Вторжение Наполеона в Россию

Аналитика
Кампания 1812 г. оказалась для Наполеона катастрофой. Вероятно, у Наполеона не было шансов не ввязаться в нее, поскольку он не мог принять Россию как Великую и равноправную державу.  Его задержка в Москве была роковой ошибкой, но самым худшим последствием стала потеря репутации, в России он продемонстрировал миру, что не является непобедимым.

Ю.В. Лунёва, кандидат исторических наук,

старший научный сотрудник Центра гуманитарных исследований РИСИ

В 2 часа ночи 12 (24) июня 1812 г. началась переправа по трём понтонным мостам, переброшенным через Неман, армия Наполеона вступала на территорию Российской империи.  «Первой переправилась на правый берег дивизия генерала Морана. За ней шли остальные дивизии корпуса маршала Даву, за ним кавалерия короля неаполитанского маршала Иоахима Мюрата, затем императорская гвардия – старая и молодая»[1]. На русской границе от Данцига до Радома сосредоточилась огромная  армия  численностью (вместе с резервами) до 600 тыс. человек.  Переправа 220 тыс. солдат Великой армии под Ковно заняла 4 дня.

Наполеон вторгся в Россию без объявления войны, выдвинув  в роковой поход свои лучшие силы. Центральное ядро его огромной армии составляли кадровые французские войска. В нее входили солдаты старой гвардии, боевые части, прославившиеся победами при Маренго, Аустерлице, Иене и Ауэрштедте, ветераны прошлых войн, во главе с лучшими военачальниками Франции - маршалами Неем, Мюратом, Даву и другими.  В Великой армии французов было только треть от общего числа и половина от атакующего эшелона. «Самый крупный иностранный контингент – 100 тысяч человек – поставил Рейнский союз (Бавария, Вестфалия, Вюртемберг, Баден, Саксония). Затем в убывающем порядке Польша (50 тысяч), Австрия (32 тыс), Италия (30 тыс), Пруссия (20 тыс), Швейцария (10 тыс), Голландия, Дания, Неаполь, Испания и Хорватия добавляют еще несколько тысяч солдат»[2].

24 июня 1812 г.  Александр I прибыл на бал в  имении Беннигсена в Закрете (Вильно), чтобы встретить вместе с европейскими  дипломатами и политиками  «неожиданное известие» о вторжении Наполеона в Россию.         16 (28) июня был занят Вильно. Александр I направил Балашова А.Д. на переговоры с Наполеоном.  Историк  Е.В. Тарле в книге «Наполеон» пишет, что 30 июня  у Балашова было два свидания  с Наполеоном:  «Мне жаль, что у императора Александра дурные советники, — так начал  Наполеон. — Чего ждет он от этой войны? Я уже овладел одной из его прекрасных провинций, даже еще не сделав ни одного выстрела и не зная, ни он, ни я, почему мы идем воевать»[3]. Балашов отвечал, что Александр  хочет мира, что Куракин по своей воле, никем не уполномоченный, потребовал свой паспорт и уехал, и что никакого сближения у России с Англией нет. Наполеон раздраженно возражал, доказывая, что Александр оскорбил его, требуя увода его войск из Пруссии, и т. д.  После обеда серьезный разговор возобновился. «Боже мой, чего же хотят люди? — воскликнул Наполеон, говоря об Александре. — После того как он был побит при Аустерлице, после того как он был побит под Фридландом, — одним словом, после двух несчастных войн, — он получает Финляндию, Молдавию, Валахию, Белосток и Тарнополь, и он еще недоволен... Я не сержусь на него за эту войну. Больше одной войной — больше одним триумфом для меня...».  Роковой поход Наполеона в Россию  стал, по меткому замечанию  министра иностранных дел Франции Талейрана, началом конца.

Начиная с 1812 г. Наполеон  говорил о себе как о защитнике цивилизованной Европы. «Поскребите русского и Вы обнаружите татарина». Запутавшись в паутине собственной риторики, являющейся причудливой смесью высокомерия и мессианизма, призванного установить справедливый и угодный Богу порядок, он принялся мечтать о том, что после того как он захватит Москву, он сможет снарядить экспедицию в Индию и добраться до источника английского богатства[4].

