Владимир Карякин. Украинская дилемма интеграции и подход В.В. Путина к рефлексивному управлению кризисными ситуациями

Мы в СМИ
Попытки Киева решить проблему интеграции Украины в Европейский союз при сохранении всех привилегий экономических отношений с Россией потерпел неудачу. На пути её решения возник комплекс неразрешенных проблем. Цивилизационный раскол украинского общества привёл к кризису государственной власти, отделению Крыма и социально-политической нестабильности в юго-восточных областях страны, которые встали на путь автономизации. Разнонаправленность векторов экономического, политического и культурного влияния на украинский социум со стороны Запада и России, приобрела форму информационной войны с применением методов рефлексивного управления действиями противоборствующих сторон.

В целом следует отметить, что острота противостояния при решении украинской проблемы отражает наличие дилеммы интеграции для государств постсоветского пространства при решении ими вопроса вступления в Таможенный (а в перспективе и в Евразийский) или в Европейский союз. Суровые экономические реалии, говорят о том, что«пророссийский» и «проевропейский» векторы в принципе несовместимы, а выбор одного из них является поворотным пунктом в истории стран СНГ, руководители которых должны отказаться от политики многовекторности, позволяющей им использовать противоречия между полюсами геополитического влияния с целью извлечения определённых выгод, не обременяя себя долгосрочными обязательствами ни с одной из сторон. Но мир меняется, центры силы наращивают усилия по укреплению своего влияния в зонах своих экономических и военно-стратегических интересов, что ведёт к обострению конкуренции вплоть до дипломатического и экономического противоборства на фоне демонстрации военной силы. События на Украине говорят о том, что мир становится иным и возможность конъюнктурного встраивания политики государств в текущую политическую и экономическую ситуацию уходит в прошлое.

 Это определяет неизбежность острого соперничества между ведущими субъектами международной политики за сферы экономического и военно-политического влияния – прежде всего между Россией и странами Запада на постсоветском пространстве, которое приняло форму информационно-психологической войны как на внутригосударственной, так и международной аренах с использованием технологии рефлексивного управления.

С точки зрения конфликтологии, сутью рефлексивного управления является информационная борьба за желаемое решение конкретной проблемы, достижение которого рассматривается каждой стороной конфликта в качестве «приза». При этом борьба ведётся как международно-правовом поле, так и в ментальном поле общественного сознания путём манипуляции настроениями и поведением элит и народных масс посредством внедрения в это сознание того видения мира, которое выгодно каждой из соперничающих сторон.

Рефлексивное управление кризисной ситуацией носит отражательный характер прогнозирования вероятных действий противника после применения в отношении его определённых заранее программированных информационно-психологических воздействий для изменения его представления об обстановке, желаемой для атакующей стороны её оценке и принятия желаемых для атакующей стороны решений. При этом эффективность воздействия рефлексивной акции определяется её рангом, то есть глубиной вложенности информационных, экономических, культурно-конфессиональных и военно-стратегических посылов, а также степенью их достоверности. Это является решающим условием успеха в противоборстве, поскольку сторона, осуществляющая активные рефлексивные действия получает возможность переиграть конкурента, задавая ему свои правила игры и навязывая ему своё видение ситуации.

В качестве примера рефлексивного управления кризисной ситуацией вокруг Украины можно привести политику Москвы, которая, исходя из своих политических целей и ресурсных возможностей, обозначила «реперные точки» во взаимоотношения с Киевом: установление для Украины европейской цены на газ, предоплата поставок газа на Украину, недопущение беспошлинного ввоза европейских товаров в РФ через украинскую границу. Дополнительным информационным посылом было прогнозирование падения промышленного производства на Украине, рост безработицы, тарифов ЖКХ и деградация социальной сферы со всеми вытекающими из этой политики последствиями. А чтобы ни у кого не возникало желания решить украинскую проблему военным путём, на фоне вышеупомянутых рефлексивных акций была продемонстрирована военная сила в ходе учений в Западном военном округе и проверки боеготовности Ракетных войск стратегического назначения.

