В начале ноября власти Королевства Саудовская Аравия (КСА) произвели массовые аресты представителей элиты. О масштабе задержаний говорят должности и социальный статус арестантов – среди них 11 принцев, то есть братья и племянники короля, 4 действующих министра, миллиардеры с суммарным состоянием около триллиона долларов, десятки бывших министров и мэров городов, представители духовенства. По ряду данных, общее количество задержанных превысило тысячу человек. В основе данных событий лежат сразу несколько причин.

Принципы функционирования королевской семьи

Основная причина арестов – борьба за власть. Король Салман  Бен Абдель Азиз Аль Сауд, возраст которого 81 год, а состояние здоровья оставляет желать лучшего, расчищает дорогу к трону для своего сына, молодого и амбициозного Наследного принца Мухаммеда Бин Салмана.

На протяжении десятилетий с момента смерти основателя современного саудовского Королевства Абдель Азиза Аль Сауда (1880-1953) власть передавалась по горизонтальной линии от одного его сына к другому. У короля-основателя было не менее 45 сыновей от 22 жен, представлявших разные племена. После его смерти ветви королевской семьи, с одной стороны, конкурировали между собой, а с другой – балансировали и договаривались о распределении государственных и муниципальных должностей и финансовых потоков. Этому способствовало представительство различных кланов в таких структурах, как Совет королевской семьи и Комитет принесения клятвы. Такая система позволяла монархии сохранять внутреннюю стабильность, развиваться, выдвигать на первые роли наиболее авторитетных и способных из «старших принцев».

Уже много лет назад аналитики стали гадать, каким образом и в каких условиях произойдет эволюция саудовской системы управления и состоится переход власти к следующему поколению, внукам основателя Королевства. Ведь самому младшему из сыновей, принцу Мукрину, сейчас 72 года, и очевидно, что в перспективе 10-15 лет такой переход должен был состояться по естественным причинам.

Изменения в саудовской властной структуре при короле Салмане

Нынешний король Салман дал ответ на этот вопрос. При этом изменения носят отнюдь не эволюционный, а скорее революционный характер. Взойдя на трон в 2015 году, Салман, сочетая гроссмейстерский опыт и традиции интриг восточного двора, за несколько последовательных ходов, трижды поменяв линию престолонаследия и перетасовав наследных принцев, вывел на первую роль своего сына, принца Мухаммеда, внука основателя Саудовской Аравии.

Сейчас в руках молодого наследного принца сосредоточены широчайшие полномочия. Он контролирует все силовые структуры, возглавляет через совет директоров крупнейшую компанию Сауди Арамко, руководит экономическими ведомствами и осуществляет реформы, а после начавшихся чисток получил и контроль над СМИ.

Необходимо оговориться, что, по сути, «революция сверху» была осуществлена не 4 ноября, когда произошли аресты, а значительно раньше. Придя к власти в 2015 году, Салман сначала не стал вносить существенных изменений в линию престолонаследия, оставив на позиции наследного принца младшего из сыновей короля-основателя – упоминавшегося выше Мукрина. При этом на позицию заместителя наследного принца был впервые поставлен внук основателя – родной племянник Салмана Мухаммед Бин Найеф.

Но спустя три месяца после прихода к власти король начал изменения в политической системе. Он сместил своего сводного брата Мукрина с должности наследного принца, подняв на неё Мухаммеда Бен Найефа. Заместителем же наследного принца был назначен сын короля Мухаммед Бен Салман, который к тому времени уже начал набирать влияние, в частности, возглавлял министерство обороны.

Такие изменения можно считать первым актом революции во властной системе, поскольку, во-первых, оба наследных принца являлись уже внуками короля, а во-вторых, представляли только один клан королевской семьи – судейри. При этом утверждать о наличии предвзятости и несогласованности действий монарха с интересами всего рода Саудов в тот момент было нельзя, потому что на первом месте в линии престолонаследия за королем находился все же не его сын, а племянник. Однако, как показало дальнейшее развитие событий, это было только подготовкой или маскировкой для решающего хода. В июне 2017 года король поместил Мухаммеда Бин Найефа под домашний арест и выдвинул на роль наследного принца своего сына Мухаммеда Бин Салмана. К нему же перешел контроль над министерством внутренних дел.

