Евразийская интеграция в политических стратегиях США и Канады

Аналитика
Очаг конфликта у границ России, на Украине, сформирован силами Запада

Инициатива создания Евразийского союза вызвала негативную реакцию США. Канада не выступила открыто, но можно не сомневаться, что и в этом вопросе она последует в русле американской политики США, также как в отношении Украины. С целью предотвращения евразийской интеграции, США применяют стратегию сдерживания и баланса силы против России, используют инвестиции, неправительственные организации, политику европейского соседства ЕС, а также ведут широкомасштабную информационную войну и пропаганду. России в свою очередь следует вести более агрессивную ответную политику.

Реакция

Проект Евразийского союза не был предметом широкого обсуждения на Западе за исключением узкого круга экспертов. Когда, где-то в марте этого года одним американским журналистом был задан вопрос о евразийской интеграции, государственный департамент отказался от комментариев. Но это вовсе не означает, что этот вопрос не волнует американских чиновников. На встрече 6-7 декабря 2012 года в Дублине, озаглавленной «Превратить права человека в реальность человека», тогдашний государственный секретарь США Хиллари Клинтон сделала заявление, которое на сегодняшний день представляет собой единственное выражение официальной позиции американского правительства. Она заявила следующее: «Существует попытка повторно советизировать регион. Это не будет называться СССР. Это будет называться Таможенный союз, она будет называться Евразийский союз, или оба вместе. Но давайте не будем заблуждаться по этому поводу. Мы знаем, в чем состоит цель, и мы пытаемся выработать эффективные способы замедлить или предотвратить его».

Концептуальная основа

Концептуально данная позиция неприятия и противодействия интеграции в Евразии опирается на доктрину бывшего советника президента США по национальной безопасности Збигнева Бжезинского, который в своей книге «Великая шахматная доска. Господство Америки и её геостратегические императивы» предложил подробную и тщательно разработанную геостратегию. После распада Советского Союза, утверждал он, для Соединенных Штатов Америки, как первой по-настоящему глобальной власти, Евразия стала главным геополитическим призом.

Евразия является крупнейшим континентом на земном шаре и его геополитической осью; вмещает 75 процентов населения земного шара; содержит большую часть мирового природного богатства; на нее приходится около 60 процентов известных мировых энергетических ресурсов; является месторасположением большинства политически напористых, экономически динамичных и могущественных в военном отношении государств в мире (после США, следующие шесть крупнейших экономик и шесть государств с крупнейшими военными затратами); является местом всех, кроме одного, ядерных держав мира; является местом двух самых густонаселенных в мире претендентов на региональную гегемонию и глобальное влияние. Сила, которая господствует в Евразии, контролировала бы два из трех наиболее развитых и экономически продуктивных регионов мира, что почти автоматически повлечет за собой подчинение Африки, превратив западное полушарие и Океанию в геополитическую периферию центрального континента мира. Евразия является центром мира и тот, кто контролирует Евразию, управляет миром. Евразия, таким образом, заключает Бжезинский, является шахматной доской, на которой продолжается борьба за мировое господство.

Он делит евразийскую шахматную доску на четыре региона. Если Центр (Россия) можно вовлечь в Запад (Европа), над которым доминируют США, если Юг (Южный Кавказ, Центральная Азия, Ближний Восток и регион, простирающийся от Турции до Индии) не подвергается господству одной державы, и если Восток (Китай, Япония, обе Кореи) не объединены, Америка, можно сказать, преобладает.

Он также определяет две группы государств в Евразии: активные геостратегические игроки и геополитические стержни. Первые имеют потенциал и национальную волю применять силу или влияние за пределами своих границ, чтобы изменить существующую геополитическую положение дел. В эту группу он включает Францию, Германию, Россию, Китай и Индию. Вторые являются государствами, чья важность происходит не из их силы и мотивации, а от их расположения в чувствительных зонах и от последствий их потенциально уязвимых условий. Сюда входят Украина, Азербайджан, Турция, Иран и Южная Корея. Турция и Иран могут рассматриваться также как геополитические активные игроки. По мнению Бжезинского, защита геополитических стержней является одним из важнейших аспектов глобальной геостратегии Америки.

Без Украины, по мнению Бжезинского, Россия перестает быть Евразийской империей. Если Москва возвращает контроль над Украиной с ее ресурсами и доступом к Черному морю, то Россия автоматически снова восстанавливает необходимые средства стать могущественной империей, охватывающей Европу и Азию. Потеря Украиной независимости может иметь непосредственные последствия для Центральной Европы, превращая Польшу в геополитический стержень на восточной границе объединенной Европы. Что касается Азербайджана, независимость государств Центральной Азии может стать бессмысленной, если Азербайджан будет полностью подчинен контролю Москвы. Среди стержневых государств Бжезинский также называет Турцию, которая стабилизирует черноморский регион, уравновешивая Москву на Кавказе, является противодействием исламскому фундаментализму, и служит южным якорем для НАТО.

