12 сентября Евросоюз  и США ввели  в отношении России  третий пакет   санкций, предусматривающий  дальнейшее ограничение доступа крупнейших  российских компаний и банков к западным кредитам. По сообщениям западных СМИ, разрабатываются новые санкции.

Официальные лица США и Евросоюза  заявили, что цель санкций  – добиться изменения политики России в отношении Украины, и большинство   российских политологов и экономистов  эти заявления  приняли  на веру, без какого-либо критического осмысления.  Наиболее ярко такую  точку зрения высказал в интервью журналу «Профиль» известный своими либеральными взглядами  директор Центра исследований постиндустриального общества Владислав Иноземцев.  По его мнению,  «нужно, чтобы Россия реально смогла убедить боевиков на Украине начать разоружение, и чтобы в Донецке и Луганске появилась совместно управляемая с Киевом администрация. Вот тогда Запад может решить, что санкции сыграли свою роль, и с ними пора заканчивать. В ином случае ограничительные меры не то что не отменят, но будут вводить все новые и новые»[1].

Думается, что В.Иноземцев, а также разделяющие его точку зрения политологи  невольно ошибаются или сознательно вводят в заблуждение общественность страны. Можно было бы напомнить им  известное изречение французского министра иностранных дел  Талейрана  в беседе с испанским послом во Франции Искьердо: «Язык дан дипломату для того, чтобы скрывать свои мысли». Некоторые источники указывают, что Талейран лишь процитировал фразу из пьесы «Вынужденный брак» Ж. Б. Мольера.

Как бы то ни было, ряд  обстоятельств заставляют усомниться в официально озвученной версии  целей санкций. Однако трудно согласиться и с другой группой  политологов, которые  считают, что санкции нацелены на устранение России, как экономического конкурента Запада. Их версия вызывает сомнение  хотя бы по той причине, что  в мире крайне мало таких рынков (за исключение рынков вооружений и военной техники), где российская продукция  соперничала  бы  с американской и европейской. В российском экспорте преобладают сырьевые товары, которые в большинстве случаев конкурируют с аналогичной продукцией из развивающихся стран.

Бесспорно:  санкции введены Западом в связи с событиями вокруг Украины, но цель их – не только  приобретение верного союзника на западных границах России и укрепление прозападного режима путем стабилизации положения в этой стране.

Для  понимания истинных  целей антироссийских санкций  важно внимательно  посмотреть на те  санкции, которые Запад ранее применял по отношению к другим странам, например, к Ирану. Если международные санкции, одобренные Советом Безопасности ООН,  строго соответствовали заявленной цели, т.е. препятствовали возможному развитию военной составляющей иранской ядерной программы, то односторонние санкции США и ЕС против Ирана, особенно  после 2010 года,  значительно выходили за эти пределы.  Помимо запрета на импорт иранской нефти  было наложено эмбарго на экспорт в Иран большого ассортимента продукции, причем не только высокотехнологичного оборудования, но и товаров широкого потребления, включая лекарства. Были также заморожены валютные резервы Ирана в зарубежных банках, что затруднило импорт необходимых для жизни населения товаров – бензина, продуктов питания и т.д. В неофициальных беседах американцы и европейцы не скрывали, что санкции  нацелены на то, чтобы в максимально возможной степени затруднить жизнь простых граждан этой страны, вызвать широкое недовольство,  «свалить» популярного в народе президента  М.Ахмаджинежада, который отличался резкой антизападной риторикой и считался «радикалом», и тем самым добиться желательных для себя изменений во внешней политике Тегерана.

Западные санкции  нанесли весьма болезненный удар по иранской экономике,  ухудшили  условия жизни большей части населения и в конечном счете  сделали свое дело. На очередных президентских выборах в   июне  2013 года ставленник возглавляемой М. Ахмадинежадом   группировки «консерваторов»  М. Галибаф  (сам Ахмадинежад не мог по закону баллотироваться на третий срок)  с треском  проиграл, а победу одержал представитель «реформаторов» и «умеренных» Хасан Рухани.

