В. В. Карякин: Тегеранская развилка глобальной истории

Мы в СМИ
Иранская карта становится козырной в ближневосточном пасьянсе   Вопрос о том, должны ли Соединенные Штаты и Израиль атаковать Иран для прекращения его работ в области освоения ядерных технологий, обсуждается мировыми СМИ уже не первый год. После захвата американскими войсками Ирака встал вопрос о повторении того же сценария в отношении Ирана в виде воздушно-наземной операции вооруженных сил (ВС) США совместно с Израилем против Исламской Республики Иран с целью разрушения ее военной и ядерной инфраструктур и оккупации районов, богатых углеводородами.

Вопрос о том, должны ли Соединенные Штаты и Израиль атаковать Иран для прекращения его работ в области освоения ядерных технологий, обсуждается мировыми СМИ уже не первый год. После захвата американскими войсками Ирака встал вопрос о повторении того же сценария в отношении Ирана в виде воздушно-наземной операции вооруженных сил (ВС) США совместно с Израилем против Исламской Республики Иран с целью разрушения ее военной и ядерной инфраструктур и оккупации районов, богатых углеводородами.

ВОЙНА ОТМЕНЯЕТСЯ


Однако от проведения подобной широкомасштабной военной операции отказались еще во времена правления администрации Буша-младшего, оставив для обсуждения вариант нанесения ограниченного авиационно-ракетного удара по иранским ядерным объектам при сохранении обстановки нарастающего дипломатического и информационного давления для обеспечения плавного перехода к силовому решению иранской ядерной проблемы. При этом для усиления такого давления нужен был дополнительный повод, который вскоре нашелся.


Дело в том, что летом этого года Иран ввел в строй второй каскад центрифуг, позволяющий активизировать работы по получению обогащенного урана. Об этом сообщило МАГАТЭ после поездки экспертов в иранский ядерный центр в Натанзе 17 июля этого года. По словам официального представителя агентства Джилл Тьюдор, иранская сторона ввела в строй второй каскад из 164 центрифуг для обогащения урана до уровня 20% в дополнение к первому каскаду, запущенному в феврале 2010 года. В связи с этим представитель МАГАТЭ указала на то, что эти действия противоречат резолюции Совбеза ООН, указывающей на необходимость приостановки всех работ в этой области.


Это послужило причиной новой эскалации иранского ядерного кризиса несмотря на то, что Тегеран вновь заявил о том, что обогащение урана до 20% уровня преследует мирные цели и является его законным правом.


Результаты доклада МАГАТЭ использовал находящийся в Вашингтоне Institute for Science and International Security (ISIS), который подчеркнул, что введение в строй второго каскада центрифуг в Натанзе значительно расширяет возможности иранской стороны в получении урана высокой степени обогащения, который в перспективе можно использовать для создания оружия. При этом отмечалось, что объединение двух каскадов центрифуг в единую технологическую цепочку является серьезным технологическим достижением Ирана. «Если Иран собирается получить оружейный уран, то он должен действовать именно в таком направлении», – говорится в исследовании ISIS. Как известно, для создания ядерного оружия необходим уран, обогащенный до уровня 95%. Таким образом, ввод в строй второго каскада обогащения приближают Иран к получению оружейного урана.


Здесь следует отметить, что вышеупомянутое посещение экспертами МАГАТЭ ядерного центра в Натанзе произошло спустя полтора месяца после принятия СБ ООН новой, уже четвертой, резолюции, ужесточающей санкции против Ирана за его систематический отказ выполнить требования Совбеза ООН о приостановке работ по обогащению урана и возобновлению сотрудничества с международным сообществом в решении иранской ядерной проблемы.


Впрочем, Тегеран в очередной раз отверг предъявленные ему обвинения. Как заявил официальный представитель МИД Ирана Мехманпараст, «обогащение урана до уровня 20% – это законное право Ирана и составная часть его мирной ядерной деятельности». При этом он указал, что это решение было принято после того, как Тегерану было отказано в получении его из-за рубежа для тегеранского исследовательского реактора.


