Ситуация вокруг Корейского полуострова, несмотря на пристальное внимание со стороны ведущих мировых держав, пока ещё далека от стабильности и предсказуемости. Новый виток напряжённости может быть вызван запуском 4 июля 2017 года ракеты «Хвасон-14», которая позиционируется КНДР, как «межконтинентальная». Двумя неделями ранее вице-президент США М.Пенс предупреждал Пхеньян об окончании «стратегического терпения» в связи с продолжением последним ракетно-ядерной программы.

Следует напомнить, что  некоторая нормализация межкорейских отношений стала возможной после окончания «холодной войны» в начале 1990-х годов. Тогда  Республика Корея и КНДР заключили совместную декларацию о безъядерном статусе Корейского полуострова, а также соглашение о примирении, ненападении, обменах и сотрудничестве. В 1997-1999 годах в Женеве с участием КНДР, РК, США и КНР проходили переговоры по вопросам заключения мирного договора, хотя они оказались безуспешными из-за слишком различных позиций сторон. Позднее, в 2000 и 2007 годах состоялись встречи руководителей РК и КНДР, в ходе которых обсуждали вопросы подготовки декларации об окончании войны.

Кроме Сеула и Пхеньяна в урегулировании ситуации на протяжении 2003-2008 годов активно участвовали Россия, КНР, США и Япония в рамках формата так называемых «шестисторонних переговоров». В сентябре 2005 года в Пекине было принято совместное заявление, предусматривавшее взаимное признание и нормализацию отношений КНДР с США и Японией, отказ Пхеньяна от ядерного оружия с одновременным предоставлением ему права на развитие атомной энергетики под контролем МАГАТЭ. Эти положения признаются всеми сторонами и сегодня в качестве основы урегулирования.

Но дальнейшая политика Вашингтона, а впоследствии  и Сеула, и Токио, не способствовали мирному процессу. Регулярные масштабные военные учения вблизи Корейского полуострова и призывы к свержению режима в КНДР фактически не оставили северокорейскому руководству иного выбора кроме как создавать средство сдерживания возможной агрессии. С 2006 года Пхеньян провел уже пять испытаний ядерных взрывных устройств. На VII съезде Трудовой партии Кореи в мае 2016 года было закреплено следование так называемому курсу «пёнчжин», предусматривающему параллельное развитие ядерной программы и проведение экономических реформ.

Администрация президента США Д.Трампа всерьёз опасалась, что КНДР проведёт в День Солнца – 15 апреля 2017 года (105-я годовщина со дня рождения Ким Ир Сена) очередное ядерное испытание. Вашингтон в очередной раз заявил о намерении решить северокорейскую проблему, делая ставки на инструменты военного давления, вплоть до применения силы.

В свою очередь, Пхеньян занял достаточно двусмысленную позицию. С начала 2017 года Северная Корея произвела уже несколько испытаний баллистических ракет различных классов, что противоречит требованиям резолюций Совета Безопасности. Примечательно, что ракета, запущенная 14 мая этого года, по сообщению CNN, упала в 60 милях от Владивостока, что по мнению телеканала, является явным сигналом для лидеров России и Китая, проводивших встречу именно в то время, обратить внимание на Северную Корею. Но, по данным Министерства обороны России, ракета разрушилась в Японском море на расстоянии 500 км от российских границ и никакой опасности не представляла.

Схожая ситуация наблюдалась с испытанием ракеты «Хвасон-14», проведённым 4 июля 2017 года – в очередную годовщину празднования Дня независимости США и во время прибытия лидера КНР Си Цзиньпина в Москву. По заявлению ЦТАК, растиражированному мировыми СМИ и давшему пищу для многочисленных экспертных оценок, новая ракета, запущенная по крутой навесной траектории, «поразила заданную цель» в 933 км от места старта. Хотя данные Министерства обороны России свидетельствуют о гораздо более скромных параметрах – достигнута дальность 510 км, что приемлемо для ракет средней дальности.