Те же цели преследовали и санкции против Ирака, хотя в конечном итоге американцам пришлось  свергнуть С.Хусейна военным путем.

Иначе говоря, санкции США и Запада  всегда носили персонифицированный характер и были направлены на подрыв неугодного режима, устранение лидера, олицетворявшего этот режим, и его замену на более приемлемую для Запада фигуру. В этом  как в капле воды отражается менталитет американцев, которые никогда не мучились философскими рассуждениями  о роли личности в истории и решали вопросы в сталинском (или ковбойском) духе: есть человек –  есть проблема, нет человека – нет проблемы.  

В этом свете  и следует рассматривать санкции Запада против России. Любому непредвзятому наблюдателю видно, что США и ЕС вводят очередные санкции вне контекста  развития событий на Украине. В частности, многие обратили внимание, что последний пакет санкций против России был обнародован  в период перемирия между Киевом и повстанческим движением  на Востоке Украины, когда казалось бы  нужно не ужесточать, а смягчать их.

Примечательно также, что западные политики и дипломаты   используют чрезвычайно  расплывчатые формулировки, когда  высказываются о возможных  условиях полной отмены санкций. В ходу  «резиновая» формулировка  «санкции будут отменены, если Россия изменит свою  политику  по отношению к Украине»,  допускающая   широкое  толкование  (в чем конкретно должно состоять это «изменение» не уточняется).  Выступая на конференции по трансатлантическим отношениям в Берлине 8 октября с.г.,  помощник госсекретаря США по вопросам Европы и Евразии В.Нуланд заявила, что «ослабление и отмена части введенных против России санкций» (именно ЧАСТИ, а не всех санкций) может произойти только при выполнении нескольких условий. Во-первых, все иностранные военные и вооружения должны покинуть Украину; во-вторых, киевские власти должны полностью восстановить контроль над границей; в-третьих, все заложники должны быть освобождены (включая небезызвестную Савченко)[2].  А по словам одного из крымско-татарских политических деятелей М.Джемилева, Б.Обама в личной беседе с ним 3 июня с.г. в Варшаве заверил, что  санкции будут действовать  до тех пор, пока «оккупанты не покинут Крым»[3].

 

                               *     *     *     *     *

Все это позволяет сделать вывод: санкции направлены  не просто на подрыв российской экономики, а на снижение жизненных стандартов большей части населения, стимулирование протестных настроений в российском обществе и в конечном счете – на  устранение с политической арены  нынешнего Президента России.  Задача-максимум для Запада – свержение В.В.Путина в результате «цветной революции» и  приход к власти   одного из лидеров внесистемной оппозиции прозападного, «либерального»  толка. Задача-минимум –    замена В.В.Путина  на более приемлемую для Запада фигуру из числа нынешнего политического истеблишмента России в ходе предстоящих в 2018 году президентских выборов.

Было бы наивно ожидать проявления гуманности от наших западных оппонентов в вопросе о характере санкций, как это делает упомянутый выше  В. Иноземцев, утверждающий,    что «западные политики действуют так, чтобы не наносить ущерб массам россиян, не имеющим никакого отношения к событиям на Украине. Было бы безумием предполагать, что Европа вдруг прекратит поставлять нам продукты питания или автомобили»[4]. Вновь  он либо обманывается сам, либо сознательно обманывает  российскую общественность.  Европа неоднократно запрещала экспорт неугодным режимам  и автомобилей, и бензина, и продовольствия, и медицинского оборудования, и  медикаментов.

