Геополитика третьей волны

Аналитика
Трансформация мира в эпоху Постмодерна

Социально-политические тенденции, обозначившиеся в ходе революций на Ближнем Востоке и в Северной Африке, а также ряд «цветных» революций на постсоветском пространстве и протестные акции российской оппозиции, выдвинули актуальную задачу разработки нового инструментария для исследования процессов политической трансформации современного мира. В этих условиях перед геополитикой  актуализировалась задача исследования процессов, имеющих место не только в отношениях между государствами, но и происходящих внутри государств, которые оказались тесно связанными между собой, с целью своевременного выявления угроз и разработки механизмов их парирования. Благоприятной средой для возникновения угроз международной и внутригосударственной безопасности является применение субъектами международной политики технологий «управляемого хаоса», стратегий «мягкой силы» и «непрямых действий» на фоне обострения территориальной, демографической, конфессиональной, экологической, продовольственной и водной проблем на обширных территориях Центральной Азии, Ближнего и Среднего Востока и на африканском континенте. 

Анализ ситуации говорит о том, что решение вышеперечисленных проблем возможно на путях использования «постнеклассического» подхода, , в котором предложено отказаться от линейной экстраполяции процессов в сложных системах, функционирующих в среде, где действуют многочисленные разнонаправленные силы и противоречивые факторы, и какими, собственно являются международные и государственные системы.

Относительно названия предлагаемой концепции «Геополитики третьей волны» следует отметить его близость с названием знаменитой работы Э. Тоффлера «Третья волна» ввиду коррелированности этапов развития геополитики – классического, неклассического и постнеклассического – с тоффлеровскими стадиями (волнами) развития человечества – аграрной, индустриальной и постиндустриальной.

Система дефиниций концепции Геополитики третьей волны отличается от существующих определений геополитики своей логической аргументацией, обобщённостью и системностью за счёт привлечения концептуального аппарата таких областей научного знания как синергетика, динамика сложных нелинейных социально-политических систем, функционирующих в условиях детерминированного хаоса.

Обобщенно дефиницию концепции Геополитики третьей волны можно сформулировать как область научного знания, постнеклассическую по форме и синергетическую по содержанию, в которой исследуется социально-политическая сфера общественных отношений в вопросах обретения, организации и использования геополитических ресурсов для установления лидерства, военно-политического и экономического доминирования с использованием силовых, информационно-сетевых и политических технологий в условиях глобализации.  

Что касается системы парадигм предлагаемой Концепции, то она включает парадигму силовой экспансии классической геополитики, неклассические парадигмы «мягкой силы», «непрямых действий», парадигмы постнеклассической геополитики, включающие информационно-сетевые технологии создания и последующего управления социально-политическим хаосом и социальной энтропией, а также технологии манипулирования сознанием масс и переформатирования национальной и культурно-конфессиональной идентичности народов в борьбе субъектов международной политики за установление доминирования (влияния) во всех современных видах геополитических пространств с целью овладения природными, людскими и территориальными ресурсами государств для последующего их использования.

В современном мире вектор геополитических устремлений государств смещается из чисто силового, военно-географического аспекта в экономическую, финансовую, информационную сферы, а в последнее время и в конфессионально-культурную области противоборства субъектов международной политики. Это говорит о том, что социология и человеческий фактор стали важными компонентами геополитических исследований, о чём свидетельствует феномен «арабской весны» и его последствия – экспансия радикального ислама в политическом пространстве Ближнего и Среднего Востока. И это происходит на фоне смещения борьбы акторов и ведущих субъектов международной политики за лидерство и влияние из чисто военной области, связанной с обладанием географическим пространством, как физической средой существования человека, в экономическую, финансовую, информационную, конфессиональную и культурную сферы. Сюда же необходимо включить борьбу за доминирование в когнитивном пространстве, которое представляет собой сферу сознания человека и арену борьбы за национальную и культурную идентичность народа. В настоящее время военные стратегии уступают место стратегиям «непрямых действий», «мягкой силы», скрытых от глаз непосвящённых за пеленой идеологических мифов и политических технологий. Вследствие огромных потенциальных разрушений от применения современного оружия война стала непозволительной роскошью. Поэтому во главу угла международной политики теперь ставится сбережение ресурсов на захваченных территориях: природных, экономических и людских, которые можно было бы впоследствии использовать победителю. Глобализация показала, что в современном социуме особую ценность представляют информационное, экономическое и финансовое пространства, доминирование в которых даёт возможность получить доступ к ресурсам всего мира невоенным путём, без применения силы. 

Как и в прежние времена, инструментами решения геополитических задач в современном мире являются такие новые формы экспансии как экспортная экономика, инновационные технологии, неконтролируемая иммиграция, культура и религия. Те государства, которые сумели сформировать механизмы экономической и научно-технологической экспансии, вошли в число лидеров современной цивилизации. Сейчас можно считать, что современные виды экспансионизма вступили в глобальную фазу их применения на принципиально новой технологической основе.

Осмысление происходящих в международных отношениях процессов, проблем и вызовов при опоре на творческое исполнение базовых основ Геополитики третьей волны способствует, на наш взгляд, правильной ориентации в динамической и сложной системе межгосударственных отношений определению наиболее оптимальных путей их развития.