После заявления президента США Дональда Трамп по итогам очередного раунда переговоров с китайской стороной 12 октября о предстоящем подписании торгового соглашения с Китаем в некоторых зарубежных и отечественных СМИ появились оптимистические статьи. В них авторы рассуждали об «окончании» торговых войн между США и КНР. Что касается владельцев указанных СМИ, то они, вероятно, побежали на биржи, опасаясь не успеть на ожидаемый пир «быков» (брокеры, играющие на повышение котировок ценных бумаг).

Подобные оценки прессы были в определенной мере обоснованы. Президент Трамп в свойственной ему манере буквально сиял, излучая радость и оптимизм. Он отметил, что Китай в принципе согласился на «очень существенную сделку». Потребуется три-четыре недели для «доработки некоторых деталей», а на встрече с председателем КНР Си Цзиньпином на саммите АТЭС (Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество) в Чили 16-17 ноября соглашение будет подписано.

Трамп позиционировал предстоящее соглашение как «самую большую сделку, когда-либо сделанную для наших великих патриотов-фермеров в истории нашей страны». По его словам, китайцы обещали закупить американскую сельскохозяйственную продукцию на сумму от 40 до 50 млрд долларов, причем закупки китайцами сои и свинины произойдут «немедленно». В ответ Трамп обещал не вводить с 15 октября повышенные пошлины на китайские товары стоимостью 250 млрд долларов. Кроме того, Пекин, дескать, согласился пересмотреть некоторые подходы к интеллектуальной собственности, а также к политике на валютном рынке (американцы включили Китай в категорию «валютных манипуляторов» и обвиняют его власти в сознательном занижении курса юаня. Правда, президент США назвал предстоящую сделку итогом лишь «первого этапа переговоров», то есть дал понять, что они не закончены: предстоят и второй и третий этапы. Китайская сторона подтвердила возможность заключения соглашения.

Американские аналитики связывают возможность заключения соглашения «первого этапа» с напряженной ситуацией в сельском хозяйстве КНР. Она толкает Пекин к увеличению импорт свинины. Китай потерял более 100 миллионов свиней из-за африканской чумы. Министерство сельского хозяйства Китая сообщило о сокращении поголовья свиней в стране к уже к нынешнему октябрю на 41,1 % по сравнению с предыдущим годом. В свою очередь, по оценке специалистов голландского банка Rabobank, Китай может потерять до половины свиней к концу 2019 года. В результате китайские цены на свинину подскочили почти на 70 %, что побудило власти использовать государственные запасы свинины для стабилизации внутреннего рынка в стране.

Некоторые наблюдатели не без основания удивляются странному совпадению, а именно внезапному заболеванию китайского поголовья свиней африканской чумой именно в период торговых войн с США и резкого сокращения импорта Китаем американской сельскохозяйственной продукции. Военные возможности использования американцами достижений биотехнологии хорошо известны: еще в 80-х годах прошлого века неоднократно выявлялись факты сознательного заражения различными болезнетворными микроорганизмами импортируемого Советским Союзом американского зерна.

Такая возможность вполне допустима и сейчас в американо-китайских отношениях. В принятой администрацией Трампа «Стратегии национальной безопасности» от декабря 2017 года Китай недвусмысленно определяется как главный (наряду с Россией) геополитический соперник, стремительное экономическое и научно-техническое развитие которого бросает перчатку вызова непогрешимой Америке. Обычно в развитие несекретной «Стратегии» Совет национальной безопасности США принимает секретные директивы, в которых содержатся указания для ЦРУ, АНБ и других американских специальных служб. Они выполняют свою часть работы по достижению поставленных целей. В этом контексте я не сомневаюсь в том, что американские спецслужбы плотно задействованы в экономической войне с Китаем и проводят против него тайные подрывные акции.

Эти выводы подтверждает разгоревшийся в США скандал вокруг экономического советника Трампа, «ястреба» и главного стратега антикитайской торговой войны Питера Наварро. Почетный профессор Австралийского национального университета Тесса Моррис-Сузуки провела тщательное расследование относительно некого якобы реально существующего человека Рон Вара, упоминаемого в пяти книгах из тринадцати, написанных Питером Наварро (впервые ее нашумевшая статья опубликована в The Chronicle of Higher Education). Моррис-Сузуки выяснила, что Рон Вара – антикитайски настроенный стратег и экономист, инициатор многих подрывных акций против Китая, резервист войны в Персидском заливе, якобы изучавший вместе с Питером Наварро экономику в Гарварде, на самом деле не существует. По ее заключению, Рон Вара – не более чем анаграмма фамилии Наварро. Позже сам Наварро признал обоснованность выводов Моррис-Сузуки, подчеркнув, что «это была всего лишь шутка».