«Через пять лет я буду господином мира; остается одна Россия, но я раздавлю её, - мечтал Наполеон в 1811 г. … Предположите, что Москва взята, Россия разбита, царь смирился или же погиб жертвой дворцовой интриги; может быть новый вассальный трон; скажите мне, разве для французской армии, подкреплённой союзниками и вышедшей из Тифлиса, не найдется такого подступа к Гангу?»[5].

По расчетам Наполеона российский император должен был капитулировать, устрашаясь огромной армии противника, а также угрозы крестьянских бунтов. «Все варварские народы очень суеверны и мысли их очень просты. Мощный удар, нанесенный в самое сердце империи по Москве, Москве Великой, Москве Святой, тут   же и навсегда отдаст в руки эту слепую толпу»[6]. Наполеону в глазах потомком хотелось выглядеть справедливым правителем. В обозе Наполеона по России, до Москвы везли два изваяния белокаменных скульптур Наполеона со свитком законов в руке,  в тоге и лавровом венке изображавших императора цезарем Августом XIX в.[7].

К  юбилею Отечественной войны 1812 г. и Русской кампании Наполеона издано много разных  книг[8].   В современную российскую историю 1812 г.  крепко вошли идеи французской научной школы[9].  О.В. Соколов в 2-томнике  «Аустерлиц: Наполеон: Россия и Европа, 1799-1805»: представляет документальные доказательства в защиту французов, за что и получает  высшую награду Французской республики  - орден Почетного Легиона.  Звезда великого завоевателя Наполеона освещает тернистый путь  русско-французского исследователя, и он пишет новую книгу «Битва двух империй. 1805-1812: о причинах войны Наполеона с Россией»[10], в которой  задается старыми, не решенными для себя вопросами: «Послушайте, почему же Наполеон напал на Россию?!»   Для автора остается открытым вопрос, почему Александр I не встретил Наполеона в России как дорогого гостя, ведь пришёл то он к нему с миром. Но коварный и жестокий Александр  I подверг Наполеона и Великую армию нечеловеческим страданиям. Сначала царь заманил ее вглубь России,   разбил  при Бородино, обманом завлёк в Москву, встретил огромным пожаром и грабежами, продержал в столице до холодов, а  потом  унизил и прогнал Наполеона, даже не удосужившись беседы. По дороге из Москвы Великую армию преследовали казаки, партизаны, мороз, голод, дизентерия и вши. Предлагаем перечитать Соколову О.В. книгу А. Рачинского «Наполеон и Александр I: борьба идей», в которой исследовано   происхождение войны 1812г. Рачинский отмечает, что  с  конца XVIII в. основным культурным фактором эпохи становится идеологическая борьба и основными фигурами этой борьбы становятся Александр I и Наполеон.

Рассуждая о причинах войны, англо-польский историк А. Замойский не пытался оправдать ту или иную сторону, но указывал, что и Наполеон, подстрекавший Россию созданием Великого герцогства Варшавского, и Александр I, желавший реванша после Тильзита, оба готовились к наступательным действиям[11]. Что касается предвоенного плана Наполеона, то, по мнению А. Замойского, он был проработан лишь в части нанесения первого удара и заключался в разгроме русской армии уже в приграничной полосе.

Историк О.В. Соколов, настаивая на миролюбии Наполеона, упускает из вида, что  перемирие, заключенное между двумя императорами после Тильзита (1807) и Эрфурта (1808), стало передышкой необходимой перед новым неизбежным столкновением.  За политическими соображениями  стоял культурный, идеологический аспект и невозможность существования двух миров в Европе - революционного и традиционного[12]. Александр I и Наполеон олицетворяли собой разные культуры, идеологические системы, разные исторические концепции. Александр – наследник византийских ценностей, защищающий традиционный мир от еретических новшеств, носителем, которых был Наполеон. Православный государь выступал как глава и как отец церкви, не подчиняющийся никакому закону, кроме Закона Божьего.  «Власть Наполеона, пишет Рачинский, также  была исполнена верховной сущностью, но другого рода, поскольку основывалась на идеях  антихристианского мистицизма, проповедуемого в масонских ложах XVIII в. Без учета этого соображения многие предприятия Наполеона, в том числе экспедиция в Египет,  Сирию, Россию остаются неясными»[13]. К счастью, только перед смертью  Наполеону пришло озарение: «Мне надо было строить империю на основе якобинцев»[14].