Таким образом, Бжезинский заключает, что только контроль над Евразией, поскольку она является самой крупной в мире континентом по территории, населению, природным и энергетическим ресурсам, экономическому и военному потенциалу, и является центром мира, позволяет добиться господства над миром. Его геостратегия поэтому предполагает попытку вовлечения России на Запад, где преобладает США, и Россия может играть только подчиненную роль, не будет иметь своих интересов и особого влияния. Но в любом случае необходимо предотвратить влияние России на Юге, т.е. на Ближнем Востоке, Южном Кавказе и Центральной Азии. С этой целью, с учетом того, что Турция является членом НАТО, Бжезинский придает особое значение Украине и Азербайджану. Таким образом, Ключевая предпосылка в этой доктрине – отказ от признания самостоятельных интересов России, и предлагаемая стратегия – сдерживание. 

Знакомство с анализом Бжезинского подтверждает, что он был вдохновлен концепцией британского политического географа Хэлфорда Маккиндера (1861-1943). Среди его концепций, в том числе относительного преимущества «земельной державы» над «морской державой», теория «сердцевинной земли» представляет собой основу для геостратегии Бжезинского.

Маккиндер в свой книге «Демократические идеалы и реальность» назвал Евразию и Африку мировыми островами, окруженными другими островами Америки, Австралии, Британии и Японии, а обширные внутренние районы Евразии – сердцевиной континента. Сердцевина охватывает бассейны рек Лены, Енисея, Оби, Волги, Урала, Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи. По стратегическим соображениям он также включил Балтийское и Черное моря, среднее и нижнее течение Дуная, Турцию, Иран, Тибет и Монголию. В итоге Маккиндер пришел к своему знаменитому заключению и совету, данному европейским государственным деятелям в Версале в 1919 году: «Кто правит Восточной Европой, тот командует Сердцевиной; кто правит Сердцевиной, тот командует Мировым островом. Кто правит Мировым островом, тот командует Миром».

Но самым потрясающим было предлагаемое им урегулирование проблемы Восточной Европы, где после падения Австро-Венгерской и Османской империй и ухода большевистской России, возник вакуум власти. Маккиндер предложил создать полосу независимых государств между Германией и Россией, простирающейся от Адриатического и Черного морей до Балтийского моря и представляющей собой «территориальный буфер между Германией и Россией».

Хотя Бжезинский и американские политики полностью восприняли концепцию Маккиндера о геополитической важности Центральной Евразии, но при этом, расширив НАТО и ЕС к границам России, отвергли его совет о буферной роли государств восточной Европы, расположенных между Германией и Россией.

Средства предотвращения

Заявление Х. Клинтон, что Вашингтон будет открыто противостоять попыткам России повторно интегрировать постсоветские страны в новый союз типа СССР, вызвало переполох в экспертном мире. После выступления Клинтон, эксперты начали говорить более определенно о том, что США сейчас пересматривает свою политику «перезагрузки» 2009 года в отношениях с Россией.

Но на самом деле о рождении новой американской стратегии американские эксперты говорили ещё в 1999 году. Это видимо было связано с тем, что к тому времени стало очевидно наличие особых интересов Россия, да и Китая, и тщетность, поэтому, попыток США включить их в западную систему политических и экономических интересов. Основа и задача новой стратегии заключалась в том, чтобы предотвратить объединение Евразии под единым началом. Логика была проста: если ресурсами Евразии распоряжается единый центр, тогда глобальный баланс силы меняется против США, и морская безопасность США уже может быть не гарантирована. Хотя эксперты и признавались, что не существует опасности единого гегемона в Евразии, но были озабочены опасностью, которую Россия и Китай могут представлять для своей периферии. В этом контексте, утверждалось, что перед США стоят три стратегии: (1) дестабилизация, направленная на дальнейшую фрагментацию; (2) сдерживание, когда США реагирует на региональные угрозы посредством военного вмешательства; (3) баланс силы, при котором региональные государства сами имеют дело с опасностью, исходящую от России и Китая.

