Эксперты уверены, что "Русский марш" 4 ноября без провокаций не обойдётся

Мы в СМИ
Националисты уже подали заявку на проведение очередного "Русского марша" в Москве. В День народного единства мэрия согласовала шествие марша в районе Люблино.

Вопросом о том, станет ли Люблино вторым Бирюлево, сейчас озабочены не только в мэрии, где предусмотрительно выдали разрешение провести марш рано утром (в 8 часов), чтобы избежать ночного погрома и большого скопления народа, но и в экспертном сообществе многие гадают, каким образом близкое соседство традиционного "Русского марша" с бирюлевским бунтом повлияет на градус мирных шествий? Стоило ли вообще после неконтролируемого народного схода разрешать националистам вновь заявить о своем несогласии с миграционной политикой? Вторая опасность – провокаторы, которые отметились и в бунте спального района, хотя считается, что провокаторы - неотъемлемая часть и националистических шествий, и в прошлом году "Русский марш" пытались скомпроментировать молодые люди в форме, которую приняли за нацистскую. В любом случае, считают наши эксперты, несмотря на негативное отношение к националистам со стороны властных либеральных элит, в обществе зреет запрос на "национальных" героев, и запрос этот начинается с низших социальных слоев, радикально настроенной молодежи, но разрастается и на интеллектуалов, затем проникает в средний класс пропорционально скандалам и бесчинствам мигрантов. Мнения экспертов - в материале Накануне.RU

Ведущий эксперт Российского института стратегических исследований Игорь Белобородов считает, что запрос на "национальных" героев будет расти среди "интеллектуалов" и в среднем классе. 

Вопрос: Игорь Иванович, как Вы считаете, сейчас не та обстановка, чтобы проводить националистический марш в Москве, люди еще "заряжены" ненавистью после Берюлево?

Игорь Белобородов: Мне сложно сказать – я не политик и не правоохранитель, они лучше мониторят ситуацию на предмет того, чем чреваты подобные мероприятия. Я лишь хочу как эксперт, как социолог, демограф отметить, что любые миграционные стихийные процессы, а у нас они, к сожалению, стихийны и хаотичны, обязательно обостряют рост радикальных настроений в обществе, даже для такой миролюбивой, гостеприимной страны, как Россия, которой никогда не были свойственны националистические выходки. Даже в России волна миграции породила эти социальные уродства - по-другому национализм, расизм я назвать не могу. И что лично меня смущает, что в целом люди, которые отдают предпочтение крайним националистическим идеологиям, они, видимо, малограмотны, потому что ставят в один ряд людей совершенно различных этносов, а порой, воспринимая всех, кто со смуглой кожей, как личных врагов. То есть, видимо, это удел очень маргинальной молодежи, и я вижу точно, что даже в организациях, которые претендуют на политические амбиции националистического толка, не ведется никакой разъяснительной работы. Здесь нет никаких табуированных норм, то есть нападают на всех: на беременных женщин, на детей, на стариков. В принципе, любой этический кодекс даже во время войны предполагает какие-то ограничения. У нас же это все трансформировалось во вседозволенность.

Вопрос: То есть мигранты тут вроде и ни при чем?

Игорь Белобородов: Нет, конечно, они и породили эту проблему. Они тоже не отличаются законопослушностью и ориентацией на мирное вхождение в принимающее общество. Имея колоссальные возможности по заработку средств и по карьерному росту, по накоплению капиталов, по получению образования, по здравоохранению, по всему, я не вижу сегодня у многих из этих людей, приехавших к нам без согласия большинства населения, встречных благодарственных чувств. Скорее идет какое-то противостояние, и, безусловно, этот процесс меня пугает.

Вопрос: Противостояние сейчас критическое?

