, продуцирующие все новую и новую нестабильность, а вместе с ней и террористическую угрозу. Такая политика в конечном счете не способствует решению проблемы, а напротив делает ее масштабнее и острее.

Может быть, поэтому, согласно последним опросам Wall Street Journal и телеканала NBC, в решимость Б. Обамы и эффективность американских мер по борьбе с ДАИШ не верит большинство его соотечественников. Тогда стоит ли верить в это руководству России? Ответ кажется очевидным: лучше опираться на собственные силы, русскую дипломатию, армию и флот, доказавшие высокий профессионализм в ходе операции ВКС в Сирии.