Куба без Фиделя: куда пойдет страна?

Мы в СМИ
Куба потеряла своего лидера. В 2008 году Фидель — именно так кубинцы его называют, не используя фамилии, — отказался от всех официальных государственных постов. Но оставался тем, без кого в стране ничего не делается.

Не потому что цеплялся за власть, а потому, что таков был его авторитет. Он по-настоящему велик, потому что изменил если не мир, то уж, во всяком случае — Латинскую Америку.

Кончина Фиделя — повод для прогноза относительно того, куда теперь пойдет Куба, что станет с политической системой в стране, будут ли какие-то послабления в пока еще социалистической экономике. Таких рассуждений уже много. Признаюсь, они мне не нравятся, и не потому, что неверные. Они похожи на мелочный дележ наследства усопшего его нетерпеливыми родственниками.

Чтобы увидеть будущее, заглянем в прошлое

Невозможно оценивать перспективы развития страны, не зная ее прошлого, где кроются причины всех последующих событий. Фидель изменил Латинскую Америку в том смысле, что он отменил презрительное название, которое Латинской Америке дали когда-то в Вашингтоне — «задворки Соединенных Штатов».

Сама Кубинская революция — вовсе не революция в нашем понимании. Это было свержение антинационального режима, который подчинил страну интересам крупного американского бизнеса, и установление власти в интересах подавляющего большинства кубинцев.

Вот что писал об этом соратник Фиделя Антонио Нуньес Хименес в своей книге »В походе с Фиделем»: «Куба была одной из тех стран Америки, где политическое и экономическое господство империализма ощущалось особенно сильно. Вплоть до третьего десятилетия XX века США имели юридическое право военной интервенции на Кубу (присвоено ими на основе «поправки Платта», навязанной нашей стране в 1901 г.) и неоднократно использовали его. Пять десятилетий псевдореспублики буржуазные правительства действовали по прямой указке посольства США. Североамериканцы ввели и затем поощряли крайне омерзительную практику административной коррупции и притеснения народа. Их влияние обеспечивалось не только политическими пружинами власти и полным экономическим господством, но также абсолютным контролем в органах массовой информации и всеми прочими методами типично неоколониального правления».

В кубинской деревне доминировали латифундии, принадлежавшие в основном североамериканцам. Как указывал Хименес, латифундии, производившие сахар — главный экспортный товар Кубы, — занимали огромную часть национальной территории. Штаты имели абсолютную монополию на использование таких важнейших богатств страны, как никель. Согласно официальным данным, по величине капиталовложений США Куба занимала в Латинской Америке второе место, уступая лишь Венесуэле.

Каковы же были последствия такой ситуации для простых кубинцев? К концу 50-х годов прошлого века при населении в 5,5 миллионов человек свыше 600 тысяч не имели работы. Более четверти кубинцев были неграмотны. Более половины детей школьного возраста не имели доступа к знаниям при том, что 10 тысяч учителей были безработными. Хименес пишет: «К бескультурью и возраставшей нищете нужно добавить расовую дискриминацию, проституцию и самый позорный, какой вообще можно себе представить, моральный упадок».

Именно такую ситуацию попытались изменить Фидель Кастро и его соратники. И изменили.

Карточная система при бесплатных медицине и образовании 

Никто не говорит, что это было сделать легко. Национализация банков, промышленных, сельскохозяйственных и торговых предприятий, которые принадлежали более чем 900 американским компаниям, привела к экономической блокаде Кубы со стороны США.

Но и в этих условиях главные лозунги революции — освобождение кубинцев от нищеты, болезней, неграмотности и бесправия — не остались лишь лозунгами. Лучшая в Западном полушарии бесплатная медицина и прекрасное бесплатное образование — это те достижения нынешней Кубы, которых никто не может оспорить. Достаточно сказать, что лечиться на Кубу едут многие иностранцы, которым высокопрофессиональные и высокотехнологичные медицинские услуги там предоставляются платно, но намного дешевле, чем в Европе и США. Только на Кубе есть такая уникальная специальность, как «врач всеобщей медицины». Только на Кубе уже минимум как 30 лет действует система «семейного врача».

Да, на Кубе действует карточная система распределения таких основных продовольственных товаров, как мясо и некоторые молочные продукты. Но на Кубе никто не голодает. И там никого не заботят вопросы: где и как лечиться и где учить своих детей?

Сейчас приводят официальные данные, мол, за последние два года, после восстановления дипотношений между Гаваной и Вашингтоном, с Кубы в США эмигрировало около 100 тысяч кубинцев. Так, думаю, и из России в Штаты уехало бы немало, будь Флорида в 90 милях от Москвы. Это не показатель. Мало ли в каждом народе тех, кто всегда считает, что лучше там, где их нет. Всё зависит от ответа на философский вопрос: сколько нам надо для счастливой жизни?