Игорь Белобородов: Да, и потому думаю, что на этом фоне стоит воздержаться от каких-либо массовых выступлений, по крайней мере, сделать так, чтобы они были очень плотно контролируемы со стороны полиции. Очень важно, чтоб это не переросло в новые беспорядки, потому что одни беспорядки порождают другие – встречную волну, и мы можем просто пропустить тот момент, когда окажемся на грани этнической гражданской войны. Я понимаю, что тех молодых людей, которые вскидывают руку в нацистском приветствии и делают нашивки в виде свастик, их надо точно так же изолировать, как и тех мигрантов, которые забыли, как себя вести в нашей стране. Несмотря на то, что они проводят между собой такой водораздел – отличие у них небольшое. И те и другие являются дикими по своей природе, они лишены цивилизации, мигранты оторвались от материнской культуры, а к другой не приобщились. А те люди, которые против них, изначально не были в лоне своей материнской культуры и, в общем, являются заблудшими овцами, они не знают, куда им брести, легче всего брести против кого-то, то есть не таких, как мы.

Вопрос: Люди в Бирюлево долгое время боялись выступить, криминальная ситуация у них такая давно. Сейчас в сознании общества что-то изменилось - люди поняли, что могут вот так выразить несогласие, агрессивно?

Игорь Белобородов: Это был далеко не первый протест, до этого была Кондопога, до этого был Пугачев, были другие места – эта ситуация приняла тенденциозный характер. Сказать, что эти люди выступали исключительно против мигрантов – я не могу. Но в то же время было очевидно, что они выступали - по крайней мере, зрелые люди, которые не являются националистами, не являются радикалами - они выступали против преступника. В данном случае против преступника иного происхождения, но это был не основной движущий мотив, движущим мотивом был беспредел, правонарушения, случаи насилия, убийства, это людей возмущало. И выступали они во многом против коррупции, против сращивания этнического криминала с нашими органами правопорядка, мне это видится лично так. И еще один штрих к нашей беседе - я глубоко убежден, даже встречал такие случаи, когда наиболее ярыми "русскими" националистами были люди, ничего общего не имеющие с Россией и ее народом. В этой среде очень много провокаторов, которые специально хотят расшатать лодку межнационального согласия. Этот фактор должен всегда рассматриваться с поправкой на то, что на любом политическом поле присутствует "N-ное" число провокаторов, "засланных казачков", а в том, что касается патриотических чувств, национализма, межнациональных отношений, здесь концентрация провокаторов в десять раз больше, чем в другой политической идеологии. Потому что эта идеология наиболее взрывоопасна.

Вопрос: Уже долго идут разговоры о создании партии, реальной политической силы националистического толка. Как Вы считаете, в обществе сформировался запрос на такие силы?

Игорь Белобородов: Да, безусловно, в каждом обществе, где зашкаливает уровень миграции, будь то Австрия, будь то Люпен во Франции, которого многие считают национальным героем, будь то Бельгия со своими представителями национального движения, или Англия, или будь то Россия, где тоже растут подобного рода настроения, запрос на национальных героев, национальных в прямом смысле слова, растет пропорционально появлению нового процента мигрантов. У нас просто критическая доля "пришельцев" в нашем обществе, и не имея ничего абсолютно против людей другой расы или национальности, надо понимать, что все имеет свои границы – безусловно, все люди равны между собой, но мы все разные. США это учитывают, в Британии сейчас стали учитывать, хотя Европа отказалась от мультикультурализма, потому что он невозможен. Никто не хочет менять свою идентичность, наоборот стараются ее сохранить, укрепить, и вместо ассимиляции, в мире, в разных странах, появляются "china-тауны", арабские кварталы, африканские общины. Я недавно вернулся из Парижа, где имел возможность все это наблюдать. Поэтому здесь нет какого-то особого запроса, продиктованного расположением звезд на небе или магнитными бурями, это все следствия неконтролируемой миграции, и чем более запущена эта ситуация, тем более запрос на националистическую идеологию будет возрастать. В первую очередь в среде людей достаточно примитивного ментального склада, но постепенно этот процесс будет расширяться и охватывать все большее число людей, включая интеллектуалов и постепенно прорастет в так называемом среднем классе. Это классика.