Более того, В.Иноземцев намеренно или ненамеренно не упоминает о том, что экономическое давление Запада на Россию не ограничивается  официальными  санкциями. Параллельно США осуществляют гласные и негласные  подрывные операции против России в экономической сфере.  Технология этой деятельности хорошо раскрыта  в книге известного американского журналиста Петера Швейцера  «Победа». На основе опросов ответственных сотрудников аппарата Белого Дома,  аппарата помощника Президента США по вопросам безопасности, Госдепа и  ЦРУ Швейцер  описал, как  после ввода советских войск в Афганистан  администрация Рейгана с помощью тайной дипломатии и  спецслужб подрывала экономику  СССР. Одним из направлений подрывной деятельности в тот период было  резкое снижение цен на нефть, которая и тогда была для нас основным экспортным товаром, с целью сокращения  валютных поступлений в СССР. Директор ЦРУ Кейси совершил тогда  визит в Эр-Рияд и договорился с королем Саудовской Аравии об увеличении добычи и экспорта нефти, что в результате обрушило мировые цены на «черное золото»[5].  

История повторяется:  американцы не привыкли отказываться от методов, которые  доказали свою эффективность. По сообщениям западных СМИ, в ходе визита в марте с.г. в Саудовскую Аравию президент Б.Обама  обсудил  с королем этой страны  «совместные планы в отношении диверсификации поставок энергоносителей странам-членам НАТО и согласование действий по игре на понижение цен на нефть и газ»[6].

Не случайно, что цена на нефть на мировых рынках в последнее время быстро снижается. Конечно, на цены давят и фундаментальные факторы (сокращение темпов роста ВВП и уменьшение спроса на нефть в Европе и Китае, увеличение добычи в самих США), однако «вклад» американо-саудовских договоренностей в ценовую ситуацию на рынке энергоресурсов несомненен.

Цель этих действий – дестабилизировать финансовую систему России, сократить поступления в госбюджет, снизить  объем инвестиционных ресурсов  и в конечном счете спровоцировать сползание нашей экономики в длительный и глубокий кризис.

Не последняя цель американской игры на нефтяном рынке   –  спровоцировать дальнейшее  падение курса рубля, который во многом зависит от цен  на «черное золото».  На валютном рынке администрация США нередко использует связанных с ней крупных институциональных  инвесторов, которые осуществляют массированные биржевые спекуляции.  Во многом американская тактика оказалась эффективной:  с  января с.г. курс   рубля по отношению к доллару упал  на 22% – с 32,6 рубля до 40 рублей за доллар.  

Для крупных естественных монополий  снижение  курса рубля  –  благо, поскольку резко увеличивается их рублевая выручка от экспорта сырья и энергоресурсов. Но для большей части населения России  это означает существенное ухудшение их материального положения.  Падение рубля влечет за собой повышение цен на импортные товары, которые составляют большую долю на потребительском рынке по таким позициям как продовольствие, одежда, медикаменты, бытовая техника. Таким образом,   раскручивается  спираль инфляции и опустошаются  кошельки рядовых граждан. По расчетам Минэкономразвития,  инфляция в текущем году превысит 8% по сравнению с 6,5% в прошлом  году, однако реальный рост стоимости потребительской корзины в последние месяцы гораздо выше. Большинство граждан России остро ощущают это,  и в различных слоях населения нарастает  недовольство. В Вашингтоне и Брюсселе рассчитывают, что  оно  будет нарастать и дальше (вплоть до выборов 2018 года), выльется в протестные выступления и повлечет за собой падение популярности В.В.Путина.

 

                     *      *      *     *     *     *     *

В этой связи наивно надеяться на скорую отмену санкций даже в случае каких-то  уступок  России в  конфликте вокруг Украины: ведь цель санкций – не столько урегулирование украинского кризиса, сколько устранение с политической арены Президента В.В.Путина.  Вполне вероятно, что по мере приближения к президентским выборам 2018 года санкции будут ужесточаться,  либо, как минимум, будет нарастать негативный эффект от ранее введенных санкций:  ограничив сейчас  доступ  российским  нефтегазовым  и иным производственным компаниям  к  западным источникам кредитования, США и ЕС  сокращают наши  инвестиционные ресурсы  и  тем самым подрывают среднесрочные и долгосрочные  перспективы экономического роста России.