Эскалация напряженности вокруг Ирана напоминает обстановку, которая предшествовала американскому вторжению в Ирак. Саддаму Хусейну в то время предъявили сомнительные обвинения в сокрытии запасов оружия массового уничтожения. Сейчас иранское руководство обвиняется в реализации ядерной программы, которая угрожает международной безопасности в глобальном масштабе. В Вашингтоне считают, что ядерная угроза со стороны Ирана – признанный факт, и отметают всякие сомнения на этот счет. В то же время США отклоняют предложения о создании на Ближнем Востоке безъядерной зоны, поскольку это создало бы проблемы Израилю, обладающему ядерным арсеналом, но существование которого он не подтверждает публично.


После физического пуска АЭС в Бушере 21 августа этого года обсуждение военной операции против иранских атомных объектов со стороны США и Израиля приняло другой оттенок. Здесь сыграл фактор угрозы повторения чернобыльской катастрофы, который подействовал на некоторые горячие головы отрезвляюще. Да и сами иранцы 17 августа этого года в заявлении представителя МИД ИРИ Мехманпараста предупредили, что, согласно международному законодательству, нанесение удара по атомной электростанции считается международным преступлением, и последствия такого удара не будут ограничены территорией страны, подвергшейся удару. Отсюда можно сделать предположение о том, что сторонники силового решения иранской проблемы учтут это обстоятельство при разработке сценария очередного американского блицкрига на Ближнем Востоке.


При этом, как это уже стало общим местом, остроту ситуации добавил президент Ирана Махмуд Ахмадинежад, который на следующий день после пуска Бушерской АЭС, 22 августа, лично представил первый иранский беспилотный бомбардировщик «Каррар» («Атакующий»). «Он создан как посол смерти для врагов человечества. Его целью является удержание врагов в парализованном состоянии на своих базах», – заявил он.


ОБСТАНОВКА НАПРЯЖЕННАЯ


Как видно, обстановка вокруг Ирана становится все более напряженной и непредсказуемой, а силы, которые ее определяют, – разнонаправленными.


Так, заявление Израиля о недопустимости пуска Бушерской АЭС сменилось абсолютным молчанием после наступления этого события. Однако эта тишина обманчива. По мнению американских политических обозревателей, Израиль может в любой момент нанести удар по объектам иранской ядерной инфраструктуры. Американские СМИ теперь уже обсуждают возможное время наступления этого события.


Вместе с тем в ряде статей, опубликованных в Соединенных Штатах в последнее время, предсказывалась военная катастрофа агрессорам в случае военного удара по Ирану. И надо сказать, что американские эксперты сделали свое дело. 24 августа газета «Аль-Хайят» сообщила, что Иерусалим и Вашингтон пришли к тайному соглашению, согласно которому Израиль не будет атаковать иранские атомные объекты, если США сделают ряд шагов навстречу Израилю:


– во-первых, новый глава МАГАТЭ Юкия Амано, который посетил Иерусалим 24 августа, сообщил, что отношение агентства к Ирану изменилось и теперь оно будет осуществлять жесткий контроль над ядерной программой Ирана, включая Бушерскую АЭС.


– во-вторых, 26 августа Израиль посетил Деннис Росс, руководитель «иранской группы» президента США. Его задачей было удержание Израиля от нападения на Иран, если, конечно, Нетаньяху поверит обещаниям Обамы.


Дело в том, что Обама предложил ряд мер по укреплению обороны Израиля, которые должны сделать ЦАХАЛ самой современной армией мира: создание противоракетной обороны страны; поставка атомных подводных лодок, которые должны будут стать основой израильских сил сдерживания и ответного удара; поставка самолетов F-22 Raptor с самым современным американским вооружением. Кроме того, США будут содействовать приему Израиля в НАТО.


Следует отметить тот факт, что на фоне антииранской истерии Белый дом довольно спокойно отреагировал на запуск Бушерской АЭС. Странное молчание Вашингтона, а затем невнятное заявление Госдепартамента США о том, что иранская АЭС отвечает требованиям Договора о нераспространении ядерного оружия, как предполагают американские СМИ, объясняется наличием тайного соглашения между Белым домом и Кремлем. Чтобы заручиться поддержкой Москвы на голосовании в Совбезе ООН по вопросу ужесточения санкций в отношении Ирана Вашингтон пошел на сделку, состоящую в том, что пообещал не препятствовать запуску Бушерской АЭС.


