Британский парламент (650 мест) регулярно переизбирается каждые пять лет; и очередные выборы должны были состояться только в 2020 году. Хотя в случае необходимости премьер-министр страны имеет право назначить внеочередные парламентские выборы при одобрении 2/3 действующего парламента.

Выборы – всегда риск, тем более в условиях раскола страны в отношении Brexit. Мэй  всё же пошла на внеочередные выборы в палату общин при поддержке подавляющего большинства парламента. Выборы были назначены на 8 июня 2017 года. После парламентских выборов 2015 года и референдума по Brexit 2016 года это был третий общенациональный опрос населения за последние два года. Прежде Мэй исключала возможность новых выборов, подчёркивая, что они приведут к дальнейшей «нестабильности» в стране. В апреле нынешнего года изменение своего решения она обосновала тем, что для предстоящих переговоров с Брюсселем  о выходе Великобритании из ЕС ей необходимо более значительное большинство в парламенте в отличие от имеющегося по результатам выборов 2015 года: 330 мандатов из 650.

В речи перед своей официальной резиденцией на Даунинг-стрит 10 она сказала, что оппозиционные партии пытались торпедировать курс правительства в направлении Brexit, понуждая  к уступкам Евросоюзу. Но это сопротивление, по словам премьер-министра, осталось безуспешным, но оно понудило принять решение о назначении новых выборов.

Кроме того, с помощью перевыборов Мэй ответила на критику своих оппонентов, указывавших на то, что для ведения переговоров она не имеет мандата от народа.

Ещё один мотив перевыборов – это давление на премьера сторонников как можно жёсткого Brexit из числа консерваторов. Для них Евросоюз так ненавистен, что они охотнее согласились бы на выход из ЕС без всякой сделки. Это политическое крыло грозит усложнить жизнь Т.Мэй, если она во время переговоров пойдёт хотя бы на малейшие компромиссы.

Влияние этого фактора на решение Мэй о переизбрании парламента оценивалось комментаторами по-разному. Одни считали, что с обретением комфортного большинства британский премьер хочет больше свободы для прагматичного подхода к переговорам, и это облегчит компромисс с Брюсселем. Другие обращали внимание на властно-политическую подоплёку. Политическое крыло в её собственной партии, выступающее за жёсткий Brexit, было единственным, что ограничивало власть премьера. Хотя Мэй сама нацелена на жёсткий развод с ЕС, но в ситуации, когда перевес консерваторов в парламенте минимален, она видит возможность шантажа, и это ей не нравится, так как не отвечает её представлениям о сильной и стабильной власти.

Однако важнее всех мотивов внеочередных выборов были опросы общественного мнения, которые показывали двадцатипроцентный отрыв консерваторов от показателей лейбористов и обещали сокрушительную победу с перспективой увеличения большинства консерваторов в палате общин с 17 до более чем 100 мандатов. Такой возможности Мэй не смогла противостоять и нарушила своё обещание не проводить внеочередные выборы. Это был первый пункт, который поверг избирателей в изумление: Мэй, которая постоянно позиционировала себя как прямого и надёжного политика, нарушила обещание, потому что это ей подходило.

На первых порах выборы казались беспроигрышными. Хотя всё изменилось. В конечном итоге консерваторы должны были перейти в оборону. Это было связано с тем, что Мэй, вопреки ожиданиям, оказалась слабым предвыборным борцом. Ключевым лозунгом предвыборной кампании была выбрана формула «сильная и стабильная власть». Повторение этой формулы в интервью и на встречах с избирателями Т.Мэй довела до автоматизма, равно как и ставшие знаменитыми фразы «Brexit есть Brexit» и «отсутствие сделки лучше, чем плохая сделка». Противники стали называть её говорящим роботом. Кроме того, кампания консерваторов была сильно персонифицирована. Избирателей призывали голосовать за Терезу Мэй и её команду, а не за лейбористов во главе с Джереми Корбиным, которого тори не воспринимали серьёзно. А он тем временем ездил по стране и произносил речи, в которых поднимал социальные вопросы. Три террористические атаки за последние два месяца буквально заставили Мэй снять лозунг «сильная и стабильная власть». А Дж.Корбин использовал теракты как инструмент для нападок на премьер-министра, обвиняя её в том, что она сократила количество полицейских.

Тереза Мэй выиграла выборы (314 мандатов), но не с тем результатом, который хотела. Консерваторы потеряли минимальное большинство в парламенте и теперь вынуждены формировать коалиционное правительство. Выборы показали, что Т.Мэй не смогла преодолеть раскол страны. Лейбористам (261 мандат) и либералам (12 мандатов) удалось улучшить свои позиции по сравнению с 2015 годом, потому что они ассоциировались в глазах избирателей с европейской перспективой или «мягким» Brexit. Проблемы, которые Мэй хотела решить с помощью выборов, при теперешнем раскладе сил в парламенте только усложняются. Впереди переговоры с Евросоюзом. Выход Британии из ЕС не стоит под сомнением. Но форма Brexit – мягкая или жёсткая – не очевидна. Борьба внутри страны и на уровне ЕС на этом направлении продолжится.