Повторит ли Сирия ливанский сценарий развития событий?

Аналитика
Развязка ливийского конфликта и фактическое падение режима М. Каддафи совпали по времени с принятием резолюции Совета ООН по правам человека, осуждающей сирийский режим и призывающей к проведению независимого расследования событий в Сирии. Россия совместно с КНР, Кубой и Эквадором проголосовала против резолюции.

А. В. Глазова,

ведущий научный сотрудник отдела исследований современной Азии,

кандидат филологических наук

Развязка ливийского конфликта и фактическое падение режима М. Каддафи совпали по времени с принятием резолюции Совета ООН по правам человека, осуждающей сирийский режим и призывающей к проведению независимого расследования событий в Сирии. Россия совместно с КНР, Кубой и Эквадором проголосовала против резолюции.

В этой связи все чаще звучит вопрос о том, возможно ли повторение событий в Сирии по ливийскому сценарию? Другими словами, насколько вероятно начало военной операции НАТО против Сирии с целью свержения режима Б. Асада?

Анализ происходящих на территории Большого Ближнего Востока событий позволяет предположить, что результатом смены политических режимов в ряде стран станет дальнейшая геополитическая трансформация региона с последующим возможным изменением существующих межгосударственных границ (во многих случаях искусственно созданных европейскими колонизаторами) и формированием новых государственных образований. Исходя из этого, западные страны во многом практически предопределили исход революции в Сирии. Совет ЕС на днях в очередной раз ужесточил санкции в отношении режима Б. Асада, аналогичные меры готовят и США. Звучат заявления о возможной переброске сил НАТО на сирийский фронт после завершения операции в Ливии. Силового варианта вмешательства в конфликт не исключает и постоянный представитель России при НАТО Дмитрий Рогозин. Еще в начале августа он сообщил, что альянс уже спланировал военную операцию против Сирии, которая «могла бы стать логичным завершением тех огневых и информационных операций, которые были проведены некоторыми странами Запада в отношении Северной Африки».

При этом для Запада, похоже, не имеет значения, что президент Сирии Б. Асад, хотя и с опозданием, но активно приступил к реформированию страны на основе демократических принципов, предприняв ряд таких важных шагов, как объявление многопартийности, реформа закона о средствах массовой информации, назначение даты демократических выборов в парламент, подготовка нового проекта конституции и т.д.

Между тем, нет никаких сомнений, что силовое решение приведет к гражданской войне в Сирии. Вряд ли это не понимают западные политики; - а если так, то именно этот вариант развития событий и планировался изначально.

Помимо западных стран, желающих любыми способами расправиться с правящим сирийским режимом, все более значимые позиции в этом конфликте приобретает Турция, способная оказать существенное влияние на ход развития событий в Сирии. Официальная Анкара на протяжении последних лет заявляет о себе как о лидере исламского мира, наследнике Османской империи, а также главном связующем звене между мусульманским Востоком и Западом. На этом направлении турецкому руководству удалось добиться значительных успехов, следствием чего стало то, что многие страны Большого Ближнего Востока, включая «постреволюционные» Тунис и Египет, воспринимают Турцию как модель будущего государственного устройства. Своеобразной «платой» за усиление популярности в арабском мире стало некоторое охлаждение отношений с западными странами, которые были недовольны изменением приоритетов внешней политики Турции, а также ее сближением с Сирией и Ираном.

Однако волна политических потрясений на Ближнем Востоке и в Северной Африке несколько подкорректировала отношения Турции с евроатлантическими союзниками. Неожиданно для многих, после проведения консультаций с Белым домом, Турция поддержала оппозицию и призвала президентов Туниса и Египта уйти в отставку. Аналогичным образом официальная Анкара поступила и в отношении Ливии, одобрив резолюцию СБ ООН 1973 г., однако отказавшись участвовать в военной кампании НАТО против Ливии.