Что касается первой стратегии, по мнению специалистов, Соединенные Штаты не будут следовать ей. Это потребует больше усилий, чем политическая элита США в настоящее время способна потратить на внешнюю политику. Это оставляет возможность выбора стратегии между активным сдерживанием и баланса силы. Соединенные Штаты Америки пристрастились к прямому вмешательству. Но они были против небольших изолированных стран. Риск потерь и эскалации был ограничен, и США имели союзников. Блокирование российских интересов может включать серьезный риск. Соединенные Штаты не имеют необходимых ресурсов. Существует простой факт, что вмешательство на суше в Евразии невозможно на постоянной основе без огромной мобилизации. Стратегические интересы США просто не оправдывают такой мобилизации. Это оставляет  им одну стратегию: позволить балансу сил реализовать себя. Эта стратегия обеспечивает коренные интересы США: не дать возможности объединения Евразии. Соединенные Штаты Америки могут затем развернуть силы в концентрированном и решительным образом, а не в разрозненных операциях с ограниченными и нестратегическими целями.

Американские аналитики рассматривают Евразийский союз как институциональное средство для распространения влияния России в странах бывшего СССР. Они опасаются, что эта интеграция будет не только экономическая, что само по себе является предметом заботы, но и охватит сферы политики и безопасности, что вызывает особое беспокойство. Кроме того, в интеграции они также видят средство предотвращения иностранного вмешательства и влияния, особенно американского. Они открыто говорят о геополитической борьбе между США и Россией по установлению влияния над бывшими странами СССР.

США в настоящее время в отношении России действительно применяют стратегию сдерживания и баланса силы. Для достижения своей стратегической задачи по недопущению объединения Евразии США применяют различную политику. Для недопущения евразийской интеграции эта политика предусматривает использование нескольких средств.

Одним из таких средств являются инвестиции в страну со стороны ее диаспоры за рубежом. Во время встречи в верхах СНГ, которая состоялась 5 декабря 2012 года в Ашхабаде, посол США в Армении Джон Хэфферн вернулся в США, чтобы убедить американцев армянского происхождения делать инвестиции в Армению. Премьер-министр Армении Тигран Саркисян отправился в Германию, а затем в США также с просьбой об инвестициях. Было похоже, что США решили испытать метод так называемой «инвестиционной экспансии» в Армении. Этот метод подразумевает большой приток западных инвестиций, которые помогут не только трансформировать культуру бизнеса в Армении, которая не устраивает Вашингтон, но и предотвратить «советизацию» стран Южного Кавказа. Россия сейчас по-прежнему лидер по объему инвестиций в Армении, но в 2012 году объемы ее инвестиций снизились.

Вместе с тем следует учитывать, что это средство применимо только к Армении, поскольку среди постсоветских стран только она располагает значительной экономически и политически влиятельной диаспорой. Да и после решения Армении в пользу Евразийского союза зарубежные инвестиции, как средство предотвращения Армении присоединиться к этому союзу, стали уже не так актуальны. 

Другим средством по недопущению интеграции является использование неправительственных организаций. Эти организации играли большую роль в «цветных» революциях в Грузии, Украине, Кыргызстане. Американские комментаторы открыто заявляют, что неправительственные организации помогали и способствовали антиправительственным протестам и демонстрациям в Москве в 2011-2012 годы. Они не скрывают, что западные неправительственные организации через Польшу и Латвию пытаются повлиять на оппозицию в Белоруссии для выступлений и демонстраций против правительства. Западные неправительственные организации действуют практически во всех странах бывшего СССР. И их цель, как они утверждают, заключается в оказании помощи по демократизации этих стран, обеспечении верховенства закона, защите прав человека и создании гражданского общества. Очевидно, поэтому необходимо пересмотреть режим работы неправительственных организаций вплоть за запрещения иностранных и работающих на иностранные гранты.

В настоящее время главным средством по развалу интеграционных процессов является политика ЕС по европейскому соседству. Было, например, видно, как по мере приближения Вильнюсского саммита ЕС, который состоялся в ноябре 2013 года, США активизировались в этом направлении. Президент США оказал политическую поддержку проекту Восточного партнерства. Вице-президент неоднократно обсуждал события в странах Восточного партнерства в своих двусторонних встречах с европейскими лидерами. Постоянно подчеркивает стратегическую важность Восточного партнерства госсекретарь Кэрри. Все это говорит о координации политики США и ЕС применительно к странам бывшего СССР.

Политика европейского соседства охватывает Беларусь, Украину, Молдову, Грузию, Армению и Азербайджан. Свою политику по европейскому соседству ЕС в настоящее время осуществляет посредством соглашения об ассоциации, переговоры по которому ЕС проводит со всеми вышеуказанными странами, кроме Белоруссии и Армении. Эти соглашения в целом предполагают политическую ассоциацию и экономическую интеграцию в ЕС, но без членства. Это означает, что соседи ЕС не будут иметь голоса в принятии решений в рамках ЕС, но их экономика полностью будет в распоряжении ЕС.

