Дамаск во мгле

Мы в СМИ
Вашингтон уже открыто обвинил Москву в поставке вооружений режиму Асада. Россия обвинения отвергает и сама заявляет, что Штаты оказывают военную помощь сирийским повстанцам. Комментарий сирийской ситуации у руководителя Центра Азии и Ближнего Востока РИСИ Елены Супониной взял корреспондент журнала «Профиль».

В Сирии идет полномасштабная гражданская война, и конца ей не видно.

Ситуация в Сирии близка к тупику. Несмотря на усилия Кофи Анана, гражданское противостояние не прекращается. Число жертв с каждым днем нарастает. Оппозиция требует смены режима, но Башар Асад уходить не намерен.

Запад выступает за немедленное международное вмешательство в конфликт, Россия и Китай — против. Вашингтон уже открыто обвинил Москву в поставке вооружений режиму Асада. Россия обвинения отвергает и сама заявляет, что Штаты оказывают военную помощь сирийским повстанцам. О скрытых пружинах кризиса размышляет руководитель Центра Азии и Ближнего Востока Российского института стратегических исследований Елена Супонина.

ПРОФИЛЬ: Как вы оцениваете текущую ситуацию в Сирии?

Супонина: Дело идет к полномасштабной гражданской войне. Международное сообщество продемонстрировало свою полную неспособность предотвратить этот и другие конфликты подобного рода. С самого начала всем — и дипломатам, и экспертам — было очевидно, что опасность внутригражданского конфликта в Сирии чрезвычайно велика. И из-за сложного религиозного состава населения этой страны, где проживает около 22 млн человек, и из-за того, что у власти находятся представители одного из религиозных меньшинств — принадлежащий к алавитам клан Асада. Алавиты — это одно из направлений шиизма, тогда как большинство населения, 75%, составляют мусульмане-сунниты.

ПРОФИЛЬ: Почему международное сообщество не смогло выработать меры, которые остановили бы насилие?

Супонина: Между странами существуют разногласия в видении того, как разрешить этот кризис, и есть очень большая степень недоверия между Москвой и Вашингтоном. Недоверие проявляется в том, что и та, и другая сторона опасаются подвохов, того, что ее переиграют, за ее счет будут решать свои проблемы. Различия в подходах тоже налицо. Если американцы говорят, что они хотят остановить серьезные нарушения прав человека в Сирии через отставку Асада, то Москва обращает внимание, что в случае смены режима нет никаких гарантий, что число жертв не возрастет. Доля правды есть и в том, и в другом подходе, но достичь компромисса между ними крайне затруднительно.

ПРОФИЛЬ: Американские политики обвиняют Москву, что она всячески поддерживает режим Асада. Справедливы ли упреки в адрес России?

Супонина: В Москве уже поняли, что президент Асад с создавшейся ситуацией справляется с трудом. Может быть, это понимание к нашим дипломатам пришло не сразу, однако оно уже пришло. Но для России ситуация вокруг Сирии не сводится к поддержке или неподдержке персонально Асада, проблема гораздо глубже — речь о глобальных подходах к разрешению подобных конфликтов. Как их решать: с позиции силы или путем достижения международного консенсуса?

Для того, кто считает себя сильным, а Америка себя таковой явно считает, приемлемы оба пути: если получится договориться, то на основе консенсуса, с мандатом Совета Безопасности ООН, если не получится добиться консенсуса — на свое усмотрение, опираясь на собственное геополитическое влияние и военные ресурсы, свои и дружественных стран. Для тех же, кто в силу разных причин не относит себя к вершителям судеб мира, приемлем только один путь — путь договоренностей. Прецеденты такого рода таят в себе серьезные риски для многих стран. Ближний Восток будет в состоянии нестабильности еще долгое время, и неспособность мирового сообщества что-то предпринять ставит вопрос о том, насколько нынешняя система международных отношений соответствует новым вызовам безопасности.

ПРОФИЛЬ: Но Москва на новые вызовы предлагает отвечать по-старому — через механизм Совета Безопасности ООН, который был создан по итогам Второй мировой войны. Тогда, в отличие от дня сегодняшнего, было как минимум две сверхдержавы, выступавших противовесом друг другу…

Супонина: Да, российский подход более консервативен: Россия выступает за то, чтобы пять постоянных членов Совета Безопасности ООН сохраняли право вето, чтобы решения такого рода принимались исключительно на основе консенсуса. Впрочем, Россия показала, что готова на разумные компромиссы: в 2005 году президент Владимир Путин в числе других лидеров одобрил декларацию ООН, в которой говорилось, что ведущие державы должны нести ответственность за безопасность, в том числе через механизм гуманитарного вмешательства, причем не только в случае гражданских конфликтов, но также эпидемий и массового голода.

Однако, к сожалению, тогда не были проработаны многие важные детали: по каким критериям может быть разрешено «гуманитарное вмешательство», кто будет принимать решение о его применении. Есть же еще важный принцип — принцип ответственности за последствия. Никаких продвижений по этим позициям пока нет. В результате мы имеем то, что имеем: в прошлом году международное сообщество вмешалось в ливийский конфликт, но после свержения Муаммара Каддафи Ливия оказалась на грани развала, распри и междоусобицы там продолжаются.

ПРОФИЛЬ: Москва предложила всем заинтересованным странам собраться на конференцию и обсудить сирийский кризис. Сможет ли эта конференция состояться?

Супонина: Созвать такую конференцию будет чрезвычайно сложно именно из-за серьезных разногласий в подходах между Москвой и Вашингтоном. Похоже, Запад уже списал Асада. Предпочтительнее всего было бы, если бы в Сирии был реализован «йеменский сценарий». В Йемене в прошлом году международным посредникам — в первую очередь арабским странам Персидского залива — удалось убедить президента Али Абдаллу Салеха покинуть свой пост под гарантии международного сообщества и оппозиции.

