Некоторые итоги визита премьер-министра Японии в Москву

Аналитика
И проблемы развития российского Дальнего Востока

Cостоявшийся 28-29 апреля с.г. визит в Москву премьер-министра Японии Синдзо Абэ, а также его переговоры с президентом РФ В.В. Путиным знаменуют собой принципиально новый этап в развитии двусторонних отношений. Обширное «Совместное заявление», принятое 29 апреля 2013 г. по итогам переговоров между лидерами обеих стран, охватывает все стороны межгосударственных отношений.

Его основное содержание отражается в п.3, в котором говорится: «Руководители двух стран пришли к единому мнению о том, что укрепление дружественных отношений на основе позитивной атмосферы, утвердившейся между двумя странами в последние годы, отвечает национальным интересам Российской Федерации и Японии и создает хорошие предпосылки для выстраивания стратегического партнерства, к чему будут стремиться обе стороны».

В определённой мере в конце апреля с.г. был подведен итог метаниям последних лет от совершенно не нужного обострения (возникшего почти «на ровном месте») двусторонних отношений до оптимистических ожиданий (возможно завышенных). Видимо, практически одновременно, но, скорее, по разным причинам в Москве и Токио возникло понимание того, что «цена» этих отношений намного превышает ту планку, которую определённые круги в обеих странах пытаются ограничить пресловутой «проблемой Северных территорий».

Для Японии основная составляющая указанной «цены» носит скорее внешнеполитический характер. В условиях ухудшения отношений с КНР (при сомнительных перспективах их улучшения) и различимых невооружённым глазом колебаниях политического курса ключевого союзника, то есть США, Токио ищет альтернативные пути укрепления своих позиций в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР). Это вписывается в общий процесс «нормализации» Японии, которая, рано или поздно, но вынуждена будет отказаться от роли «младшего брата» США и в большей степени опираться на собственный потенциал, включая оборонный.

Мотивы же России по сближению с Японией носят скорее внутренний характер и обусловлены главным образом проблемой неразвитости региона Сибири и Дальнего Востока. В упоминавшемся выше «Совместном заявлении» отмечается прогресс в развитии двусторонних экономических отношений. Однако, как следует из приведенной ниже таблицы, на фоне показателей ведущих японских партнёров позиции РФ во внешнеэкономической деятельности страны, обладающей третьей экономикой мира, пока выглядят удручающими. Особенно это относится к прямым японским инвестициям, хотя их приток в Россию и увеличился более чем вдвое по сравнению с 2011 г.

Некоторые итоги внешнеэкономической деятельности Японии в 2012 г.
(млрд. долл.)

Источник: Japan External Trade Organization (http://www.jetro.go.jp/en/reports/statistics/)

  ЭкспортИмпортПрямые инвестиции в отмеченные страны
Китай 144,7 189 13,5
США 140,6 76,5 32
ЕС 81,7 83,5 29,7
РФ 12,6 22,1 0,76

Возникает естественный вопрос, чем в глазах японского инвестора мы «хуже» тех же китайцев? Объём японских инвестиций в экономику КНР хоть и упал на 15% по сравнению с 2011 г., но всё равно почти в 20 раз превзошёл в 2012 г. инвестирование в России. Это при том что политическая сфера в связке «Япония-Китай» выглядят значительно хуже, чем у России с той же Японией.

В общих чертах характер ответа на поставленный вопрос более или менее ясен. Среди объективных причин выделяется прежде всего промышленно-инфраструктурная неразвитость большей части нашей собственной территории, расположенной за Уральским хребтом. Кроме того,  рабочая сила в РФ стоит дороже, чем в КНР. Наконец, несомненно объективный характер носят значительно менее благоприятные климатические условия для капиталовложений в некие проекты на упомянутой выше части территории России.

Субъективный характер носит фактор коррупционности и неповоротливости нашего госаппарата, отбивающего у потенциального инвестора какое-либо желание «вкладываться» в российские проекты. По вопросу же реального (а не декларативного) влияния на двусторонние экономические связи так называемой «проблемы Северных территорий» в российском экспертном сообществе высказываются прямо противоположные точки зрения.

Среди перечисленных причин слабой (мягко говоря) вовлечённости Японии в российскую экономику к неустранимым можно отнести только неблагоприятные погодно-климатические условия. Другие причины находятся, что называется, в наших собственных руках. Действительно, стоимость рабочей силы в США и странах ЕС в разы выше, чем в России и, тем более в Китае, а японские инвестиции в американскую и европейскую экономики более чем вдвое превышают инвестиции в КНР.

К месту будет отметить, что не более оптимистично выглядит картина нашего участия в экономических связях и со всеми другими странами АТР. Этим, а не тем, что руководство РФ игнорирует некоторые из региональных форумов, обусловлена слабость позиций России в регионе, во всё большей степени определяющем и мировую ситуацию. На региональные форумы необходимо ехать не с политическими заявлениями общего плана, а с реальными делами, способствующими развитию как собственной страны, так и региона в целом.

Начиная с середины 90-х годов на решение перечисленных выше проблем Сибири и Дальнего Востока нацеливались несколько концептуальных правительственных документов, последний из которых был утверждён правительством в конце марта с.г. Разработанная  Министерством по делам Дальнего Востока и при участии ведущих научных учреждений страны программа, видимо, носит самый комплексный характер. Её реализация способствовала бы решению проблемы экономического развития Сибири и Дальнего Востока, а, следовательно, и повысила бы вес нашей страны в делах АТР.

Однако почти сразу же с принятием правительством страны этой программы стала обсуждаться и проблема её финансового обеспечения. Ибо даже хорошо составленный концептуальный документ сам по себе не «родит» дороги, промышленные и сельскохозяйственные предприятия, порты, линии электропередач, посёлки рабочих. Они должны сначала появиться на бумаге в виде  конкретных проектов, на что, как выяснилось на том же заседании правительства, денег в текущем финансовом году не предусмотрено.

Туманная ситуация, складывающаяся вокруг данной программы, актуализирует проблему формирования национальной «Большой стратегии». Она должна составляться с учётом динамики внутренних и внешних реалий, а также  располагаемых ресурсов и чётко обозначить фундаментальные цели функционирования государственного аппарата, иерархию национальных проблем и программ по их разрешению. Иначе говоря, потребуется решить задачу, которая в управленческих теориях называется «задачей домохозяйки».

Представляется почти очевидным, что в перечне приоритетов «Большой стратегии» РФ проблема развития Сибири и Дальнего Востока должна занять одно из первых мест. Японии, а также другим ведущим экономическим мировым державам должны быть созданы благоприятные условия для участия в решении указанной грандиозной проблемы. Собственно,  это и станет нашим реальным вкладом в дело экономического развития АТР, а также стабилизации складывающейся здесь тревожной политической ситуации.

При этом не следует завышать ожидания от развития внешнеэкономических связей. Япония и другие партнёры России, не забывая собственную выгоду, могут лишь помочь решить наши проблемы. Но основную работу должны проделать мы сами. Собственно, демонстрация серьёзности наших собственных намерений и может явиться важнейшим стимулом в  привлечении к их реализации внешних партнёров.