Были ли эти шаги неконституционными? Отнюдь нет. В Основном низаме правления Саудовской Аравии, который некоторые исследователи называют аналогом конституции, говорится, что «власть принадлежит сыновьям короля-основателя и сыновьям их сыновей», таким образом, возможный приход к власти внуков легитимен. Кроме того, Комитет принесения клятвы, согласовывающий кандидатуру наследного принца, большинством голосов утвердил фигуру Мухаммеда. Однако при де-юре легитимности данных шагов, де-факто они полностью сломали традиции взаимодействия в правящем клане, формировавшиеся с момента смерти короля-основателя в 1953 году.

Аресты саудовской элиты 4 ноября 2017 года

Разумеется, выдвижение на лидирующие роли одного человека вызвало нескрываемое недовольство среди остальных ветвей королевской семьи. Было очевидно, что, в случае восшествия нынешнего молодого наследного принца Мухаммеда Бин Салмана на престол, против него рано или поздно должны были бы объединиться и выступить многие влиятельнейшие фигуры.

В августе 2017 года в Джидде на Мухаммеда было совершено покушение. В качестве реакции на это власти создали аналитическую спецслужбу Президиум государственной безопасности, которая собрала досье на ключевых оппонентов принца. Кроме того, были осуществлены кадровые изменения в силовых структурах. При этом властями было принято решение не акцентировать внимание общественности на борьбе с фрондой, чтобы не привлекать повышенное внимание к борьбе за власть, а использовать менее политизированный тезис о борьбе с коррупцией.

Четвертого ноября 2017 года было арестовано большинство членов королевской семьи, способных оспорить власть Мухаммеда, что можно расценивать как опережающие действия короля и наследного принца в борьбе внутри клана Саудов. Этот шаг, хотя и является совершенно беспрецедентным для Королевства Саудовская Аравия, вытекал из логики развития событий.

В дополнение к арестам был принят закон, содержащий статьи о вынесении наказания в виде тюремного заключения на срок от 5 до 10 лет за публичное оскорбление короля или наследного принца, – это также ограничивает права членов королевской семьи, поскольку в период до короля Салмана они могли влиять на принятие решений, а теперь оказались лишёнными возможности даже критиковать действия своих родственников.

Среди арестованных персоналий наиболее значимой политической фигурой является принц Мутаиб – сын бывшего короля Абдаллы (годы правления 2005-2015). Он контролировал важную силовую структуру – Национальную гвардию – и являлся непримиримым политическим противником наследного принца Мухаммеда. Именно Мутаиб в годы правления Абдаллы рассматривался в качестве потенциального первого внука-короля.

Важность контроля за Национальной гвардией в саудовской политике сложно переоценить. В 1960-е годы эта структура создавалась как механизм противовеса влиянию могущественного клана судейри со стороны других ветвей, а с 1970-х годов и до последних событий контролировалась Абдаллой и затем его сыном. В 1995 году у тогдашнего короля Фахда случился инсульт, и Абдалла, бывший наследным принцем, инициировал учения Нацгвардии, оказавшейся более подготовленной, чем саудовская армия. Это привело к тому, что религиозный орган, Совет улемов, поддержал Абдаллу, и король Фахд назначил брата премьер-министром, фактически передав власть.

В последние годы было очевидно, что подчинение одного из ключевых силовых ведомств клану Абдаллы является угрозой для нынешних властей, и рано или поздно контроль над этой структурой должен был быть перехвачен. В 2015 году принц Мухаммед направил Нацгвардию на войну в Йемен, что привело к ослаблению этой структуры. Наконец, перехват управления Нацгвардией 4 ноября 2017 года стал важной политической победой наследного принца.

* * *

Простое прочтение списка других задержанных позволяет понять уровень развернувшейся в Саудовской Аравии борьбы за власть. Арестованы многие внуки основателя саудовского Королевства, то есть потенциальная будущая элита, поколение, готовившееся к выходу на лидирующие роли. Приставка «Бин», используемая в имени, означает «сын», и среди попавших под чистки – Бин Фахд, Бин Найеф, Бин Мукрин, Бин Талал, Бин Султан. Фахд был королем на протяжении более двадцати лет, Найеф, Мукрин и Султан были наследными принцами в 2000-е годы, Талал претендовал на трон ещё несколько десятилетий назад. Оказался среди задержанных и один из бывших руководителей саудовских спецслужб, известный деятель Бандар Бин Султан. То есть, задержаны наследники наиболее влиятельных сыновей короля-основателя.