Проблемы там не решены, но, на мой взгляд, уход Салеха позволил избежать еще более кровавого сценария. Однако президент Асад является сильнейшим раздражителем для оппозиции и уже продемонстрировал неготовность идти по пути Салеха. Это значит, что дальнейшая эскалация неизбежна.

ПРОФИЛЬ: Как, по вашему, могут развиваться события?

Супонина: Как уже было сказано, происходящее сейчас в Сирии имеет признаки гражданской войны по интенсивности боевых действий и численности жертв, а, по оценкам ООН, это более 12 тыс. человек. Как это выглядит на практике? Вооруженные люди заходят в деревню и вырезают и расстреливают всех подряд — и женщин, и детей. Это не преувеличение, такое на Ближнем Востоке происходит во время гражданских конфликтов часто. То же самое было в Ливане во время гражданской войны, которая длилась с 1975-го по 1990 год: жертвами и агрессорами были как мусульмане — шииты и сунниты, — так и христиане. Такой же сценарий — войну всех против всех — мы уже увидели в сирийской Хуле и увидим еще не раз.

ПРОФИЛЬ: При этом Россия и Китай твердо заявляют, что не пропустят решения Совета Безопасности ООН о военном вмешательстве в дела Сирии. Есть ли вероятность, что западные страны решатся на интервенцию в обход российско-китайского вето?

Супонина: Я настроена очень пессимистично. Есть план Кофи Аннана по мирному урегулированию сирийского конфликта, но, откровенно говоря, план этот начал буксовать, едва появившись на свет. По этому плану в Сирию направлено менее трехсот наблюдателей. Этого явно мало, были предложения увеличить их число до нескольких тысяч, но почему-то это решение так и не было принято. Между тем поначалу наблюдатели только фактом своего физического присутствия способствовали тому, что конфликты в отдельных местах угасали. Но, правда, они тут же вспыхивали там, где наблюдателей не было. Чем дальше и чем быстрей ситуация будет ухудшаться, тем чаще будет ставиться вопрос о вооруженном вмешательстве — как сирийской оппозицией, так и некоторыми арабскими странами. Россия противится таким сценариям, но она недостаточно сильна, чтобы противостоять им, поэтому исключать возможность интервенции я бы не стала.

Другое дело, мы знаем, что в США идет предвыборная кампания, и на ее фоне Барак Обама явно не торопится действовать. В Европе же продолжается финансовый кризис, так что сирийский вопрос не первый в повестке дня западных лидеров. Ставка на силовое решение, которую сделало сирийское правительство, тоже не принесет позитивного результата: подавить оппозицию Асад не в силах, да ему никто и не даст это сделать. Правда, говоря об иностранном вмешательстве, не надо забывать, что оно может быть и в форме миротворческой миссии…

ПРОФИЛЬ: Российские официальные лица часто говорят, что для Запада ситуация в Сирии не самоценна. Что Западу нужно свергнуть режим Асада, чтобы решить проблему Ирана. Вы с этим согласны?

Супонина: Действительно, многие говорят, что следующим может стать Иран. Однако хотя Иран и Сирия — союзники, ситуации там разные. Если говорить о Сирии и вообще об арабских революциях, то здесь я не принадлежу к сторонникам теории заговора. Я хорошо знаю Сирию, там накопились очень серьезные социально-политические и экономические проблемы, страна давно нуждалась в реформах — как минимум еще двенадцать лет назад, когда, получив власть по наследству от отца, президентом стал Башар Асад. Он провозгласил курс на реформы, многие оппозиционеры, сейчас выступающие против него, тогда вернулись в страну, занялись политической деятельностью, но сотрудничество власти и оппозиции сорвалось.

Президент заподозрил оппозиционеров в коварных замыслах, пошли аресты лидеров и разгоны их организаций и собраний. Проблемы же остались нерешенными, и когда арабский мир поднялся в революционном порыве, в Сирии ситуация тоже взорвалась.

ПРОФИЛЬ: То есть утверждать, что после Сирии следующим объектом международного вмешательства может стать Иран, вы бы не стали?

Супонина: Такое развитие событий вполне возможно: в регионе, да и в мире в целом, есть страны, которые не прочь были бы добиться смены режима в Иране. Но это был бы ошибочный сценарий…

Скрытые поставки

Госсекретарь Хиллари Клинтон обвинила Москву в поставке вооружений в Сирию. По ее словам, Москва передала Дамаску партию ударных вертолетов. Никаких доказательств Хиллари Клинтон не привела. Министр иностранных дел Сергей Лавров опроверг обвинения американского госсекретаря. Он отметил, что Россия поставляет Дамаску лишь средства ПВО. «Мы не поставляем ни в Сирию, ни куда-то еще вещи, которые используются в борьбе с мирными демонстрантами, в отличие от тех же Соединенных Штатов, которые в этот регион регулярно такие спецсредства поставляют, в том числе недавно состоялась такая поставка в одну из стран Персидского залива, но почему-то американцы считают это в порядке вещей», — ответил Сергей Лавров. В минувший четверг официальный представитель Госдепартамента США Виктория Нуланд частично дезавуировала высказывание Клинтон. По ее словам, речь не идет о поставках новой техники в Сирию, можно говорить лишь ремонте уже ранее проданной. В Сирию после ремонта направлены три вертолета, «которые могут быть использованы для убийства гражданских», — заявила Виктория Нуланд. 

Источник: «Профиль».