Следует отметить, что все эти акции достигли своей цели. Во-первых, у властей в Киеве сформировалось видение грядущего экономического кризиса и социальных проблем в стране, следствием чего был отказ В. Януковича подписать с Европейским союзом Акт об ассоциации в ноябре 2013 года. Во-вторых, в Вашингтоне и Брюсселе заявили, что не готовы к силовому варианту решения кризиса на Украине и ограничились дипломатической риторикой и формальными санкциями в отношении России.

В качестве главной заслуги Президента В. Путина следует отметить выверенность его шагов в условиях значительной неопределённости возможной реакции Запада на политику Москвы. Он, как умелый режиссёр-постановщик политических спектаклей, знал, что надо делать, когда это надо делать и чего не следует опасаться. При этом если в отношении Киева рефлексивные воздействия Путина носили превентивно-предупредительный характер, то в отношении ЕС и Вашингтона – это были уже преэмптивные акции, направленные на недопущение потенциальных попыток Брюсселя, Берлина и Вашингтона по разрешению ситуации вокруг Украины в их пользу. И эти действия в отношении Запада осуществлялись В. Путиным избирательно, оперативно и носили конкретный точечный характер.

Так до Вашингтона было доведено, что к власти на Украине пришли силы под лозунгами антисемитизма и нарушения демократических свобод. И это возымело действие. Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Кэтрин Эштон в своём заявлении от 28 марта решительно осудила давление активистов «Правого сектора», окруживших здание Верховной рады, отметив, что такие угрозы противоречат принципам демократии и верховенства права. «Призываю членов „Правого сектора“ и других групп на Украине воздержаться от использования угроз и насилия. Они должны немедленно сдать властям все незаконное оружие», — отметила также глава дипломатии ЕС.

Берлину было продемонстрировано, что на Украине возрождается неонацизм, который совершенно неприемлем для европейской политической культуры вообще и для сегодняшних немцев в частности.

По вопросу крымского референдума Западу было заявлено, что принцип территориальной целостности отражает право государства на нерушимость его границ, а право наций на самоопределение фиксирует право народов самостоятельно решать свою судьбу. По этому поводу В. Путин отметил, что воля народов всегда выше воли правительств, так как именно народы образуют государства и правительства, а не наоборот.

Устанавливая свои правила игры, Москва путём многоходовых рефлексивных акций сформировала обоснованную с точки зрения международного права картину кризисной ситуации внутри Украины и представила действия России по присоединению Крыма как вынужденные в данной критической ситуации. Это обусловило слабость внешнеполитических позиций Запада, выразившихся в ничтожности вводимых против РФ санкций на фоне отказа Запада от применения силы. Совершенно очевидно, что угроза исключить РФ из «Большой восьмёрки», в которой она фактически была «шестёркой», приведёт не к изоляции России, а даст толчок к кардинальному изменению мирового порядка. Санкции Запада вынудят Москву переориентироваться на установление стратегического сотрудничества на страны АТЭС в интересах экономического развития Восточной Сибири и Дальнего Востока. Об этом говорят такие политические жесты Москвы как заключение соглашений о продаже таких единичных экземпляров новейших занитно-ракетных комплексов С-400 и истребителей Су-35, которые станут прототипами китайских образцов вооружений, что говорит о приоритете фактора военно-технического сотрудничества над технологической целесообразностью.

Страны Запада, инициировав приход власти в Киеве национал-фашистской мафии, совершили стратегическую ошибку. Путём целенаправленной трансформации сознания украинского населения и его элит в течение всего периода«незалежности» Украины они рассчитывали воспрепятствовать интеграционным процессам на постсоветском пространстве. Но на самом деле был достигнут обратный эффект. Собирая земли на своём Западе, Россия оказалась вынужденной повернуться лицом к Востоку, устанавливая тесное экономическое и политическое сотрудничество с Китаем, Ираном, Индией, Турцией, а в перспективе и с Японией после урегулирования курильской проблемы. В этом случае Москва превратится в один из центров многополярного мира и тем центром силы, с интересами которого в Вашингтоне и Брюсселе придётся считаться.