Но в каждой шутке, как гласит народная мудрость, есть доля правды.

* * * * * * *

Говорят, что пессимист – это хорошо информированный оптимист. Не могу считать себя «хорошо информированным», но американскую и китайскую прессу читаю внимательно, пытаюсь анализировать и поэтому придерживаюсь пессимистических взглядов на американо-китайские отношения, в то числе в торгово-экономической области.

Прежде всего бросается в глаза разница в оценках очередного раунда переговоров американской и китайской сторонами.

Китайские комментарии были значительно осторожнее американских. Представитель министерства торговли Китая Гао Фэн подтвердил журналистам во вторник, что сделка не была подписана, но «основы для соглашения» созданы. По его словам, Китай готов увеличить закупки сельскохозяйственной продукции из США, однако он не назвал конкретных цифр. «Мы надеемся, что обе стороны смогут продолжить совместную работу по продвижению переговоров и как можно скорее достичь поэтапного соглашения и добиться нового прогресса в отмене тарифов», – отметил Гао Фэн. Он также не уточнил, когда будет подписано соглашение по итогам «первой фазы» переговоров и когда планируется встреча лидеров обеих стран.

Осторожность китайских заявлений понятна. Торговая война продолжается. Ранее веденные американцами повышенные пошлины почти на всю линейку китайских товаров (в августе 2018 года, в мае 2019-го – на товары стоимостью 200 млрд долларов, в середине нынешнего декабря планируется повышение пошлин на товары стоимостью 150 млрд долл.) и встречные китайские пошлины на американский импорт стоимостью 120 млрд долларов все еще действуют. Отменено лишь повышение американцами пошлин на китайскую продукцию, то есть приостановлена эскалация торговой войны, но не сама торговая война.

О любом соглашении говорят, что дьявол скрывается в деталях. О деталях предстоящего американо-китайского соглашения можно только догадываться, но кое-какие намеки китайцев понятны. В четверг 17 октября Гао Фэн заявил, что «США должны снять тарифы, чтобы две страны достигли окончательного соглашения по торговле… Позиция Китая, принцип и цель для китайско-американских торговых переговоров никогда не менялись. Конечная цель переговоров обеих сторон – прекращение торговой войны, отмена всех дополнительных тарифов». И далее китайский представитель еще раз подтвердил, что компании КНР увеличат свои закупки американской сельскохозяйственной продукции, но «в соответствии с потребностями китайского рынка и рыночными принципами».

Что это означает? Прежде всего то, что вопросы цен и условий поставки будут играть определяющую роль при заключении контрактов. В этом случае американские сельскохозяйственные товары (прежде всего соя и свинина) явно проигрывают конкурентам, поскольку с осени 2018 года на них действуют повышенные пошлины. Но в силу того, что они были введены китайским правительством не инициативно, а в ответ на повышение пошлин на китайские товары американцами, естественно, встает вопрос об одновременной отмене как китайских, так и американских пошлин. Урегулировать его за 3-4 недели, думаю, сторонам будет непросто. Это будет означать «потерю лица» американской стороной.

Пессимизм основан также на изучении статистики американо-китайской торговли. Пик китайских закупок американской сельскохозяйственной продукции пришелся на 2013 год (29 млрд долл.). В 2017 году они составили 19,1 млрд долл., в 2018-ом – 9,1 млрд долл. и за 9 месяцев нынешнего года – 8 млрд долларов. Понятно, что при такой тенденции закупить сельскохозяйственные товары в США на 40-50 млрд долларов – практически недостижимая цель. Кроме того, производственные мощности американских фермеров ограничены, и возникает вопрос: способны ли они удовлетворить гигантский китайский спрос?

