Трехсторонние переговоры между Россией, Турцией и Ираном состоялись 20 декабря в Москве. В центре внимания была ситуация в Сирии и пути ее урегулирования. Примечательно, что консультации одновременно шли на двух уровнях – министров иностранных дел и обороны.

Участники встречи, проходившей на фоне трагической гибели в Анкаре посла России А.Г.Карлова, подтвердили солидарность в вопросе борьбы с терроризмом, приверженность стремлению к переводу вооруженного конфликта в мирное русло и готовность выступить гарантами переговоров между Дамаском и оппозицией. Вместе с тем, очевидно, что интересы Москвы, Анкары и Тегерана в Сирии, как и взгляды на постконфликтное политическое устройство страны не всегда совпадают.

Главной задачей России в этом вопросе является прекращение вооруженного противостояния и возобновление политического процесса, что в очередной раз подтвердил глава МИД РФ С.В.Лавров. При этом в Москве не стремятся любой ценой сохранить на своем посту действующего президента САР Б.Асада. Безусловно, будущий лидер должен представлять компромиссную фигуру, устраивающую все заинтересованные стороны, однако ее выбор и легитимация находятся исключительно в компетенции сирийского народа.

Со своей стороны Анкара намерена в первую очередь любыми средствами предотвратить объединение курдских анклавов на севере Сирии. На данный момент эта задача представляется практически выполненной. Турция также заинтересована в максимально возможном расширении территорий подконтрольных лояльной ей вооруженной оппозиции. В этой связи активизировались боевые действия сирийских повстанцев при поддержке турецких военных против боевиков ИГИЛ в Эль-Бабе, расположенном менее чем в 50 км к северо-востоку от Алеппо. Там Турция понесла самые ощутимые потери за время своей сирийской кампании. По официальным данным, в ходе боестолкновений погибли 14 турецких солдат, 33 получили ранения.

Контроль над Эль-Бабом важен с точки зрения развития наступления на «столицу» ИГИЛ – Ракку. Возможность проведения подобной операции ранее широко обсуждалась в Анкаре, в том числе с представителями Пентагона. Что касается фигуры Б.Асада, то в Анкаре она вызывает плохо скрываемую неприязнь (в этой связи показательны пусть и дезавуированные позднее публичные заявления президента Турции Р.Эрдогана).

В свою очередь в Тегеране видят в президенте Сирии гаранта сохранения своих геополитических интересов и, очевидно, рассчитывают сохранить действующую власть в САР. Пожалуй, из переговорной «тройки» именно Иран готов вести боевые действия до полной победы Дамаска. Это обусловливается также взаимосвязью, которую Тегеран проводит между событиями в Сирии и ситуацией в Ираке, где проиранские шиитские боевые отряды участвуют в операции против ИГИЛ в Мосуле.

Особого внимания заслуживает п.8 Совместного заявления глав МИД, принятого по итогам переговоров, в котором подтверждается «решимость совместно бороться с ИГИЛ и Ан-Нусрой», а также готовность «отмежевать от них группировки вооруженной оппозиции». В этом плане Анкара и Тегеран явно проявляют заинтересованность в реальном противодействии терроризму, в отличие от Вашингтона, который больше года игнорировал просьбы Москвы о разделе оппозиции на умеренную и радикальную. Вместе с тем формулировка этого пункта заявления оставляет «за скобками» такие откровенно террористические группировки, как «Ахрар аш-Шам» и «Нуреддин аз-Зинки», тем самым автоматически причисляя их к вооруженной оппозиции, каковыми они считаются на Западе. В таком случае, исламисты получают право на непосредственное участие в переговорном процессе с Дамаском. Вопрос о том, чьи интересы они будут преследовать, сидя за столом переговоров, является риторическим.

Без США

Пожалуй, одним из залогов успешности трехстороннего формата является отсутствие за столом переговоров США. Западные СМИ негодовали по этому поводу. Однако винить американцам, кроме себя, некого. Месяцы бесплодных российско-американских консультаций по Сирии, постоянное затягивание принятия важных решений с американской стороны, благодаря которому происходило укрепление позиций вооруженных оппозиционных группировок, не оставляют сомнений в преднамеренности и по своему содержанию преступности бездействия США. Кроме того, обсуждать вопросы мирного урегулирования в Сирии с представителем уходящей администрации США, которая вместо стремления к миру напоследок легализует поставки качественно более мощного оружия «умеренной оппозиции»1, мягко говоря, представляется неуместным. О результатах принятых решений американцы всегда могут узнать по телефону. Ну, или из утренних газет.

Первые итоги переговоров в трехстороннем формате и сам факт позитивного диалога между ключевыми участниками наземных действий в Сирии вселяют осторожный оптимизм. В этой связи можно рассчитывать на сохранение положительной динамики в ходе очередной встречи глав МИД России, Турции и Ирана, которая запланирована на предстоящую неделю в Астане.

  1. Presidential Determination and Waiver — Pursuant to Section 2249a of Title 10, United States Code, and Sections 40 and 40A of the Arms Export Control Act to Support U.S. Special Operations to Combat Terrorism in Syria