В последний день октября Минфин США обнародовал инструкцию, в которой разъясняются некоторые аспекты применения подписанного президентом Д.Трампом 2 августа закона о санкциях против России и других стран.

Документ (и приложения к нему) любопытный, способный рассмешить или буквально вогнать в ступор любого человека, который не сталкивался с крючкотворством американской демократии и гротескными проявлениями законопослушного поведения среднего класса США. Особенно интересна страничка с ответами OFAC (отдел Минфина, отвечающий за применение санкций) на наиболее часто задаваемые вопросы. [i]

Например, некто (возможно, несчастный фермер, которого замучили назойливые коллекторы) спрашивает, что ему делать с имеющимися в его домашнем арсенале автоматом АК-47 и танком Т-34, поскольку соответствующие российские предприятия и их продукция «попали под раздачу».  В ответе на полном серьезе разъясняется, нужно ли получать на владение лицензию OFAC в зависимости от того, где, когда, как и при каких обстоятельствах данные предметы были приобретены. Другой законопослушный бедолага (возможно бизнесмен или клерк, периодически наезжающий в нашу страну) резонно интересуется, имеет ли он право легально пересекать границу РФ или должен пробираться со стороны Белоруссии. Смысл вопроса состоит в том, что поездки в Россию не запрещены, но под санкции попала ФСБ, т.е. сотрудничество и любые контакты с этой организацией и ее сотрудниками запрещены. В аэропортах же существует паспортный контроль, который осуществляется военнослужащими погранвойск, которые в свою очередь входят в состав ФСБ.  OFAC без всякого намека на смех разъясняет, как следует подавать паспорт российскому пограничнику, каким боком к нему поворачиваться, отвечать ли на его вопросы или гордо молчать и т.д.

Смех смехом, но если коротко описывать содержание инструкции Минфина США, то главное состоит в следующем. С 29 января 2018 года запрещается сотрудничество и любые контакты с попавшими под санкции юридическими и физическими лицами. Запрещается вести совместные дела с российскими компаниями в глубоководных, арктических, сланцевых, а также трубопроводных энергетических проектах, без лицензии OFAC осуществлять финансирование, экспорт, реэкспорт, предоставление технологий для соответствующих проектов, причем не только на территории России, но и в  третьих странах. Закон  распространяется на проекты, которые начинаются 29 января 2018 года или позднее.

*       *       *       *       *       *

Сразу после того, как президент Д.Трамп подписал закон,  в российских СМИ и экспертном сообществе началась дискуссия о возможных «контрсанкциях», причем как правило обсуждение велось эмоционально, бессистемно, хаотично. Высказывались  диаметрально противоположные, нередко экзотические  мнения – от «глупо стрелять себе в ногу и пытаться отморозить уши назло бабушке»  до «запретить в России кока-колу». После обнародования инструкции Минфина США эти дискуссии возобновились.

Мне кажутся неприемлемыми обе крайности. Особенно претит  популярный в определенных слоях общества и некоторых СМИ тезис о том, что любые ответные действия в экономической области – это «выстрел себе в ногу».

Вспоминается следующий случай. Когда в ноябре 2015 года турецкий истребитель сбил в Сирии российский Су-24, и наш летчик трагически погиб, общество практически единодушно одобрило введение санкций против Анкары, хотя они нанесли экономический ущерб как нашему бизнесу (запрет на чартерные рейсы), так и гражданам (резкое удорожание туров на популярные курорты Турции, эмбарго на импорт дешевых турецких помидоров и т.д.).

Такие меры  обеспечивают государству моральный авторитет и доверие общества.  Как чувствовали бы себя и что думали люди в погонах –  летчики, моряки, десантники – если бы наше государство, сделав «гордое выражение лица»,  оставило действия Турции без последствий? Если власти ведут себя как «экономическое животное»  и руководствуются исключительно соображениями финансовой и иной материальной выгоды, пойдут  ли эти люди завтра  воевать, рискуя жизнью,  за это государство  в «особый период»?

И еще. Если мы оставим действия США без ответа, это покажет обитателям Капитолийского холма, что можно и дальше безнаказанно давить на Россию, бесконечно ужесточая санкции. В международных отношениях, так же как и в обыденной жизни, тот, кто не отвечает ударом на удар, не только теряет авторитет и провоцирует «партнера» на дальнейшее избиение, но становится объектом насмешек и всеобщим мешком для битья. Причем не только для США, но и для других. Достаточно вспомнить поведение бывших «братских республик»: с каким наслаждением и какой регулярностью нас топтали власти Украины, Эстонии, Латвии, Литвы, Молдовы, когда не получали ответа.

Можно по-разному относиться к США, но нельзя не признать: в вопросах экономических связей они руководствуются твердыми моральными принципами: ведь санкции нанесли удар по самим американским компаниям, которые потеряли уже затраченные средства и потеряют еще больше, не участвуя в российских нефтегазовых проектах. В этом мы можем брать с американцев пример.

