«Китайский фактор по праву относится к категории важнейших во внешней политике нашей страны»

Мы в СМИ
Незадолго до начала 18-го съезда Компартии Китая в Иркутске был открыт региональный центр Российского института стратегических исследований — одного из важнейших государственных «мозговых центров». На открытие приезжал директор РИСИ генерал-лейтенант, кандидат исторических наук Леонид Решетников. Корреспондент журнала «Россия и Китай» взял у него интервью...

Уважаемый Леонид Петрович, что Вы може­те сказать главное о РИСИ?

Главное о РИСИ сказано в уставе инсти­тута, размещенном на его сайте в интернете. РИСИ — это государственная исследователь­ская структура, которая призвана обеспечивать информационно-аналитическое сопровождение деятельности высших органов государственной власти в вопросах выработки и осуществления политики в сферах, затрагивающих интересы национальной безопасности России. Эти вопросы охватывают отношения с внешними партнера­ми, прежде всего со странами ближнего зарубе­жья, динамику ситуации в Евро-Атлантическом и Азиатско-Тихоокеанском регионах, особен­ности современной оборонной политики наше­го государства и другие актуальные проблемы международных отношений в их взаимосвязи с состоянием и перспективой внутриполитическо­го и социально-экономического развития Рос­сийской Федерации.

Открытие Центра РИСИ в Иркутске — это знак особого внимания к Востоку?

В работе нашего института очень важной представляется опора на потенциал экспертов в регионах. На наш взгляд, Иркутск является од­ним из научных и промышленных центров, ко­торый способен эффективно влиять на решение задач, связанных с подъемом Восточной Сибири и Дальнего Востока России, способствовать ак­тивному ее взаимодействию со странами Северо- Восточной Азии и АТР в целом. Рассчитываем, что региональный центр РИСИ в Иркутске будет весьма полезен в решении стоящих перед инсти­тутом задач.

Какое место в исследованиях РИСИ занима­ет Китай?

Основное внимание РИСИ направлено на актуальнейшие вопросы современности и ана­лиз текущей ситуации в международных делах. Процессы, происходящие сейчас в Азиатско- Тихоокеанском регионе, являются одним из приоритетных направлений исследований. Естественно, что Китай, который играет важ­ную роль в международных делах и демонстри­рует в последнее десятилетие внушительный экономический рост, занимает одно из цен­тральных мест в научной деятельности нашего института.

Интерес РИСИ сосредоточен как на исследо­вании российско-китайских отношений и дея­тельности КНР на международной арене, так и на вопросах внутреннего развития этой уникальной страны, анализе ее социально-экономических проблем, особенностях внутриполитической си­туации. Китай сегодня — не только один из цен­тров мировой политики и вторая экономическая держава мира, он также является стратегиче­ским партнером России. И мы со своей стороны, со стороны РИСИ, прикладываем усилия, чтобы, как говорят наши китайские коллеги, «поднять наши отношения на новый, еще более высокий уровень».

РИСИ поддерживает отношения со многими ведущими научно-исследовательскими центрами Китая. Это и Академия общественных наук КНР, Китайский институт международных исследо­ваний, Центр научной и военно-технической информации, ну и, конечно же, главный наш партнер — Китайская академия современных международных отношений. КАСМО оказыва­ет нашему институту содействие в организации встреч в Международном отделе ЦК КПК, ВСНП и других высших органах КНР, что позволяет на­шим исследователям получать информацию «из первых рук» и использовать ее в своих трудах. В свою очередь, РИСИ способствует организации встреч китайских ученых и исследователей из вышеназванных академий и институтов с пред­ставителями российского МИДа, Государствен­ной Думы, Совета Безопасности РФ и т.д.

8 ноября 2012 г. произойдет эпохальное собы­тие в жизни этой страны — 18 съезд КПК. Есть ли у РИСИ прогнозы по его результатам? Изменит­ся ли политика КНР по отношению к России?