Ряд имен задержанных засекречен, что может свидетельствовать о высоком уровне арестантов. Постоянно увеличивается и оценка количества задержанных. Если вначале называлась цифра 50 человек, то сейчас в зарубежных СМИ называется показатель от 1300 до 2400 арестантов. В течение нескольких часов были купированы практически все ключевые кланы королевской семьи.

Консолидация финансовых авуаров

Кроме борьбы за власть у арестов есть и несколько других причин. Большое значение имеет контроль над финансовыми активами. Формальным мотивом чистки 4 ноября стала борьба с коррупцией. Очевидно, что это жонглирование понятиями. В саудовском Королевстве в условиях монархической формы правления и отсутствия по историческим причинам национальной буржуазии решения о распределении нефтяных денег всегда принимались внутри правящего клана. В государственном бюджете существуют засекреченные статьи расходов, через которые субсидируется королевская семья, размер данных средств составляет не менее 10% бюджета. Общее количество членов королевской семьи оценивается в 15 тыс. человек, и каждый из них получает дотации от государства, размер которых варьируется от 800 долларов в месяц для дальних родственников до 270 тыс. долларов для сыновей короля-основателя. Кроме того, часть нефтедолларов, согласно традициям аравийской пустыни, направляется племенным шейхам.

В результате потока нефтедолларов, поступающего в Саудовскую Аравию с 1970-х годов, некоторые члены королевской семьи, инвестировавшие государственные средства, и близкие к ним бизнесмены-представители племенной знати сколотили многомиллиардные состояния. Общие активы задержанных бизнесменов оцениваются суммой от 550 до 1,1 трлн. долл., что соответствует 3-6 годовым бюджетам Королевства. Колоссальная сумма.

В СМИ в основном обсуждалась фигура принца Валида Бин Талала, что неудивительно, учитывая контролируемые им активы ˗ он самый крупный индивидуальный инвестор американской Ситигруп, второй по количеству акций собственник голливудской киностудии XX век Фокс, крупный инвестор в Эппл, Твиттер, Евродиснейленд. Однако под арест попали и другие, менее заметные в международном публичном пространстве, но весьма крупные саудовские бизнесмены.

Например, среди них Сауд ад-Дувейш, экс-глава Сауди Телеком, крупнейшего мобильного оператора Королевства и зять бывшего короля Фахда; Валид Бен Ибрагим аль-Ибрагим, владелец Миддл Ист Броадкастинг Компани – одного из ведущих общеарабских СМИ наряду с Аль-Джазирой. Были заморожены и банковские счета ряда шейхов, а некоторым из них, особенно из племен мутейр, утейба, которые традиционно поддерживали клан короля Абдаллы, запрещено покидать страну. Несколько месяцев назад за отказ племени бану тамим признать нового наследного принца был закрыт телеканал «Бидая ТВ».

В результате, наряду с получением контроля над силовыми структурами, наследный принц Мухаммед консолидировал в своих руках и СМИ, и телекоммуникации, и финансовые потоки. Согласно официальной позиции, полученные денежные средства предполагается направить на социально-экономические программы, в том числе и на долгосрочную программу развития «Видение 2030», инициированную Мухаммедом.

Наступление на интересы глубинного государства в Саудовской Аравии

Среди задержанных есть, возможно, не менее интересные фигуры, чем те, которые попали на страницы СМИ, что демонстрирует наличие еще одной смысловой составляющей у событий 4 ноября. Некоторые из арестантов играли важную роль в так называемом глубинном государстве и выступали проводниками его влияния. Принц Валид Бин Талал предоставлял финансовую помощь для предвыборной кампании Хиллари Клинтон. Считается, что фигура экс-кронпринца Мухаммеда Бин Найефа представлялась приоритетной в качестве будущего короля для администрации США в период Барака Обамы. На региональной сцене этот саудовский государственный деятель активно взаимодействовал с Катаром и Турцией, тогда как нынешние власти КСА склоняются к взаимодействию с ОАЭ.

Был задержан и богатейший представитель всемирно известной саудовской семьи Бакр Бен Ладен. Его состояние оценивается в 8,1 млрд долл, а основным видом деятельности является строительство.

Еще один арестованный – саудовский миллиардер эфиопского происхождения Махмуд Аль-Амуди. Контролируемые им компании занимают лидирующие позиции в строительном и ряде других секторов экономики Эфиопии. С начала XXI века Саудовская Аравия реализовывала стратегию экспансии ваххабизма в преимущественно христианскую Эфиопию, являющуюся региональным лидером Восточной Африки, именно через структуры М.Аль-Амуди.

