Арабский саммит в Багдаде неизбежно станет историческим

Мы в СМИ
Комментарий по предстоящему 29 марта саммиту Лиги арабских государств, специально для «Нового восточного обозрения» дала Елена Супонина, руководитель Центра Азии и Ближнего Востока Российского института стратегических исследований.


Елена Супонина, руководитель Центра Азии и Ближнего Востока Российского института стратегических исследований – специально для «Интернет-журнала» «Новое восточное обозрение»



Первый после начала «арабской весны» саммит Лиги арабских государств, который намечен на 29 марта в Багдаде, станет событием чрезвычайным по многим причинам, в первую очередь, из-за места своего проведения. Он состоится через три месяца после ухода из Ирака американских войск, находившихся там с 2003 г. Страну, тем не менее, продолжают сотрясать взрывы, и вопрос безопасности очень важен. Тем более, как объявили иракские власти, свое желание приехать на эту встречу в верхах уже подтвердили 13 монархов и президентов. Остальные еще раздумывают, но наверняка, если не приедут сами, то пришлют вместо себя своих высоких представителей.


А вот президента Сирии на саммите не ждут – и это еще одна особенность готовящейся встречи. С 16 ноября 2011 г. Лига арабских государств (ЛАГ), куда входит 22 участника, приостановила членство в ней Сирии. Это решение было принято в прошлом году на заседании министров иностранных дел в Каире. Причина в том, что Сирия находится на грани гражданской войны, а ее правительство подвергается жесткой критике со стороны большинства арабских лидеров.


Министр иностранных дел Ирака Хошияр Зибари подтвердил на днях, что бойкот Сирии продолжается и ее представителей на саммите не будет. За неделю до этого иракский премьер-министр Нури аль-Малики еще допускал возможность, что сирийский президент Башар Асад все-таки получит приглашение.


«Нет, этого не будет. И это не столько наше решение, сколько коллективное решение всей организации, к которому мы должны отнестись с уважением», - объявил только что глава МИД Ирака. И это несмотря на то, что Ирак, граничащий с Сирией, доброжелательнее многих относился в последнее время к сирийскому президенту Башару Асаду.


«Они вонзили в спину отравленный кинжал»


Собственно, арабский саммит в Багдаде стал возможен как раз потому, что сейчас наметился медленный дрейф Ирака от союзных ему Ирана и Сирии в сторону налаживания отношений с монархиями Персидского залива и другими арабскими государствами.


Враждебность с ними Ирака возникла еще при прежнем иракском лидере Саддаме Хусейне. Предыдущая встреча лидеров ЛАГ в Багдаде состоялась как раз при нем – в мае 1990 г. На ней случился скандал, когда иракский президент, выступая напористо и агрессивно, предъявил претензии своим монаршим соседям из Кувейта и Саудовской Аравии.


Он обвинял их в недостаточной, на его взгляд, подпитке Ирака кредитами (кстати сказать, беспроцентными). А возвращать их Саддам Хусейн не собирался, поскольку считал, что это плата за то, что он в одиночку отдувался в 8-летней войне с главным противником арабов – Ираном. На том саммите, конечно, иракский лидер не осмелился сказать вслух коллегам, что вообще считает Кувейт «своей провинцией» и что кувейтские острова Варба и Бубиян аппетитными кусками лежат на пути от иракского порта Умм-Каср далее в Персидский залив.


Зато он говорил о других болезненных проблемах и в таком тоне, что последовавшая затем в ночь с 1 на 2 августа 1990 г. агрессия Ирака против Кувейта хотя и застала многих врасплох, но, положа руку на сердце, не сильно удивила. Так, он считал следствием заговора падение мировых цен на нефть в конце 1980-х - начале 1990-х гг. От этого же сильно пострадал не только Советский Союз, но и Ирак тоже. Ряд экспертов до сих пор полагают, что, помимо объективных показателей, здесь сыграли свою роль договоренности между США и Саудовской Аравией с Кувейтом.


Эти арабские монархии, в отличие от Ирака, не так сильно зависели от экспорта нефти, как может показаться, поскольку часть своего бюджета наполняли доходами от размещенных за рубежом активов и инвестиций. Саддам Хусейн без устали повторял свою догадку (его склонность к паранойе укрепляла в нем это убеждение) о том, что соседи, не желая видеть Ирак сильным, ведут против него экономическую войну. Что они нарушают квоты Организации стран-экспортеров нефти, тайком увеличивая добычу и экспорт «черного золота», обваливая цены. А Кувейт, как утверждал иракский лидер, еще и «крадет» иракскую нефть с общих приграничных месторождений, например, с Румейлы.


«В мае 1990 г. на арабской встрече в верхах Саддам держался с руководителями других государств как начальник, наставляющий своих подчиненных. Он вел себя снисходительно. Бросалось в глаза, что собравшихся там королей и президентов он не считает равными себе», - рассказал позже в своих мемуарах саудовский принц Халед ибн Султан, который в 1991 г. командовал Объединенными вооруженными силами во время операции за освобождение Кувейта.