Кроме того, Вашингтон старается успокоить и израильское руководство относительно иранской угрозы. Белый дом утверждает, что Ирану потребуется еще не менее года, чтобы изготовить атомную бомбу, а инспекторы МАГАТЭ смогут своевременно выявить признаки таких действий.


Тем не менее, несмотря на сложность и противоречивость обстановки вокруг иранской ядерной программы, у нас есть возможность осмыслить и проанализировать динамику развития кризиса и выдвинуть ряд военно-политических сценариев развития обстановки и последствий шагов, которые могут быть предприняты участниками этого конфликта в региональном и мировом масштабах.


Касаясь региональной военно-политической обстановки, отметим, что американские войска в настоящее время дислоцируются в десяти странах Ближнего и Среднего Востока и Центральной Азии. ИРИ практически окружена американцами, сжимающими кольцо военно-политического давления на Иран.


ДАВЛЕНИЕ ПО ВСЕМ АЗИМУТАМ


Однако здесь не все гладко. В последнее время Анкара изменила свое отношение к Израилю, который был ее союзником на Ближнем Востоке. И это происходит на фоне улучшения отношений с Ираном. В нынешней внутриполитической ситуации, когда правительство Турции повернулось лицом к исламскому миру, руководство страны вряд ли разрешит чьим-либо ВВС атаковать ИРИ через свое воздушное пространство. С другой стороны, руководство Ирана постоянно контактирует с правительствами Афганистана, Ирака, Пакистана, Турции, Бахрейна, Катара и Омана, а также со странами СНГ в Центральной Азии.


Что касается МАГАТЭ, которое находится не на стороне Ирана и занимает по отношению к нему предвзятую позицию, то встает вопрос о том, что может сделать Тегеран, если агентство не верит ни объяснениям иранцев, ни результатам визитов своих инспекторов? Все это создает вокруг Ирана некую «презумпцию виновности», согласно которой от Тегерана требуется доказать наличие того, что искали и не нашли, но считается, что оно есть. Здесь налицо аналогия с предвоенной ситуацией вокруг Ирака, когда политические установки Белого дома вынудили американскую разведку фальсифицировать факты. При этом на Западе отсутствует политическая воля решить иранскую проблему на основе равноправного сотрудничества с ИРИ. Об этом говорит, в частности, нежелание Вашингтона принять предложение Тегерана о разработке процедуры рассмотрения претензий и создании группы авторитетных независимых «ядерных экспертов», которая выносила бы решения на основе реального положения дел вне зависимости от политической конъюнктуры и предпочтений.


Что касается МАГАТЭ, то в работе этого агентства очевиден двойственный характер. С одной стороны, агентство старается установить истину, а с другой – подвергается мощному давлению Вашингтона, желающего получить от якобы независимой ооновской структуры обоснование своей антииранской политики. Именно это обстоятельство и объясняет тупиковость ситуации, которая отражает как неуступчивость Тегерана, так и роль МАГАТЭ как проводника политики США.


Остроту и без того накаленной обстановки добавляют угрозы Ахмадинежада в отношении Израиля. Всем запомнилась фраза президента Ирана о том, что «имам Хомейни сказал, что режим, оккупирующий Аль-Кодс (Иерусалим), должен исчезнуть с исторической сцены». Во всем мире это было расценено как угроза Ахмадинежада стереть с карты Ближнего Востока государство Израиль. Это и было спроецировано на иранскую ядерную программу. В этом смысле данное высказывание постоянно используется как на Западе, так и российскими политиками и экспертами. Однако в 2008 году в Нью-Йорке во время сессии Генеральной Ассамблеи ООН Ахмадинежад разъяснил американским журналистам, что слова Хомейни следует толковать не как призыв к уничтожению государства Израиль, а в совершенно ином смысле: режим, который не может достичь справедливого решения палестинской проблемы, должен уйти с политической сцены. Таким образом, здесь речь уже идет не о том, чтобы «сбросить Израиль в море», а о смене режима, что довольно часто используется в политическом лексиконе, прежде всего Соединенными Штатами в отношении Ирана.