Конечно, Запад может ослабить санкции в  том случае, если возникнет   необходимость  получения помощи от России  в решении какого-либо острого глобального или регионального кризиса, например  обострения  противоборства с  другим  врагом – «Исламским государством» или каким-то иным. Могут также  усилиться разногласия  внутри Евросоюза  по вопросу о политике в отношении России. Однако строить свою политику в расчете на возможные  благоприятные изменения нельзя. Разумнее действовать в соответствие со старой поговоркой:  надейся на лучшее, но готовься к худшему.

Важнейшим элементом  нашей внутренней  и внешней  экономической политики, как представляется, должны стать меры, нацеленные на то, чтобы не допустить существенного снижения жизненного уровня большинства населения и разрастания в обществе протестных настроений. При наличии политической воли это можно сделать даже в условиях стагнации и даже некоторого спада в экономике. Рецепт прост: нужно радикально повысить эффективность использования бюджетных средств, а также переложить бремя санкций на тех, кто накопил за годы высоких цен на энергоресурсы и сырье существенный финансовый  «жирок».  Конечно, они будут всеми силами сопротивляться, пытаться использовать свой политический «таран» – внесистемную оппозицию и часть депутатского корпуса, но кардинально повлиять на итоги президентских выборов они не способны.

С учетом этого предпринимаемые правительством меры по  минимизации  негативных последствий от западных санкций (политика импортозамещения,  географическая  переориентация импорта продовольственных и других товаров, всемерное расширение  торгово-экономических связей  с развивающимися государствами, включая страны  БРИКС, переход на расчеты  в национальных валютах  в торговле с  Китаем и другими партнерами и т.д.)  необходимы,  но недостаточны. В условиях фактически объявленной нам экономической войны  выживание  государства и сохранение нынешней политической системы, которую олицетворяет Президент В.В.Путин, требует принятия экстраординарных мер. Нужно осознать: в войне  выстоять можно только путем  перевода  экономики на «мобилизационные рельсы».

В первую очередь важно обуздать рост цен на продовольствие и другие товары широкого потребления. Специалистам хорошо известно, что в основе инфляции – монополистический характер нашей экономики, поэтому  мер  монетарного характера, принимаемых Центробанком для обуздания «гонки цен», явно недостаточно.   Нужно прежде всего заморозить тарифы естественных монополий – именно их ежегодный рост  раскручивает  спираль инфляции. Ничего страшного с ними не случится: их ущерб от сокращения физического объема экспорта перекрывается огромным выигрышем  от   девальвации рубля и увеличения экспортной выручки в рублевом исчислении. Те монополии, которые не связаны с экспортом энергоресурсов и другого сырья, нужно заставить  обеспечивать рентабельность не путем бесконечного накручивания тарифов, а повышением эффективности производства и сокращением себестоимости соответствующей продукции и услуги.

Естественным в этой ситуации было бы  решение полностью заморозить рост их тарифов, однако на деле происходит другое.  Все чаще звучат заявления представителей  министерств экономического блока, в которых фактически декларируется отказ от принятого  в сентябре 2013 года  правительством паллиативного  решения  ограничить    рост тарифов естественных монополий уровнем ежегодной инфляции[7].  Как  бы забыв об этом решении,  Минфин  предлагает повысить  тарифы   РЖД на 10%[8], а  Минэкономразвития «прогнозирует» быстрый  рост цен на тепло и электроэнергию.[9]