Предстоящий в ноябре 2012 г. XVIII съезд КПК будет проходить в непростой внутриполи­тической обстановке. Сохраняются разногласия в партийно-государственном руководстве КНР, как вы сами можете судить по публикациям о политической ситуации в Китае в последнее вре­мя, нет единства во взглядах по некоторым во­просам развития страны в будущем. Даже наши китайские партнеры делают весьма осторожные прогнозы относительно будущей внутренней по­литики страны, предпочитая ожидать официаль­ных результатов очередного съезда.

Мы в РИСИ уверены, что перемены во власт­ных структурах Китая и приход «нового поколе­ния» руководителей не изменят курс этой стра­ны в отношении России. Как можно судить по результатам визитов в Москву Си Цзиньпина и Ли Кэцяна (кандидаты на высшие посты в пар­тии и государстве от «пятого поколения» руково­дителей), развитие отношений стратегического взаимодействия и партнерства между КНР и РФ, повышение взаимного доверия, совершенствова­ние форм двустороннего торгово-экономического сотрудничества — всё это останется в фокусе вни­мания нового китайского руководства.

Мы полагаем, что новые лидеры Китая будут делать особый акцент на решение внутренних проблем страны, которые не были урегулированы в ходе текущей пятилетки при «четвертом поко­лении» китайских руководителей. Будут пред­приняты усилия по обеспечению стабильного экономического развития государства с упором на повышение уровня жизни населения Китая, претворении в жизнь социальных программ, ро­сте внутреннего потребления. Это особенно акту­ально для Китая в условиях сокращения внешних рынков для китайского экспорта в результате ми­рового финансово-экономического кризиса. Бу­дет продолжена реформа политической системы страны таким образом, чтобы принятые в этой области меры не привели к опасной социально- политической и экономической дестабилизации.

В самом Китае отношения между нашими странами многие оценивают по формуле: «Ввер­ху горячо, внизу прохладно». А как бы оценили их Вы?

На мой взгляд, этаформулировкауже несколь­ко устарела. Также не могу согласиться с рас­хожим тезисом о том, что российско-китайские связи находятся на пике своего развития. Сегод­ня сотрудничество развивается по нарастающей и перспективы у него благоприятные.

Мне ближе определение, которое высказали китайские эксперты во время недавнего визита в РИСИ. Они описали нынешний этап двусторон­них связей как «внизу — тепло, наверху — тепло, в середине — холодно», имея в виду, что отноше­ния между лидерами и простыми людьми обеих стран носят искренний и дружественный харак­тер. В то же время контактам между средними звеньями госаппаратов и различных организа­ций РФ и КНР зачастую недостает внутренних стимулов для дальнейшего развития.

Как Вы знаете, в течение последних лет были проведены Национальные годы России в Китае и Китая в России, Годы русского и китайского языков, соответственно в КНР и РФ, мы успеш­но выступили на Шанхайской выставке «Экспо-2010», где павильон России был признан одним из лучших, его посетило порядка 8 млн человек. Сейчас, в 2012-2013 годах, проходят взаимные годы туризма Китая и России. Подоб­ная практика во многом способствует и росту взаимного доверия, и налаживанию контактов между китайским и российским народами. Так, благодаря многим сотням мероприятий, которые были проведены в рамках Национальных годов, в КНР больше узнали о жизни в сегодняшней России, а российские граждане проявляют воз­растающий интерес к Китаю.

Может ли Россия поднять свой Дальний Вос­ток, вообще Сибирь, без участия Китая, без его инвестиций? Нужно ли такое участие, и какими рисками оно может сопровождаться?

Китайский фактор по праву относится к категории важнейших во внешней политике нашей страны. В процессе реализации планов экономического подъема Сибири и Дальнего Востока значение сотрудничества с Китаем бу­дет возрастать.