В ЧЕМ СУТЬ ПРОБЛЕМЫ


Теперь, после анализа сложившейся ситуации, было бы уместно перейти к рассмотрению подлинных причин иранского кризиса и стремления решить его военным путем. Как отмечают российские эксперты, главным здесь является традиционный для Запада фактор – финансовые и экономические интересы транснациональных корпораций и произраильского лобби в США. Но сейчас эту проблему следует рассматривать не только с точки зрения доходов нефтяных и оружейных корпораций, а в глобальном масштабе. В обстановке продолжающегося кризиса и перспектив появления его второй, еще более разрушительной, волны, которая может угрожать доллару как мировой резервной валюте, серьезный конфликт на Ближнем Востоке должен вызвать резкий скачок цен на нефть предположительно до 300 долл. за баррель, что будет стимулировать астрономический спрос на американскую валюту как основное средство расчетов за энергоресурсы. Это неизбежно поглотит непомерно выросший объем денежных знаков и ценных бумаг, выпущенных в предкризисные и кризисные годы, и спасет финансовую и экономическую системы Запада. Таким образом, сценарий с упреждающим ударом Израиля, ответным ударом Ирана и последующим вовлечением в конфликт США и их союзников на Ближнем Востоке оказывается встроенным в схему выхода из мирового финансово-экономического кризиса. При этом основным участником, находящимся как бы за кулисами разгорающегося военного конфликта, но имеющим наибольшую заинтересованность в успешном решении данного вопроса, являются Соединенные Штаты, целью которых является сохранение фундаментального постулата их национальной стратегии – сохранение мирового лидерства.


Именно поэтому, идя на риск попасть во второй раз в «афганский капкан», Вашингтон идет навстречу военному решению иранской проблемы, преследуя две главные цели: а) остаться на мировом геополитическом олимпе и б) оттеснить Россию и Китай как своих ближайших соперников в регионе Ближнего и Среднего Востока из их сфер влияния и национальных интересов. При этом необходимо отметить, что способ геополитического возвышения посредством инициирования вооруженного конфликта с последующим участием в нем хорошо известен в истории.


Если обратиться к исторической ретроспективе, то США уже трижды успешно воспользовались подобным способом. Как показывает анализ динамики геополитической конфигурации мира, после каждой мировой войны США всегда получали в итоге существенную геополитическую выгоду, увеличивая свой геополитический статус.


Так, в результате Первой мировой войны Соединенные Штаты практически сократили свое геополитическое отставание от мирового лидера – Британской империи и в дальнейшем участвовали в ее развале.


Вторая мировая война дала возможность США стать реальным мировым лидером, а распад СССР, в котором они приняли непосредственное участие, избавил Америку от опасного идеологического и военного противника.


Однако, став мировым гегемоном в конце ХХ века, США получили лишь кратковременную передышку. Вашингтону бросили вызов исламский мир и Китай. Первый заявил об этом 11 сентября 2001 года терактами в Нью-Йорке и Вашингтоне. Соединенные Штаты ответили военными операциями в Афганистане и Ираке. Китай все это время наблюдает со стороны за «борьбой двух тигров». Чем окончится эта борьба – еще не ясно, но в Вашингтоне рассматривают варианты решения по такому же сценарию вопроса с Ираном, который бросил вызов от имени всего исламского мира США и Израилю. Ястребы в Вашингтоне и Иерусалиме считают, что ответом должна быть только крупномасштабная военная операция против Ирана. Это согласуется с одной из концепций теории международных отношений – концепцией «сохранения лидерства», согласно которой страна, теряющая лидерство, обязана атаковать первой.


Как свидетельствует новейшая история последних десятилетий, именно этой концепции придерживаются США на практике. Но по американской версии данной концепции атаке должен подвергаться не основной соперник в борьбе за мировое лидерство (Китай или Россия), а другое государство, выбор которого определяется его геополитическим статусом и ценой вопроса. До этого на этих ролях были Югославия и Ирак. В Афганистане у американцев пока не получается. Пакистан – ядерная держава. Остается только Иран. Но в этой игре Вашингтону нужен еще и большой партнер, на роль которого согласилась Россия.


А что Китай? Эта страна, формально не участвуя в этих играх, как видится, не позволит Западу воспользоваться стратагемой Сун-Цзы, которая гласит, что «необходимо пожертвовать сливой (то есть Ираном), чтобы спасти персиковое дерево (западную цивилизацию во главе с США).


Поэтому китайский игрок держит в своем рукаве козырную иранскую карту, чтобы с ее помощью потеснить Америку на мировом геополитическом олимпе.

Независимое военное обозрение

10.09.2010 г.