Победа Д.Трампа на президентских выборах в США породила  иллюзию нормализации двухстороннего диалога, как в российских политических кругах, так и в части американского республиканского истэблишмента.

Американский политический класс в лице так называемого «глубинного государства» (Deep state), являющегося некими неформальными оппозиционными структурами в системе власти в США развеяли, однако, все эти чаяния, продемонстрировав Д.Трампу свое влияние. С одной стороны, Deep state, саботировало принятие Д.Трампом разумных политических решений и реализацию прагматического курса по отношению к России. С другой стороны, антитрамповские силы в полной мере проявили отсутствие стратегического видения внешнеполитического курса США, держась своей традиционной неоконсервативной модели американской гегемонии.

Сложность политической ситуации в США состоит в том, что Россия выступает инструментом внутриамериканской политической борьбы. В этих условиях любые конструктивные предложения с российской стороны по нормализации отношений и диалогу обречены на восприятие в конфронтационном контексте. Американская политическая среда с ее масштабной кампанией по демонизации России лишает обе страны шансов на продуктивный диалог. Американский истэблишмент и пропагандистская машина СМИ успешно формируют манихейскую атмосферу неприятия и антагонизма в отношении России. Кстати, это задает определенный образ экзистенциального «врага», любые попытки диалога с которым могут рассматриваться как национальное предательство. Словом, в США есть все условия для неомаккартизма, открывающего для политических оппонентов Трампа широкие возможности по объявлению нынешнему хозяину Белого дома импичмента.

Интенсивность агрессивной предвыборной риторики Х.Клинтон меркнет по сравнению с обыденными заявлениями конгрессменов касательно «Кремлингейта». Молодые, энергичные и амбициозные сенаторы – Марко Рубио и Том Коттон готовы «дать фору» любому «пенсионеру – русофобу», будь-то  Л.Грэм, Д.Маккейн или Х.Клинтон.

Возможные уступки Трампа своим оппонентам едва ли в состоянии снизить накал нарастающего антагонизма в российско-американских отношениях. Нынешний состав Конгресса состоит преимущественно из неоконов и агрессивных вильсонианцев. По сравнению ними Д.Трамп с характерным для него грубоватым прагматизмом является вполне договороспособным.

Тем не менее, политические перспективы взаимных отношений кажутся весьма призрачными, поскольку смыслообразующая проблема заключена не в «русском следе» и даже не в личности самого Трампа, а в самой психологии американской элиты, мыслящей категориями сохранения былого величия и гегемонии США.

Очередные антироссийские санкции, одобренные Сенатом, и которые должны будут поддержаны 2/3 Палаты представителей, являются вполне логичными для настроений, царящих в Вашингтоне. В условиях антироссийской истерии Трамп вряд ли пойдет на рискованное дело по их отмене, рискуя вступить в конфликт со всем политическим классом США.

Важно другое: США в условиях изменения глобального баланса сил, усиления полицентризма, заняты не решением стратегических задач по сохранению существующих позиций в мире и поиском новых союзников в русле прагматичной и реалистической политики, а внутриполитической борьбой, своеобразным «раскачиванием лодки», которая за президентство Дж.Буша-младшего и Б.Обамы дала серьезную течь. Ужесточенные санкции неизбежно усилят «стратегическое партнерство» России с Китаем и Ираном, будут объективно ослаблять США. Вашингтонская элита сама успешно формирует против себя сеть контральянсов, разрушая надежды на сохранение американского лидерства в мире.

В условиях политической турбулентности в вашингтонских коридорах власти стратегия Москвы должна сводиться к выжидательной позиции. Любая политическая активность на «американском направлении» особенно сейчас будет восприниматься политическим классом США «в штыки» и блокироваться. Плодотворной в этом контексте может быть тактика «малых шагов», способных постепенно сформировать атмосферу осторожного диалога, психологически смягчить ситуацию.

Консервативный же сценарий во взаимных отношениях в значительной мере будет задаваться и сложившейся исторической традицией. Партнерские отношения с США в ХХ веке скорее всего были исключением, а не правилом. Доминирующей траекторией отношений была конфронтация. К тому же политическое  мышление молодого поколения американских политиков сформировалось в условиях однополярного мира и американской гиперимперии.