Саддам Хусейн, как видим, уже подумывал о новой войне и не скрывал вновь проявившейся у него враждебности к приехавшим тогда в Багдад гостям-соседям. «Вместо того чтобы отблагодарить Ирак за противостояние с Ираном, они вонзили нам в спину отравленный кинжал», - как-то произнес он. Смешно сказать, но тот саммит, омраченный распрями, задумывался на другую тему – выразить свой протест по поводу разрешенной и активно ведущейся эмиграции евреев из Советского Союза в Израиль.


Можно ли иранского соседа благодарить вечно?


Об этой истории уместно вспомнить не только потому, что с тех пор саммиты ЛАГ в Багдаде не проводились и нынешний будет первым за 22 года. Но и потому еще, чтобы понять, какие страсти кипят за внешне чинным протоколом, когда проходящие мимо телекамер арабские монархи, окруженные помощниками и охраной, тихо шуршат по полу своими длинными шелковыми «абайами» – золотыми или белыми по такому торжественному случаю накидками.


При Саддаме Хусейне встречи ЛАГ в Ираке не проводились по понятным причинам - взаимная ненависть, международные санкции против этой страны как следствие неудавшейся оккупации Кувейта и вторжение в 2003 г. американских и союзных им войск. В конце декабря 2006 г. Саддам Хусейн был повешен.


Однако и с новыми иракскими властями отношения арабских монархов складывались непросто. К власти в Ираке теперь пришли мусульмане-шииты, составляющие две трети от 30-миллионного населения страны. Саддам Хусейн, напомним, как и большинство арабских лидеров, был мусульманином-суннитом.


В арабском мире между суннитами и шиитами ведется давняя, порой скрытая, а порой выливающаяся наружу (как сейчас) борьба за влияние. Нынешний премьер-министр Ирака Нури аль-Малики, проявляющий задатки склонного к политике сильной руки лидера, ведь не просто шиит по происхождению. Он сделал свою политическую карьеру на справедливом во многом тезисе о том, что при Саддаме Хусейне мусульмане-шииты в Ираке притеснялись. И еще один важный момент – Нури аль-Малики и его соратники боролись с режимом Хусейна, опираясь на протяжении долгих лет на поддержку соседнего Ирана.


Они там жили, получали финансовую и другую материальную помощь. Иран до сих пор помогает иракским властям и развивает сотрудничество. Поэтому Нури аль-Малики не мог не ответить взаимностью, когда иранцы сами оказались в трудной ситуации из-за давления, которое оказывает на них международное сообщество, арабские страны в том числе. Так, до последнего времени Ирак осторожно комментировал происходящее в Сирии, учитывая, что это союзник Ирана.


«Однако и бесконечно быть благодарными мы не можем. Ирак должен думать о своем будущем. Не исключено, что иракская политика будет постепенно меняться в сторону небольшого отстранения от Ирана и налаживания отношений с арабами», - сказал недавно автору этих строк один из высокопоставленных иракских чиновников, предпочтя в таком щепетильном вопросе сохранить анонимность. По его мнению, свидетельство грядущих изменений - мартовский саммит ЛАГ в Багдаде.


Еще один сигнал – назначение 21 февраля посла Саудовской Аравии в Ираке, впервые с 1990 г. Иракцы, со своей стороны, возобновили работу своего посольства в Эр-Рияде в 2009 г.


Смертники ищут паломников


Подготовка к саммиту ЛАГ идет напряженно из-за сложностей с безопасностью в Ираке. Во многом из-за этого, а не только из-за Ирана и Сирии, этот саммит, запланированный еще на 2011 г., не раз переносился. Взрывы гремят ежедневно, нередки случаи взятия людей в заложники – как за выкуп, так и в ходе выяснения политических разногласий.


В частности, серия террористических атак прошла 23 февраля: на центральной багдадской улице Каррада взорвался заминированный автомобиль, сразу после этого несколько боевиков открыли огонь по полицейским постам в других районах столицы (в основном шиитских кварталах). В тот же день спланированные атаки были совершены в иракских провинциях Дияла и Салах-эд-Дин.


Погибли 55 чел., более 200 были ранены. Российский президент Дмитрий Медведев, накануне общавшийся по телефону с Нури аль-Малики по поводу Сирии, назвал эти теракты «варварскими» и «чудовищными преступлениями, которые вызывают гнев, возмущение и безусловное осуждение».


Некий Абу Мухаммад аль-Аднани распространил послание, в котором от имени организации «Исламское государство Ирак» объявил на следующий день в пятницу 24 февраля о том, что это так «мусульмане-сунниты ведут войну с шиитами». «Это религиозная, священная война за веру. Мы не свернем с этого пути», - сказал представитель экстремистов.


До этого похожие атаки случались не раз. Например, 14 января в южном городе Басра переодетый в форму полицейского смертник взорвал себя на контрольно-пропускном пункте в толпе паломников. Это было в священный для шиитов день поминовения Хусейна, внука пророка Мухаммада. Теракты ожидались, меры безопасности были усилены, тем не менее, около полусотни паломников погибли, более 100 получили ранения.


«Несмотря на недавние взрывы в Багдаде, решение ЛАГ о проведении саммита в иракской столице 29 марта нынешнего года остается в силе», - сказано в недавнем заявлении этой организации, штаб-квартира которой находится в Каире. За оставшийся месяц дипломатические делегации ЛАГ еще не раз посетят Багдад, чтобы убедиться, что организационно и технически все готово к историческому мероприятию. Политические вопросы, похоже, уже решены.