Следует напомнить О.В. Соколову, что Наполеоновские войны 1799-1814 гг. были всемирным бедствием,  разрушив общемировой генофонд.  После наполеоновских войн рост французов  и европейцев значительно уменьшился (примерно на 10-20 см). Величайшая заслуга России и Александра I состоит в том, ему удалось остановить цивилизационную катастрофу и обеспечить прочный мир в Европе.

В 1990-е гг. в новых исторических условиях дезинтеграции и распада «социалистического лагеря» и СССР, на фоне дискуссий о формах европейского единства и  взаимоотношениях с континентальной Европой, в новой России возрастает интерес к Наполеону.  Советских историков Е.В. Тарле, А.З. Мандфреда, В.Г. Сироткина великий завоеватель интересовал  с точки зрения того, как он выполнил свою историческую роль[15].

В конце ХХ в. открылась свободная эпоха для российских исследователей. Деловые качества и целеустремленность Наполеона на практике успешно применялись  «новыми русскими» в ведение своего бизнеса. Интерес к Наполеону, как к  великому топ-менеджеру Франции, не ослабевает и по сей день[16].  Наполеон у Александра Никонова – не «узурпатор», не «корсиканское чудовище», не антихрист и супостат, а самый эффективный менеджер всех времен и народов, главной целью которого было развитие национального бизнеса. Мир – это все, что нужно было Наполеону. Поэтому он всё время воевал…»[17].  Комментарии излишни.

Никонов считает Наполеона  самым прогрессивным правителем в истории Франции и всего мира. Император Франции мечтал, чтобы   Европа превратилась бы  в одну страну, с едиными деньгами, мерами весов, гражданскими законами, местным самоуправлением, расцветом науки и ремесел.

Наполеон продолжает оставаться кумиром многих российских авторов. По мнению российского автора «АнтиНаполеона» С.Ю. Нечаева, французский император интуитивно и очень грамотно использовал основополагающие принципы пиара и маркетинга. Нечаев  приводит пример Гражданского кодекса, который написал профессиональный юрист Камбасерес, а величие легенды Наполеона состоит как раз в том, что даже документ к которому он и руки не приложил называется кодексом Наполеона[18].

Писатель А.М. Буровский, которого почему-то принято считать историком, причислил Наполеона к спасителям России. В своей книге «Наполеон - спаситель России» он пишет, что россияне сплотились против внешнего врага, и не произошло раскола русского общества[19].

В новой книге Э. Радзинского «Наполеон. Жизнь после смерти» автор предпринял попытку психоанализа глазами Наполеона, не учитывая разницу в два столетия, увеличившиеся число игроков на политической арене и возрастающую роль АТР в мире.  Безумный пассаж Радзинского, который вряд ли бы пришёл в голову даже Наполеону предсказывает грядущую опасность: «В битвах и победах мы, европейцы, стали единым народом! Я демонстрировал Европе будущего врага … ибо Россия в один прекрасный день наводнит Европу своими казаками … »[20].

Некоторые российские и зарубежные историки сравнивают Наполеона с Гитлером, но на самом деле их объединяет лишь сокрушительное поражение в России.  Видный английский историк Р.Ф. Делдерфилд в своей книге «Наполеон. Изгнание из Москвы» постарался быть предельно объективным.  Он считает, что последствия кампании, включая падение Наполеона и крушение империи будут влиять на политику Европы вплоть до ХХ столетия, и это влияние перейдет, возможно, и в ХХI  в. «Ни правительства Европы, ни их более прогрессивные соседи никогда больше не воспринимали Россию как полудикую страну, где единовластно правит далекий царь. Большая и непредсказуемая – такой она навсегда осталась в представлении государственных мужей и стратегов, медведь, которого можно попытаться травить, но не считаться с ним нельзя, великий вакуум, в котором армии исчезают, чтобы больше никогда не появиться вновь»[21]. В подтверждение горького опыта Наполеона Адольф Гитлер попытался проверить ту же теорию в 1941 г. и результат был идентичен.

Другой английский историк Д. Стюард в книге «Наполеон и Гитлер: сравнительная биография» отмечал, что во время мирового хаоса, который может наступить в любой момент, обязательно появятся новые Наполеоны и Гитлеры. Сравнительное историческое исследование Стюарда завершается логичным выводом, что Наполеон и Гитлер подписали себе приговор, пытаясь покорить Россию. «Если первый сделал это, повинуясь новым политическим обстоятельствам, то второй изначально планировал это завоевание как основное условие реализации нацисткой мечты».