Таможенные данные показывают, что общий импорт Китая сельскохозяйственной продукции из всех стран составил в 2017 году 124,7 млрд долларов, а в 2018-ом – 136,7 млрд долларов. Конечно, теоретически Пекин может переключить часть импорта из других стран на США, но только теоретически. По наиболее чувствительной для Вашингтона в продукции – соевым бобам, – место американских экспортеров уже заняли страны-члены группы БРИКС – Бразилия и Россия, а также Аргентина. Трудно представить, что китайское руководство пойдет на снижение закупок этой культуры из государств-партнеров по БРИКС.

Твердую позицию Китая показывает также его поведение до и после переговоров. В течение месяца до переговоров Китай покупал в США свинину и сою почти каждый день в качестве жеста доброй воли, подняв цену на фьючерсы на сою до трехмесячного максимума. Однако непосредственно после окончания переговоров (12 октября) из Китая не поступило ни одного крупного заказа на свинину и сою.

* * * * * * *

Негативное влияние на атмосферу переговоров будут оказывать и многие сопутствующие факторы в отношениях между США и Китаем. Незадолго до начала очередного раунда обсуждений Соединённые Штаты включили в чёрный список 28 китайских компаний, которые якобы помогают правительству КНР оказывать давление на уйгурское население (то есть этим компаниям запрещено работать на американском рынке, а американским компаниям – заключать с ними любые сделки). Таким образом американцы пытаются выступать в качестве защитников прав мусульманского населения Поднебесной, хотя сами в Ираке нещадно бомбили мусульман.

Палата представителей Конгресса США 22 октября единогласно приняла законопроект, угрожающий пересмотреть особый торговый статус Гонконга в случае «продолжения репрессий против протестующих». Особый статус Гонконга по ряду причин чрезвычайно важен для китайской элиты, и принятие закона может ослабить положение председателя Си Цзиньпина. Указанный закон «О правах человека и демократии» имеет сильную поддержку в Сенате и большие шансы быть принятым. Китай решительно осудил Конгресс США за «высокомерное и опасное» поведение.

По американскому телевидению постоянно транслируют негативные для Пекина сюжеты о событиях в Гонконге. Показывают ход обсуждения ежегодного послания главы администрации Кэрри Лама на первом с июня нынешнего года заседании законодательного органа, которое было прервано «демократически настроенными» парламентариями. Разные каналы крутят сюжет с нападением группы неизвестных на активиста протестного движения Джимми Шэма, который возглавляет гражданский фронт «За права человека» в Гонконге.

Истеричную реакцию и кампанию шпиономании в США вызвали шаги китайских компаний Hikvision и Dahua по распространению в третьих странах технологии распознавания лиц (государства Центральной и Южной Азии, страны Ближнего Востока, Пакистан, Саудовская Аравия, другие страны по маршруту инициативы «Пояс и путь»). Незадолго до переговоров правительство Трампа включило в черный список компании SenseTime и Hikvision.

* * * * * * *

Важно иметь ввиду, что предстоящая сделка (даже если она и состоится) – всего лишь итог «первого этапа переговоров». Предстоят второй и третий этапы, в ходе которых сторонам необходимо решить наиболее болезненные и гораздо долее важные, чем импорт сои и свинины вопросы. Среди них – прекращение китайской стороной мнимой кражи американских технологий, отказ от практики принудительной передачи китайскими филиалами американских корпораций современных технологий китайской стороне, отказ Пекина от манипулирования курсом юаня для поддержания своего экспорта, исключение из черного списка Huawei и других китайских высокотехнологичных компаний, прекращение Китаем практики субсидирования отечественных высокотехнологичных компаний.

Последнее по существу означает отказ Пекина от правительственной программы «Made in China 2025». Она предполагает, что к 2025 году Китай обгонит США по 10 прорывным технологиям (информационные технологии, искусственный интеллект, робототехника, авиация и космонавтика и т.д.), а к 2049 году (100-летие создания КНР) страна превратится в мирового лидера по всей линейке НИОКР. Понятно, что добровольно ни одно уважающее себя государство от такой программы отказываться не будет. Иначе говоря, нынешняя «торговая война» – это гораздо больше, чем попытка США с помощью высоких тарифов сократить дефицит в двусторонней торговле. Это ни что иное, как первый этап битвы США и Китаем за доминирование в технологиях будущего, а стало быть в целом за доминирование в мире.

До саммита АТЭС осталось немного времени. Посмотрим, как будут развиваться события.