Россия остается гарантом стабильности в Центральной Азии

Мы в СМИ
Что стоит за торгом вокруг 201-й российской военной базы в Таджикистане? Каковы перспективы Эмомали Рахмона сохранить свой режим? Какую поддержку Душанбе могут оказать США? Заместитель начальника сектора Средней Азии Центра изучения проблем стран ближнего зарубежья РИСИ Дмитрий Александров ответил на эти и другие вопросы в студии радио «Голос России».

Что стоит за торгом вокруг 201-й российской военной базы в Таджикистане? Каковы перспективы Эмомали Рахмона сохранить свой режим? Какую поддержку Душанбе могут оказать США?

Гость в студии «Голоса России» - Дмитрий Александров,заместитель начальника сектора Средней Азии Центра изучения проблем стран ближнего зарубежья Российского института стратегических исследований (РИСИ).

Интервью ведет Петр Журавлев.


Журавлев: Министр обороны России Анатолий Сердюков рассчитывает, что уже этой осенью Таджикистан подпишет соглашение о продлении сроков пребывания в этой стране 201-й российской военной базы. «Думаю, что финансовые условия аренды останутся прежними», - сказал министр, и добавил, что, с его точки зрения, Москва предлагает Таджикистану достаточно приличные условия.

Известно, что власти в Душанбе административно не торопятся, заявляя о подготовке неких встречных предложений. Чего хочет от России ее ключевой союзник в Средней Азии, и можно ли его после всего этого считать союзником? В студии «Голоса России» заместитель начальника сектора средней Азии Центра изучения проблем стран ближнего зарубежья Российского института стратегических исследований Дмитрий Александров.

Я неслучайно упомянул слово «союзник». Официальный представитель российского МИД Лукашевич сказал: «С учетом сообщений ряда российских и зарубежных СМИ по поводу перспектив нахождения 201-й базы в Таджикистане хотели бы отметить, что в Москве и, насколько нам известно, в Душанбе исходят из неоспоримости курса на укрепление уз стратегического партнерства и союзничества между нашими странами».

Если переводить с дипломатического на обыкновенный русский язык, это вполне ясное напоминание людям в Душанбе о том, что мы в целом до сих пор считали друг друга союзниками, а вы ведете себя не очень хорошо.

Александров: Мне кажется, что курс Душанбе последнего времени на игру на противоречиях мировых игроков в регионе Центральной Азии, как это ни странно, не соответствует стратегическим интересам самого Таджикистана. Необходимо взглянуть на историю взаимоотношений России и Таджикистана и на роль России в жизни таджикского государства и общества на протяжении последних 20 лет. Обратив наш взор на эту историю, можно однозначно сказать, что Россия невероятно много сделала для того, чтобы Таджикистан оставался более или менее стабильным.

Она много сделала, чтобы стабилизировать ситуацию. В Таджикистане шла многолетняя гражданская война в 1990-е годы, а после этого был длительный период выхода из кризиса. Он, по сути, до сих пор не завершился. Москва поддерживала Душанбе и военно-политическим путем, начиная от присутствия российских военнослужащих и пограничников до середины двухтысячных годов и заканчивая прямыми и непрямыми экономическими субсидиями.

Это банально, конечно, но достаточно вспомнить о том количестве трудовых мигрантов, которые работают в России и обеспечивают свыше 30 процентов ВВП Таджикистана.

Говоря непосредственно о российской базе, она всегда служила стабильности Таджикистана как внутриполитической, так и внешнеполитической. В общем, и она, и вообще российское военное присутствие, с моей точки зрения, в большей степени нужны Таджикистану, чем Москве.

Хотя, безусловно, военно-политическое присутствие в регионе в виде той же базы, конечно, России необходимо. Есть много аргументов в ее пользу. Это и форпост на сложном афганском направлении, это и проблематика, связанная с наркотиками. Но все равно, если говорить именно о самостоятельном военном потенциале Таджикистана и военном вкладе России, то, конечно, этот вклад неоспорим.

Журавлев: Я напомню, что переговоры по базе идут в закрытом режиме. Но уже достаточно много утечек, и контуры этих переговоров уже вполне обозначаются. Если я правильно понимаю, то проблемных точек две. Сейчас мы ничего не платим Таджикистану за базу. Они хотят денег. Причем некий источник одного уважаемого агентства «Интерфакс» в Таджикистане сказал, что упоминалась сумма в 300 миллионов долларов в год. Она слишком большая, конечно, обозначена уже верхняя граница.

Плюс таджиков не устраивают 49 лет. Они говорят, что в нашем быстро меняющемся мире за эти 49 лет все может произойти, поэтому мы предлагаем заключить соглашение на 10-20 лет с возможностью пролонгации на тот же срок. Вам не кажется, что это просто торговля?..

Источник: РГРК «Голос России».