Роль вооруженных сил в жизни государств Азии: взгляд из Владивостока

Новости
30 мая 2014 г. в Региональном центре  азиатско-тихоокеанских исследований РИСИ (г. Владивосток) состоялось очередное заседание в формате «круглого стола», которое было посвящено вопросам влияния вооруженных сил на социальные и политические процессы в странах Северо-Восточной Азии. В мероприятии приняли участие представители  Дальневосточного федерального университета, Института истории, археологии и этнографии Дальневосточного отделения РАН, Морского госуниверситета им. Г.И.Невельского, сотрудники  администрации Приморского края, офицеры  штаба Тихоокеанского флота.

 Л.В. Забровская из Института истории, археологии и этнографии  в своем выступлении остановилась на анализе социальных процессов, происходящих в Народно-освободительной армии Китая в период экономических реформ. Согласно ее выводам, в вооруженных силах КНР сегодня достаточно серьезно стоит проблема коррупции – в печати постоянно появляются разоблачительные материалы о противоправных действиях офицеров, генералов и адмиралов, тайно владеющих развлекательными заведениями, распродающих ведомственные земли и имущество, берущих взятки. Китайские военные намеренно раздувают масштабы внутренних и внешних угроз национальной безопасности, включая территориальные споры, добиваясь увеличения финансирования армии и флота до 225 млрд дол. к 2025 году. Л.В. Забровская полагает, что возрастание роли военных в китайском обществе не слишком устраивает нынешнее высшее руководство КНР, которое стремится к полному контролю над формированием и реализацией военно-политического курса.

Представитель Морского Госуниверситета Н.И. Переяславцев изложил своё видение современного положения вооруженных сил как важного элемента социально-политической жизни Республики Корея. По его оценкам, в условиях, когда страна чувствует себя уязвимой в контексте отношений с КНДР, южнокорейские военные заинтересованы в сохранении паритета в военной области на Корейском полуострове. Эксперт высоко оценил потенциал военно-технического сотрудничества между РК и РФ, отметив, что Сеул видит в лице Москвы прежде всего надежного партнёра, а не  противника.

А.О.Баранникова из Морского Госуниверситета остановилась на политике «сонгун» (опоры на вооруженные силы)   как одном из ключевых направлений стратегии руководства КНДР в сфере безопасности. Она уверена, что идеологический компонент остаётся важнейшим рычагом контроля над вооруженными силами в руках северокорейского руководства. Роль армии в общественной жизни КНДР в обозримой перспективе  снижаться не будет, поскольку на неё опирается экономика мобилизационного типа современной КНДР.

Заместитель директора Школы гуманитарных исследований Дальневосточного федерального университета К.Ю.Колесниченко высказался относительно планов Японии по реформированию Сил самообороны. Эксперт  высказал предположение, что, поскольку страна защищена от угрозы военных переворотов, вооруженные силы Японии могут сконцентрироваться на выполнении внешних задач. Современное японское общество осуществляет строгий гражданский контроль над всей военной деятельностью, вместе с тем реалии мировой политики заставляют Токио постепенно перестраивать источники доходов для пополнения военного бюджета. Хотя основным официальным поводом для реформирования сил самообороны является рост военной мощи Китая,  аналитик привлёк внимание к шагам Токио, направленным на то, чтобы  добиваться  отмены эмбарго на экспорт вооружений и военной техники и запрета на развертывание подразделений за пределами национальной территории.

Руководитель научных программ Регионального центра азиатско-тихоокеанских исследований РИСИ А.В.Губин отметил, что бывшие военные в Японии все чаще участвуют в политической борьбе на стороне оппозиционных ЛДПЯ партий. Вместе с тем правительство Сендзо Абэ, опирающееся на поддержку  военного лобби, само настроено пересмотреть трактовку ряда положения Конституции 1947 года для повышения международного статуса страны, в том числе за счет новых инициатив в сфере национальной обороны.

В целом участники «круглого стола» пришли к выводу, что для  государств Северо-Восточной Азии характерно значительное влияние армии на внутреннюю и внешнюю политику. Ключевые региональные игроки делают ставку на наращивание военного потенциала, видя в нём  главный инструмент защиты национальных интересов. А это  может создать угрозу для и без того крайне хрупкого баланса сил в СВА.