*       *       *       *       *       *

Конечно, при определении нашей реакции многое зависит от практических действий администрации США по имплементации закона о санкциях после 29 января. Очевидно, наши шаги должны быть соразмерны и синхронизированы по времени с очередными шагами Вашингтона.

С учетом несопоставимости экономических потенциалов России и США (ВВП США 18,6 трлн дол., России  – 1,23 трлн дол.), наши меры вовсе необязательно должны лежать только в экономической плоскости и быть симметричными. Главное – не нарушать международное право, определив   «болевые точки» США в экономике и политике, на которые следует надавить и сделать так, чтобы «контрсанкции» нанесли «партнеру» неизмеримо больший ущерб, чем нам самим.

В Госдуме уже обсуждается законопроект о запрете на поставки титана для американской авиастроительной промышленности (в т.ч. для производства военных самолетов) и российских двигателей РД-180 и РД-181, используемых в ракетах Atlas V и Antares компании ULA. Эти меры  затруднили бы выполнение производственных планов компании Boeing и сорвали контракты на поставку широкофюзеляжных лайнеров (мы контролируем 35% мирового рынка авиастроительного титана, и быстро найти замену у американцев не получится), а также вынудили бы НАСА приостановить космическую программу. В выигрыше будут корпорация Airbus и наша возрождающаяся авиастроительная промышленность (мы вместе с Китаем работаем над созданием собственного широкофюзеляжного лайнера). США давно, но тщетно, стремятся уйти от российской зависимости в ракетных двигателях. Pratt & Whitney 20 лет пытается воспроизвести на своих заводах РД-180, а «воз и ныне там». Компания «Blue Origin» разрабатывает новый двигатель BE-4, который должен заменить РД-180 с 2020 года, но никаких гарантий успеха нет. По данным Wall Street Journal, Пентагон будет использовать РД-180 дольше, чем планировалось, а компания ULA продолжит поставлять ему ракеты как минимум до 2024 года.

Однако этого мало. Очевидно следует предусмотреть возможность (в случае необходимости) прекращения сотрудничества с США по контракту ВОУ-НОУ (поставки высокообогащенного урана, обеспечивающие до 20% потребностей американских АЭС.) и эксплуатации МКС, эмбарго на закупку и лизинг российскими компаниями американских авиалайнеров, а также запрет их пролета над территорией России. Конечно, нужно одновременно продумать меры по компенсации ущерба для российских производителей, включая НПО «Энергомаш», выпускающего ракетные двигатели, и производителя титана ОАО «ВСМПО-Ависма», в частности, и форсировать переговоры о поставках РД-180 в Китай.

Теперь о внешней политике. Было бы полезно (опять-таки в том случае, если США зайдут в применении санкций слишком далеко) начать переговоры с Тегераном о сотрудничестве в области ракетостроения. Конечно, оно не должно нарушать резолюцию СБ ООН 2231 (призыв к Ирану «не предпринимать никакой деятельности, связанной с баллистическими ракетами, предназначенными для доставки ядерного оружия»), однако помочь Ирану в мирном освоении космоса мы вправе и вполне в состоянии. Можно также активизировать военно-техническое сотрудничество с Ираном, включая поставку военных технологий, позволяющих обеспечивать защиту Ормузского пролива, который может быть использован флотом США для агрессии против ИРИ.

Санкционный пакет США в значительной мере носит персональный  характер. И нам также нужно «персонифицировать» свои «контрсанкции», нацелив их на тех американских законодателей, которые были инициаторами закона от 2 августа, в частности, конгрессменов-демократов Нэнси Пелоси, Стени Хойера, Элиот Энгел, сенаторов-республиканцев Боба Коркера, Линдси Грэма, Бена Кардина, ну и конечно же «лучшего друга» России  сенатора Джона Маккейна. Думаю, замораживать их счета и ограничивать им въезд в Россию нет смысла, но вот введение запрета на сотрудничество с компаниями, зарегистрированными в тех округах, от которых баллотировались указанные конгрессмены, и теми компаниями, которые оказывали им финансовую поддержку, может повлиять на отношение избирателей к названным политикам. Американскую практику экстерриториальных санкций можно взять на вооружение и нам, например предусмотреть ограничительные меры (невозможность работать на рынке РФ)  в отношении тех компаний третьих стран, которые  будут поддерживать деловые отношения с соответствующими американскими предприятиями.  Статья XXI ГАТТ («Исключения  по соображениям национальной безопасности») позволяет нам сделать это без нарушения правил ВТО.

Может быть, в этом случае в Вашингтоне задумаются о том, стоит ли дальше пытаться изолировать Россию и давить на нее или все же лучше решать проблемы с помощью диалога.

[i] [i] https://www.treasury.gov/resource-center/faqs/Sanctions/Pages/faq_other.aspx