Бесспорно, военно-политическое руководство КНДР в условиях международной изоляции и роста военной активности США и их союзников в регионе видит для себя наиболее логичным сочетание стратегии «неприемлемого ущерба» с тактикой запугивания с элементами блефа. Но нельзя игнорировать и готовность Пхеньяна к переговорам с Вашингтоном, которая пока не находит понимания в Госдепартаменте США. С 2010 года КНДР неоднократно по официальным каналам заявляла о своем намерении обсуждать условия мирного договора с США, в том числе и на юбилейной 70-ой сессии Генеральной ассамблеи ООН в октябре 2015 года. Ключевое предварительное условие северокорейского руководства – прекратить военные учения и развёртывания войск, направленные против КНДР.

По словам постоянного представителя США в СБ ООН Н.Хэйли, Вашингтон готов к диалогу с Пхеньяном, если последний прекратит свои ядерные и ракетные испытания. Вместе с тем, администрация Д.Трампа prima facie пока не выработала чёткой позиции в отношении Корейского полуострова. Эмоциональность американского президента вкупе с недостатком квалифицированных кадров в его команде, а также явными провокациями политических противников Трампа, которых хватает и в демократическом лагере, и среди его однопартийцев, способны нарушить хрупкий баланс на Корейском полуострове, сохраняющийся уже более 60 лет во многом благодаря усилиям именно Москвы и Вашингтона. В этой связи, решения о развёртывании в РК батарей комплекса ПРО THAAD, направлении в Пусан ПЛАРК «Мичиган», пролёты стратегических бомбардировщиков, дежурство авианосных ударных групп в районе полуострова, равно как и другие шаги по усилению американского военного потенциала в регионе не только не способствуют разрядке напряжённости, но и способны побудить некоторые стороны к необдуманным и опасным действиям.

Позиция России в отношении КНДР остаётся неизменной – Москва решительно осуждает ракетно-ядерную программу Пхеньяна, безоговорочно поддерживает и выполняет условия Резолюций СБ ООН 2270 и 2321, но выступает за разрешение кризиса исключительно мирными средствами. Как отметил Президент России В.Путин на пресс-конференции в Пекине              15 мая 2017 года, «мы против расширения клуба ядерных держав, против испытаний, но нужно прекратить запугивать Северную Корею и начать переговоры».

Москва совместно с Пекином выработала ключевые положения «дорожной карты» по решению проблемы КНДР. По словам заместителя министра иностранных дел России И.Моргулова, необходимо без предварительных условий двигаться к диалогу, начав с проявления взаимной сдержанности, непровоцирования друг друга, переговоров об общих принципах взаимоотношений, таких как ненападение, отказ от применения и угрозы силой. КНР со своей стороны выдвинула предложение о “двойном замораживании” – ракетно-ядерных испытаний Пхеньяна и американо-южнокорейских военных учений, а также “параллельном продвижении” к денуклеаризации и созданию системы мира и безопасности в Северо-Восточной Азии.

Несмотря на взятый Ким Чен Ыном курс на совершенствование ядерного оружия и средств его доставки, дальнейшее ужесточение международных санкций бессмысленно. Гораздо более продуктивной представляется практика постепенного включения КНДР в международные экономические проекты (транспортные коридоры, добыча полезных ископаемых, организация производств и т.д.) после принципиального решения вопросов  национальной безопасности страны. Последнее возможно только путём заключения серии соглашений между всеми вовлечёнными в кризис сторонами, предусматривающих как «заморозку» Пхеньяном военной ядерной деятельности, так и неприменение против КНДР вооружённой силы. Учитывая неготовность одного только Вашингтона к данному варианту, при явной заинтересованности его союзников в Сеуле и Токио в мирном исходе, вероятно, инициативу по обеспечению стабильности на Корейском полуострове следует реализовывать двум стратегическим партнёрам – Москве и Пекину.