Еще более высокий авторитет в глубинном государстве имеет Салех Камель – один из ключевых акционеров мировой сети исламских банков, его компании действуют под брендом «Аль-Барака». Структуры данного холдинга в Турции, Судане и других странах тесно взаимодействовали с организацией «Братья-мусульмане» (запрещена в России).

Поэтому аресты 4 ноября влияют и на интересы глубинного государства, и на экспансию ваххабизма из Саудовской Аравии, и на религиозные течения в самом Королевстве.

При этом в смысловом плане наследный принц Мухаммед позиционируется, напротив, как сторонник развития инновационного национального государства. В этом плане важным «конкурентным преимуществом» кронпринца перед другими наследниками королевской семьи является наличие у него только саудовского образования.

Внешний фактор в саудовской перестройке

Очевидно, что осуществить такую масштабную чистку король и наследный принц не могли бы без существенной поддержки. И она была получена.

Нынешние саудовские власти гораздо более предпочтительны для США по сравнению с кланом Абдаллы. Именно при Абдалле в 2003 году Эр-Рияд отказал Вашингтону в размещении на территории КСА американских войск, которые должны были вести войну в Ираке. В ноябре 2014 года упоминавшийся выше принц Мутаиб Бин Абдалла, на тот момент глава Национальной гвардии, совершил визит в Вашингтон и встречался с Бараком Обамой, однако их позиции не только по ядерной сделке Вашингтона с Тегераном, но и по другим региональным проблемам полностью разошлись, и «смотрины» оказались совершенно провальными. Кроме того, Мукрин и Мутаиб считаются англофилами.

Дональд Трамп и король Салман смогли резко активизировать американо-саудовские отношения, охладевшие в период президентства Обамы. В феврале 2017 года, вскоре после победы Трампа на выборах, принц Мухаммед Бин Салман был направлен в Белый дом и смог согласовать интересы сторон. В мае 2017 года своё первое зарубежное турне Трамп начал с Саудовской Аравии. Немаловажную роль в этом сыграло то, что саудовские власти согласились выделить колоссальные средства на закупку американских вооружений и инвестиции в экономику США. Для общественности было объявлено, что только оружия будет приобретено на 110 млрд. долл., а общий объем сделок составит 380 млрд. долл. Хотя реальный объём юридически обязывающих контрактов в разы меньше, тем не менее, речь идет о десятках миллиардов долларов, которые получат американские компании.

Кроме того, незадолго до начала ноябрьских арестов Трампу также удалось договориться с КСА о том, что широко обсуждаемое в финансовом мире IPO Сауди Арамко, которое сделает её самой дорогостоящей публичной компанией мира, произойдёт не в Лондоне, как на этом настаивали Валид Бин Талал и некоторые саудовские министры, а на бирже Нью-Йорка. К этому следует добавить, что, по информации ряда зарубежных СМИ, большинство арестов было совершено не саудовскими спецслужбами, а наемниками, связанными с бывшей ЧВК Блэкуотэр.

Известно также, что всего за три дня до арестов в Эр-Рияде побывал – уже в третий раз за текущий год – зять президента США Джаред Кушнер.

В то время как США продолжают оставаться стратегическим партнёром Саудовской Аравии, в течение текущего года власти Королевства укрепили и отношения страны с двумя другими крупными державами: Россией и Китаем. В Китай король нанес визит в 2017 году с целью, в том числе, укрепить позиции Саудовской Аравии на важном для экспорта нефти рынке.

В Россию в мае 2017 года приезжал Мухаммед Бин Салман, а в октябре, буквально за месяц до начала кампании по борьбе с коррупцией, впервые в истории нашу страну посетил король Саудовской Аравии. Было подписано полтора десятка важных документов, в том числе по нефтяному рынку, поставкам вооружений, включая комплексы С-400, сотрудничеству в сфере энергетики. Очевидно, что в условиях, когда Россия начала играть одну из ведущих ролей на Ближнем Востоке, развитие отношений с нашей страной способствует усилению позиций монархии и на международной арене, и внутри КСА.