На это, в частности, ориентирует одобренная сторонами «Программа сотрудничества между регионами Дальнего Востока и Восточной Сиби­ри Российской Федерации и Северо-Востока Ки­тайской Народной Республики (2009-2018 гг.)».

Однако следует признать, проблем в данной сфере еще достаточно. Возьмем только один при­мер. Вы коснулись темы китайских инвестиций. При реализации проектов в Сибири и Дальнего Востока они были бы востребованы. А что мы видим сегодня? В отличие от ситуации во внеш­неторговой сфере, демонстрирующей ежегодный прирост, инвестиционное сотрудничество двух стран явно отстает от потребностей. За последние годы прямые инвестиции из Китая составляли в среднем менее одного процента (!) в совокупных инвестициях, полученных Россией. Правда, сле­дует признать, что доля России в полученных Китаем прямых инвестициях и того меньше. Так что работать нам есть над чем.

Есть ли готовые рецепты возрождения Даль­него Востока, решения его главных проблем — сокращение населения, нехватка электроэнер­гии, хроническое недофинансирование?

Готовых рецептов, которые можно было бы «снять с полки и тут же пустить в дело», конечно, нет. Но есть очень важный новый момент в поли­тике нашего руководства, а именно, чётко сфор­мулированное президентом В.В. Путиным поло­жение о «сдвиге» российских экономических и политических интересов в восточном направле­нии, то есть в сторону Азиатско-Тихоокеанского региона. Добавлю, что это вполне вписывается в общий, глобальный «сдвиг» центра тяжести по­литических и экономических процессов из Евро- Атлантики (где он находился в течение послед­них нескольких веков) в АТР.

С учетом этого следует теперь решать те кон­кретные проблемы, о которых Вы упомянули в своём вопросе. В частности, можно ожидать определённого перенаправления потоков фи­нансовых ресурсов государства на проекты в Си­бири и на Дальнем Востоке, где находится две трети территории страны. Необходимо также создавать подходящие условия, благоприятный бизнес-климат для привлечения иностранных инвестиций и технологий в проекты развития наших восточных регионов. Полагаем, что соз­данному в текущем году Министерству по раз­витию Дальнего Востока предстоит интересная и очень напряженная работа.

Два главных дальневосточных соседа Рос­сии, Китай и Япония, сейчас находятся в стадии конфликта на грани военного. На чьей стороне Россия, на кого делать ставку, кто нам, так ска­зать, ближе?

Вы, вероятно, имеете в виду нынешнее обо­стрение отношений между Японией и КНР в связи с принадлежностью островов Сенкаку в Восточно-Китайском море? Добавлю, что это, к сожалению, не единственное место территориальных споров в АТР с разными участвующими в них странами. Предметом аналогичных трений являются целые архипелаги в Южно-Китайском море, крупные участки территории в Гималаях. Их участниками являются Китай, Вьетнам, Филиппины, Индия. То есть, как это всегда происходит в истории, вме­сте с перемещением в некий регион центра тяже­сти мировой политической жизни туда же «пере­езжают» и её глобальные проблемы.

Ответ на этот вопрос следует из предыдущего. Нашим интересам ни в коем случае не отвечает конфликт (тем более, переходящий в военные действия) между нашими азиатскими соседями, который, с учётом союзнических связей тех же Японии и США, из двустороннего вполне может перерасти в общерегиональный и даже принять глобальные масштабы. И выигравших в подоб­ном конфликте не будет.

В этом случае потеряют всякий смысл какие- либо разговоры о развитии Сибири и Дальнего Востока, тем более о привлечении иностранных ресурсов. Поэтому «наша ставка» заключается в том, чтобы всячески содействовать разрешению споров и конфликтов к взаимному удовлетворе­нию сторон. Кстати, побывавшие недавно в на­шем институте руководители Китайской акаде­мии современных международных отношений (КАСМО) выразили по этому поводу достаточно оптимистическую точку зрения.

Источник: «Китай и Россия»