Гораздо болезненней для турецкого руководства стала ситуация, складывающаяся в Сирии. С самого начала выступлений сирийской оппозиции Анкара прилагала активные усилия для стабилизации ситуации в соседней стране. Премьер-министр Р. Эрдоган поддерживал постоянный диалог с президентом Сирии Б. Асадом, призывая последнего к проведению в Сирии эффективных политических и экономических реформ.

Однако после событий в Хаме нервы официальной Анкары «сдали» и Р.Эрдоган выступил с резкой критикой сирийских властей, заявив что «в Сирии государство направило оружие против собственного народа» и призвав Б. Асада остановить насилие и кровопролитие. По сути дела, с этого момента турецкое руководство прекратило поддержку сирийского правящего режима и начало сотрудничество с оппозицией.

В Анкаре не без оснований опасаются, что насилие в Сирии, с которой Турция имеет самую протяженную границу – 877км, приведет к хаосу и нестабильности, которые так или иначе затронут и Турцию. Речь, прежде всего, идет о вооруженных столкновениях вблизи турецко-сирийской границы, которые уже привели к тому, что здесь скопились десятки тысяч беженцев, спасающихся от революционных потрясений.

Ситуация усугубляется тем, что под маской оппозиции в Сирии действуют вооруженные боевики из Иордании, Ливана и Ирака, на территории которых существуют радикальные суннитские группировки, враждебно относящиеся к режиму Б. Асада. Также существуют серьезные опасения, что для свержения режима Б. Асада внешние силы попытаются использовать сирийских курдов. В этом случае курдское сепаратистское движение на севере страны может перекинуться на территорию Турции. Все это привело к тому, что турецкий премьер-министр Р. Эрдоган заявил, что события в Сирии превращаются во внутреннее дело Турции.

На фоне этих событий появились сообщения о том, что Турция готовится к военному вторжению в Сирию. Так или иначе, официальная Анкара объявила о мобилизации офицеров, уволившихся в запас в течение последних пяти лет. Одновременно была объявлена повышенная готовность на базе ВМС Турции в Искандеруне.

Таким образом, Турция, проявляющая беспрецедентную дипломатическую активность в процессе «арабских революций», претендует стать общепризнанным региональным лидером, способным оказывать решающее влияние на революционные процессы в регионе, а также основным посредником в диалоге между арабскими странами и Западом. Учитывая, что следствием политических потрясений неизбежно станет передел сфер влияния на Большом Ближнем Востоке, Турция пытается успеть получить максимум дивидендов в этом процессе. Неслучайно Р. Эрдоган в своем выступлении 1 февраля с.г. заявил: «Турция играет роль, которая изменит ход истории и поможет перестроить регион с чистого листа». Уже вчера в Стамбуле собрались члены сирийской оппозиции в изгнании для формирования Национального совета - органа власти оппозиции для борьбы с режимом Б. Асада. В этот же день, сразу после получения известий о том, что Триполи перешел под контроль оппозиции, Бенгази с официальным визитом посетил министр иностранных дел Турции А. Давутоглу для обсуждения с главой переходного национального совета последних событий в Ливии и повестки дня заседания контактной группы по Ливии, которое вскоре состоится опять же в Стамбуле.

Однако развитие событий в Сирии по ливийскому сценарию может не состояться из-за вмешательства в складывающуюся ситуацию Ирана. Руководство Ирана уже заявило о своей поддержке сирийских властей, а также, судя по сообщениям некоторых региональных СМИ, якобы предупредило Турцию, что в Сирии могут столкнуться интересы Анкары и Тегерана. По мнению иранских аналитиков, «если турецкие власти продолжат свою политику, направленную на увеличение напряженности, то при необходимости сделать выбор между Турцией и Сирией, Иран, исходя из логики стратегических и первоочередных интересов, отдаст предпочтение Сирии». А это означает, что политические потрясения в Сирии в случае вмешательства внешних сил могут привести к ответным действиям Ирана и к началу полномасштабной войны в регионе.