Однако если на внутренней арене и в отношениях с крупными странами наследный принц Мухаммед постоянно укрепляет свои позиции, то его политику в отношении арабских стран сопровождают многочисленные ошибки. Он считается основным инициатором войны в Йемене, продолжающейся с марта 2015 года без решающего перевеса какой-либо из сторон. В Сирии саудовские власти оказывали содействие соперникам Башара Асада, но проиграли. Не достигла целей политика Саудовской Аравии в Иракском Курдистане и в Ливии. Наконец, в мае 2017 года была начата блокада Катара, но он смог перенаправить торговые потоки и не поддаться давлению.

В настоящее время развивается ситуация вокруг Ливана. За несколько часов до арестов саудовской элиты «под раздачу» попал премьер-министр этой страны Саад Харири. 4 ноября он был неожиданно вызван в Эр-Рияд и оттуда, в присутствии Мухаммеда Бин Салмана, зачитал текст о своей отставке, в котором содержался пассаж о наличии угрозы жизни Харири со стороны Ирана.  Ряд аналитиков видят за этим попытку некоторых ближневосточных региональных держав дестабилизировать ситуацию в Ливане, что косвенно отразится на позициях Тегерана на Ближнем Востоке. 12 ноября Саудовская Аравия обратилась в Лигу арабских государств с запросом о проведении экстренного совещания для обсуждения политики Ирана. Предположительно, нагнетание обстановки вокруг Ливана будет нарастать, что может негативно сказаться на стабильности на Ближнем Востоке.

Заключение

Как могут развиваться события в Саудовской Аравии дальше? Очевидно, что Рубикон перейдён. Во время чисток уже появились первые жертвы. 5 ноября потерпел аварию вертолёт, в котором находился вице-президент провинции Асир Мансур Бин Мукрин – сын экс-наследного принца Мукрина. По официальной версии, чиновник совершал облёт территории и разбился в результате несчастного случая. Отсутствует достоверная информация о местонахождении еще одного принца, Абдель Азиза бен Фахда, сына бывшего короля Фахда – при попытке его ареста произошла перестрелка.  Таким образом, ставки в нынешнем саудовском внутреннем конфликте подняты максимально высоко.

Кроме противостояния внутри королевского рода наследный принц Мухаммад уже оказался в прямой конфронтации с некоторыми шейхами крупных саудовских племен, а также с салафитскими духовными деятелями, которых очень насторожили его недавние призывы к «умеренному исламу». Интегрированный в систему госуправления религиозный Совет улемов поддержал действия властей по борьбе с коррупцией, однако значительное количество богословов, не входящих в него, нелояльны наследному принцу. Косвенно об этом свидетельствует то, что начиная с сентября задержано уже более сотни представителей духовенства.

При этом Саудовской Аравии по объективным причинам в условиях роста населения и сокращения нефтяных доходов предстоит провести структурные реформы, направленные на превращение Королевства в динамичную державу XXI века. Для этого необходима стабильность в стране и поддержка властей со стороны общества – а кампания по борьбе с коррупцией может привести к двум совершенно противоположным результатам: либо консолидации власти и сплочению подданных вокруг правящей ветви, либо резкой дестабилизации ситуации в стране в результате ответных действий структур, интересы которых были ущемлены.

Четвертого ноября в Саудовской Аравии были не просто нарушены вся политическая система и баланс между ветвями королевской семьи – в течение одного дня позиции ведущих кланов Королевства были обнулены, а активы – конфискованы. Фактически, королем Салманом и наследным принцем Мухаммедом сделан большой шаг к превращению Саудовской Аравии в подлинную абсолютную монархию, при которой привилегированное положение будут занимать не все наследники короля-основателя Абдель Азиза Аль Сауда, а только новый король и близкий лично к нему круг лиц.

Система, существовавшая на протяжении десятилетий и позволявшая обеспечивать устойчивость монархии и стабильное развитие Королевства, в одночасье была выведена из равновесия и перешла в состояние турбулентности. Как и в каком положении будет достигнут новый статус кво – пока неочевидно. Возможны различные сценарии, но понятно, что за событиями 4 ноября последуют следующие важные новости, связанные с Саудовской Аравией.

Можно ожидать перехода власти к Мухаммеду вопреки существовавшей ранее традиции, ещё при жизни короля Салмана. При этом начавшаяся непримиримая борьба внутри саудовской элиты будет продолжаться. Развитие событий в мире и позиции зарубежных держав также будут иметь влияние на политический процесс в Саудовской Аравии.