Складывается впечатление, что наши ведомства экономического блока панически боятся обидеть естественные монополии и твердо решили переложить все тяготы санкций на население. Об этом свидетельствует и содержание проекта госбюджета на 2015 год, подготовленного Минфином[10].  Проект предусматривает сокращение большинства  социальных расходов, в частности, замораживание денежного содержания военнослужащих и индексации пенсий военным пенсионерам, замораживание (а фактически, конфискацию)  накопительной части пенсий,  ограничение роста зарплаты бюджетников  запланированными темпами инфляции (т.е. 5,5%), повышение акцизов на табак и водку,  введение налога с продаж для населения и т.д[11]. Минфин также выступил с инициативой перенести налоговое бремя в части страховых взносов с бизнеса на самих граждан (сейчас взносы в Пенсионный фонд, Фонд обязательного медицинского страхования и Фонд соцстрахования за работников платит предприятие),   отменить  материнский  капитал и отказаться  от выплаты базовой части пенсии работающим пенсионерам [12].

 Минфин таким путем рассчитывает сформировать антикризисный фонд  в размере не менее 100 миллиардов рублей, которые планирует использовать для «оказания финансовой помощи частным компаниям». Мало того, что кошелек  рядового гражданина опустошает инфляция, ему еще увеличивают налоги и сокращают социальные выплаты из госбюджета, а «сэкономленные» средства  передают частному бизнесу, «страдающему от санкций».

Вместо этого Минфину стоило бы задуматься о  введении прогрессивной шкалы подоходного налога, которое переложило бы  тяжесть санкций с плеч основной массы населения на богатых и  сократило бы  ужасающий  разрыв между богатыми и бедными в нашей стране.  Сохранение плоской шкалы подоходного налога – позорное наследие  эпохи бандитского капитализма  90-х годов прошлого века, от которого надо немедленно избавляться. Нет ни одной цивилизованной  страны, где олигарх, обладающий состоянием в 20  млрд. долларов,  и  рабочий в глубинке, получающий ежемесячно 200 долларов,  платили бы одинаковый подоходный налог.

 Введение прогрессивной     шкалы  убедило бы граждан  в приверженности правительства курсу на большую социальную справедливость и снизило  бы градус  общественного недовольства. Ссылки правительственных чиновников на то, что в этом случае «бизнес уйдет в тень и вообще перестанет платить налоги» смехотворны и несостоятельны.  Их логика  поражает: мы не можем заставить богатых платить  больше  налогов, поскольку они «уйдут в тень»,  поэтому надо повысить налоги на бедных, которые не способны «уйти в тень». Хотелось бы ответить им: разворачивайте борьбу с коррупцией, налаживайте нормальную работу госаппарата,  и тогда  богатые поймут, что  им тоже иногда нужно плакать и делиться.

Было бы не лишним в проекте бюджета сократить расходы за счет отказа от помпезных и дорогостоящих проектов вроде строительства трассы для автогонок  «Формула-1». Такие проекты можно было реализовывать в благоприятный для России период 2000-2010 гг., но сейчас они  вызывают в обществе только раздражение. 

Неординарная ситуация в экономике также требует, чтобы наконец-то заработала Федеральная антимонопольная служба:  ведь зачастую повышение цен является результатом картельного сговора крупных производителей или торговых сетей. Например, в конце 2012 года – через несколько месяцев  после присоединения нашей страны к ВТО – в результате резкого роста импорта свинины  цена производителя  на нее в центральных областях России упала с  95 до 65 рублей за килограмм, т.е. на 30%,  а розничные цены на свинину снизились … на 0,5%. Весь выигрыш положили себе в карман крупные торговые сети,  а рядовой потребитель «остался с носом». Не выдержал и высказался по этому поводу даже Председатель Правительства Д.А.Медведев: «Это, конечно, полное безобразие:  цены (закупочные) на продукцию животноводства из-за этих факторов снизились практически на треть, а в магазинах практически не изменились. Это значит, что экономические регуляторы не работают»[13].

Общественность устала слушать бесконечные  грозные заявления руководителя ФАС  и  обещания  строго наказать  очередного  зарвавшегося мопополиста,  которые заканчиваются «пшиком»  и привычным  скачком цен. Похоже, что весь пар в этом ведомстве уходит в свисток.