Мне довелось долго работать на Кубе корреспондентом, и я, думаю, имею право сказать, что я знаю Кубу и кубинцев. На Кубе воплотилась древняя мудрость о том, что счастлив не тот, у кого всего много, а тот, кто доволен тем, что имеет. Поэтому, если говорить о либерализации социалистической экономики, то она, вероятно, возможна. Но в обозримом будущем она не пойдет дальше той грани, за которой простая кубинская семья будет поставлена перед выбором: либо лечиться, либо учиться, либо кушать. А такую ситуацию в Латинской Америке мы наблюдаем почти повсеместно.

Завещание Фиделя

Главная кубинская газета «Гранма» в последние годы регулярно публиковала статьи Фиделя Кастро в рублике «Размышления товарища Фиделя», которые скорее напоминали философские эссе. Это была форма общения Фиделя со своим народом. Как мыслитель и пламенный оратор, он имел в этом потребность. Последнее такое эссе появилось в «Гранме» 28 марта этого года, неделю спустя после визита на Кубу президента США Барака Обамы, и было озаглавлено «Брат Обама».

В этом названии глубоко скрыта ирония, а слово «брат» как будто случайно не взято в кавычки. Обама выступил на Кубе с «елейной речью», в которой призвал кубинцев «забыть прошлое, оставить прошлое и вместе смотреть в будущее — будущее надежды». «Мое пребывание здесь дает большие надежды на то, что мы вместе можем сделать как друзья, как одна семья, как соседи», — сказал Обама.

И Фидель пишет: «Надо думать, что каждый из нас рисковал схватить инфаркт, слушая эти слова президента США. И это — после блокады, которая длится без малого 60 лет; после гибели кубинцев в результате нападения наемников на кубинские суда и порты; после теракта в отношении нашего самолета, полного пассажиров, который взорвался прямо в воздухе (имеется ввиду взрыв кубинского авиалайнера в небе у Барбадоса в 1976 году, погибли 73 кубинца — прим.авт.); после вторжений наемников; после многочисленных направленных против нас актов насилия?» Фидель фактически призывает не верить Штатам.

И дальше Команданте пишет: «Пусть никто не строит иллюзий о том, что эта благородная и самоотверженная страна откажется от своей славы, от своих прав и от духовного богатства, которое она завоевала с развитием образования, науки и культуры. Я подчеркиваю, что мы способны производить нужные нам продовольствие и материальные богатства силами и умом нашего народа. Нам не надо, чтобы империя нам что-то дарила».

Это прямой ответ и Вашингтону, и всем в мире. Куба по-прежнему будет независимой страной в любых обстоятельствах. Это похоже на завещание Фиделя. Так получилось, что это его последняя статья в «Гранме». В ней — суть кубинцев: гордые, мужественные, несгибаемые.

Им было трудно все 60 лет блокады. Им было еще труднее, когда в начале 90-х Россия, встав на путь капитализма, бросила Кубу на произвол судьбы. Но Куба выжила.

Для кубинцев 1 января 1959-го — как для нас 9 мая 1945-го

Для кубинцев героическая партизанская борьба в конце 50-х против режима Батисты, которая завершилась победой 1 января 1959 года, и все последующие годы выживания в условиях американской блокады, — это моральный эталон, которому надо следовать. Для них это святая память и моральная основа их бытия. Это как для нас победа в Великой Отечественной войне и наш Бессмертный полк.

Мы, россияне, скорее всего перестанем быть теми, кем являемся, если забудем о Великой Победе. Так и Куба перестанет быть Островом Свободы, когда кубинцы забудут о своей революции и её героях. А они помнят всё.

Куба идет по своему пути в этом бурлящем мире. Она восстановила дипотношения со своим северным соседом, но ничего не забыла. Для кубинцев встать на путь капитализма — значит быть такими же презренными, как gringo. Вне всякого сомнения, Куба будет искать экономическую поддержку там, где ее могут оказать, не требуя от Гаваны предательства идеалов.

В политическом плане страна будет проводить самостоятельную политику, основанную на извечном стремлении кубинцев к независимости, на их общенародном презрении к американскому истеблишменту и всему тому, что официальный Вашингтон несёт своей политикой другим странам.

Эта политика как и прежде будет основана на ярком примере революции 1959 года, на примере её бескорыстных героев-романтиков, какими были и остаются Камило Сьенфуэгос, Эрнесто Че Гевара, Фидель и Рауль Кастро. Мы имеем дело с уникальным социально-историческим феноменом: моральный авторитет этих людей указывает путь целому народу.

Это не доктринерство, а идеализм. Хотя бы потому, что «социалистический характер Кубинской революции» был провозглашен на Кубе спустя несколько лет после самой революции, и не по инициативе самих кубинцев.

Вначале, повторюсь, была борьба против засилья американских олигархов и их кубинских марионеток. Пока кубинцы остаются идеалистами, каким был и сам Фидель, и они не свернут с этой дороги.

Куба США