Состоявшийся (13-15 ноября) в Сингапуре 33-й саммит АСЕАН, а также сопутствующие ему мероприятия (Восточноазиатский саммит, встречи в формате АСЕАН+) стали важными событиями в политической жизни региона. В фокусе внимания членов Ассоциации и их партнеров были темы, связанные с вопросами региональной безопасности, экономической интеграции, вызовами и возможностями четвертой промышленной революции, а также межгосударственного взаимодействия стран региона.

Участники встреч из числа асеановских партнёров стремились наполнить повестку дня вопросами денуклеаризации Корейского полуострова, облегчения доступа для своего бизнеса в страны ЮВА. США активно рекламировали свой проект Индо-Тихоокеанского региона. А Австралия в очередной раз пыталась за счет укрепления связей с АСЕАН добиться повышения своей значимости в региональной политике.

Между тем, сами члены Ассоциации в гораздо большей степени были озабочены собственными проблемами. В центре их внимания были вопросы безопасности, и в первую очередь, в Южно-Китайском море (ЮКМ).

АСЕАН и Китай постепенно продвигаются в деле согласования Кодекса поведения сторон в ЮКМ. Тем не менее, сохраняющиеся между сторонами принципиальные разногласия преодолеть пока не удаётся. Напротив, появляются лишь все более новые проблемы. На саммите Пекин в очередной раз заявил, что желает включить в текст документа право вето на проведение государствами, имеющими выход в ЮКМ, военных учений с третьими странами. К предложениям китайской стороны в АСЕАН отнеслись сдержанно, однако за кулисами оно вызвало массу критики. Скорее всего, это предложение Китая далеко не последнее. Эксперты полагают, что Пекин также намерен установить ограничения на нефте- и газодобычу в ЮКМ с привлечением третьих стран и на проход военных кораблей третьих стран через ЮКМ. Скорее всего, АСЕАН придётся проявить гибкость и уступить Китаю, иначе утверждения окончательной версии документа может так и не случиться.

АСЕАН сегодня особенно стремится сохранить за Юго-Восточной Азией (ЮВА) статус одного из наиболее стабильных регионов мира. Делать это становится всё сложнее в условиях нарастающего недоверия и появления всё новых претензий друг к другу у членов Ассоциации.

Так, Ханой выражает недовольство Маниле, заключившей с китайцами контракт на нефте- и газодобычу в ЮКМ. Договор носит рамочный характер, и в нём не указан конкретный район моря, где страны собираются вести разработку. Это дало основания вьетнамцам полагать, что филиппино-китайское сотрудничество может выйти за пределы юрисдикции Китая и Филиппин. Вьетнам уже не в первый раз критикует сближение Манилы с Пекином, так как видит в этом угрозу для собственной безопасности.

В то же время намечается линия разлома в отношениях Мьянмы и Малайзии, которая требует от мьянманского руководства наказать виновных в преступлениях против этнического меньшинства – народности рохинджа, проживающей в мьянманском штате Ракхайн. При этом сам Куала-Лумпур не желает принимать беженцев-рохинджа, так как осознаёт потенциальные риски. Проблема с рохинджа продолжает усугубляться, а это способствует укреплению в Мьянме и во всей ЮВА международных террористических группировок, члены которых уже начали стягиваться в регион для защиты единоверцев-мусульман – рохинджа.

Таким образом, ноябрьский саммит в очередной раз показал, что в АСЕАН накопилось много внутренних проблем, которые требуют внимания. И в ближайшее время Ассоциации придётся сконцентрироваться именно на них, чтобы сохранить свою целостность и не допустить снижения значимости асеановских форматов в регионе.