Правительству в целом также нужно  меньше говорить и больше делать или во всяком случае научиться выполнять свои обещания. Например, после введения Россией эмбарго на импорт продовольственной продукции из Евросоюза и США в начале августа с.г. общественность слышала громкие заявления от  различных высокопоставленных лиц  о том, что  дефицит продовольствия, например  сыров и  рыбы,  будет быстро ликвидирован за счет заключения новых экспортных контрактов и поставок из стран Латинской Америки и других развивающихся государств. Прошло уже больше двух месяцев, сырные и рыбные прилавки  магазинов  заметно опустели, а обещанные  правительством суда с аргентинским сыром и перуанским лососем  затерялись где-то в просторах Атлантического и Тихого океанов. Не видно пока и эффекта от заявлений правительственных чиновников о том, что они будут жестко контролировать ситуацию на потребительском рынке и пресекать попытки «необоснованного завышения цен», в частности  на продовольствие. 

Важно также кардинально повысить эффективность расходования государственных средств, объем которых, увы, в ближайшие годы будет сокращаться. А для этого требуется прежде всего развернуть  жесточайшую борьбу с коррупцией, которая разъедает государственный аппарат, как ржавчина разъедает двигатель машины, и сводит на нет все усилия государства.  Искоренить коррупцию чрезвычайными мерами можно за год: об этом свидетельствует опыт многих стран, в частности Сингапура после прихода к власти премьер-министра  Ли Куан Ю. Можно начать   хотя бы с принятия закона о конфискации собственности в тех случаях, когда владелец  не может объяснить ее  происхождение. Обойдите   подмосковные коттеджные и дачные  поселки: вы  обнаружите тысячи и тысячи владельцев, доходы которых составляют 10 тыс. рублей в месяц, а стоимость особняка – 10 млн. долларов.

Нужно также понять, что прежняя  валютная политика формировалась совершенно в другой обстановке и не соответствует требованиям времени.  В этой связи вызывает удивление содержание  проекта Денежно-кредитной политики Банка России на 2015 год и период 2016-2017 года, в котором декларируется  намерение отказаться в 2015 году от поддержания курса рубля в рамках валютного коридора и перейти к свободно плавающему курсу[14]. Любой мало-мальски сведущий специалист понимает, что в  период  усиления  внешних угроз для финансовой стабильности страны  государство  ужесточает валютный  контроль, а не либерализует   валютный рынок. Ослабление поддержки рубля со стороны Центробанка и переход к свободно  плавающему валютному курсу в нынешних условиях может привести к катастрофическому падению рубля и дальнейшему раскручиванию спирали инфляции со всеми вытекающими негативными последствиями.

В заключение  хотелось бы  отметить следующее. Как бы ни  сложилась политическая судьба нынешнего Президента России, он уже вписал свое имя в историю. Через 50 лет никто не вспомнит о том, что в 2014 году на полках российских магазинов стало меньше сыров и рыбы, но все будут помнить, что именно В.В.Путин вернул России Крым. Выстраивание в условиях санкций  мобилизационной социально-экономической  политики важно даже не столько для  будущего В.В.Путина, сколько для  того,  чтобы сохранить суверенитет   России и отстоять ее право проводить независимый внешне- и внутриполитический курс. Россия наконец-то начала поднимать голову,  и вновь поставить ее на колени, как это было в начале 90-х годов, ни с помощью санкций, ни с помощью каких-то других мер давления, не удастся. 



[1] Побить элиту, не задев народ. Интервью журналу «Профиль» от 17.09.2014 

[4] Побить элиту, не задев народ. Интервью журналу «Профиль» от 17.09.2014. 

[5] Shvaicer Peter/Швейцер Петер/«Победа»/Издательство: СП “Авест”, 1995, ISBN: 985-6064-03-1