Наиболее интересной книг о Наполеоне для широкого круга читателей является труд Д. Маркхема «Наполеон Бонапарт для «чайников»[22]. В основной текст книги клипами вставлены рубрики (как на сайтах) «Помни», «Легенда», «Технические подробности», «Шпаргалка».

Приходится признать, что вторжение Наполеона в российскую историю продолжается и  по сей день, и ему удается  пленить и захватывать некоторые умы  и здесь стоит  напомнить что,   «блеск личности Наполеона был столь нестерпим, что самыми знаменитыми персонажами психиатрических лечебниц ХIХ  и ХХ вв. стали «Наполеоны».

Возвращаясь к реальному вторжению Наполеона  в Россию в июне 1812 г. Наполеон не мог себе представить те огромные несчастья, которые ждали его впереди. Слишком поздно он понял, что Россия страна тем более удивительная, что она никогда не сдается.

Кампания 1812 г. оказалась для Наполеона катастрофой. Вероятно, у Наполеона не было шансов не ввязаться в нее, поскольку он не мог принять Россию как Великую и равноправную державу.  Его задержка в Москве была роковой ошибкой, но самым худшим последствием стала потеря репутации, в России он продемонстрировал миру, что не является непобедимым.

В мае 1818 г. когда Наполеон точно знал, что он умрет в ссылке, он  признался Бернадотту: «Надо было умереть в Кремле, когда я был в зените славы, у меня была репутация великого человека. Цезарь не стоил и моей подвязки».

Максимы и изречения Наполеона стали крылатыми. Закончим одним из них: «Кто  осмелился бы сказать мне на поле сражения под Фридландом или на неманском плоту, что русские будут расхаживать в Париже как господа?»


[1] Манфред А.З. Наполеон Бонапарт.  М., 2002. С. 652.

[2] Франчески М., Вейдер Б. Наполен под прицелом старых монархий. М., 2008. С. 188-189.

[3] Тарле Е.В. Наполеон. М., 2009.

[4] Сюше А. Наполеон.  М., 2010. с. 205.

[5] Наполеон Бонапарт Императорские максимы. М., 2003.,С. 153.

[6] Там же.

[7] Мединский В.Р. О русском рабстве, грязи и «тюрьме народов». М., 2008. С. 238-277.

[8] См. Путеводитель по книгам об Отечественной войне. «Гроза Двенадцатого года…»/ В.М. Мешковю М., 2012.

[9] Виднейшими представителями этой группы являются А.А. Васильев, А.И. Попов, (автор наибольшего числа постсоветских публикаций), В.Н. Земцов, О.В. Соколов,  В.Г. Сироткин и В.Н. Шиканов.

[10]  Соколов О.В. «Битва двух империй. 1805-1812: о причинах войны Наполеона с Россией». М.- СПб.,  2012.

[11] Zamoysky  A. Fatal March to Moscow. L., 2004.

[12] Ratchinski A. Napoleon et Alexandre: La Guerre des  Idees. Paris, 2002.

[13] Цит по Александрини О.Л.  А. Рачинский Наполеон и Александр 1: борьба идей// История России.  2010, №2, С. 7-14.

[14] Щербаков А. Наполеон. Победителей не судят. М., 2010.

[15] Тарле Е.В. Наполеон. М., 2009.

[16] В 2010 г. появился  перевод книги Алексиса Сюше «Наполеон» (в оригинале «Napoleon et le Management”), .   В аннотации предлагается использовать книгу в качестве учебного пособия  для молодых бизнесменов.

[17] А.П. Никонов  «Наполеон: попытка №2» М.- СПб., 2010.

[18] Нечаев С.Ю. АнтиНаполеон 1812-2012: уже двести лет  никто не может разгадать тайну этого человека.  М., 2010.

[19] Буровский А.М. Наполеон- спаситель России. М., 2003.

[20] Радзинский Э.С, Наполеон. Жизнь после смерти. М., 2009. С. 425-426.

[21] Делдерфилд Р.Ф. Наполеон. Изгнание из Москвы. М., 2002. С. 343-344.

[22]  Маркхем Д. «Наполеон Бонапарт для «чайников». М., СПб., Киев , 2008.