Подлинные цели политики европейского соседства проявились и в событиях вокруг Украины. Западное вмешательство дестабилизировало Украину, привело к гражданской войне, потенциальному распаду и непредсказуемому будущему страны. Запад попытался приблизиться через Украину к России и остановить ее влияние здесь. В итоге сформировался очаг конфликта у границ России. Это и есть реализация стратегии сдерживания и баланса силы.

Западом широко используются также средства массовой информации. Это проявляется во всем, что касается России. Перед Олимпиадой в Сочи была проведена массовая кампания по дискредитации подготовительных работ к Играм. И сейчас события на Украине освещаются односторонне, неполно, невыгодная информация вообще не попадает в прессу, комментарии очень предвзятые и тенденциозные. Даже Голливуд подключился к этому. Если полиция борется с мафией, то обязательно - с русской, а если это враждебное иностранное государство, то это – Россия. Мало информированная и не очень-то образованная западная публика в основном всему этому верит. В целом против России ведется настоящая информационная война.

Возможные ответы 

Со стороны кажется, что для России актуальны усилия в сфере информационно-пропагандистской работы. Следовало бы тщательно разработать задачи, стратегию, направления внешней политики. Для их поддержки целесообразно усилить свою информационно-пропагандистскую работу.

России следует еще раз твердо, открыто и подробно изложить свои цели и задачи по евразийской интеграции. Эта интеграция – нечто большее, чем просто политические интересы и экономическая интеграция. Эта интеграция опирается на особую географию, совместную историю, понимание безопасности, общественный и экономический уклады, совместимые духовность, ценности, культуру и традиции, особую цивилизацию, и поэтому является геополитической закономерностью, политической необходимостью и духовной потребностью. Каждый из этих элементов требует своего всестороннего, тщательного, глубокого и, что важно, новаторского изучения.

Евразийство, как интеллектуальная концепция и политическая доктрина, предназначено быть идеологической основой. Его следует по-новаторски рассмотреть по вышеуказанным параметрам и адаптировать к современным реалиям и требованиям. В этом смысле исключительно важно положение о том, что Россия делила Центральную Евразию с другими народами на протяжении веков. Единая географическая среда, общая история, схожий социально-экономический уклад, культурно-религиозная совместимость, терпимость и взаимное уважение были более характерными чертами совместного проживания. Ныне эти народы живут в независимых странах Центральной Азии и Южного Кавказа. Но они все по-прежнему живут в Центральной Евразии. Поэтому Центральная Евразия – особая сущность и бытие. Целью этой идеологии должно быть не обособление, а объединение русского и нерусских народов, проживающих в России и в странах бывшего СССР.

Фундаментальная разница между подходами США и России к Евразии и заключается в том, что для США – это стремление сдержать Россию (следующим предполагается Китай), затем ее раздробить и обеспечить, таким образом, свое доминирование. Для России же Центральная Евразия с ее вышеупомянутыми особенностями (география, история и т.д.) является ее средой обитания, и в конечном счете, средством ее безопасности и местом выживания. Россия намерена сделать Центральную Евразию связующим звеном между Европой и Азией, какой она всегда была на протяжении истории. Центральная Евразия – это дом, в котором Россия вместе со своими союзниками пытается навести порядок. США же пытаются проникнуть в чужой дом и разрушить его. Россия зачищается, США совершают агрессию. Россия – конструктивна, США – разрушительна.

В контексте евразийской интеграции ряд направлений внешней политики России приобретает особое значение. Стоит назвать некоторых из них.

На сегодняшний день Украина является основным фронтом. Заявленные МИД России федерализация, статус русского языка и нейтральный статус Украины являются «красной линией», за которую отступать некуда. Ограниченность ресурсов и политики Запада на Украине становится более очевидной, но размещение сил США в Восточной Европе становится предметом озабоченности.

Турция является страной, которая ныне в контексте событий на Украине, а также евразийской интеграции приобретает особое значение. Турция – член НАТО и господствует над проливами в Черное море. Ее позиция в рамках НАТО по черноморским вопросам будет иметь ключевое значение. Турция исторически также является частью евразийского полотна. Как таковая она многими нитями связана с Южным Кавказом и Центральной Азией, в том числе посредством организации тюркоязычных стран. Поддержка Турцией и ее возможное привлечение к евразийской интеграции может благоприятно повлиять на Азербайджан и страны Центральной Азии.

Кризис на Украине, европейская ориентация Грузии еще больше усиливают значение Азербайджана. Если Украина институционально принимается в Европу, то Грузия будет следующая. Но Грузия без Азербайджана не имеет геополитического значения. Только будучи вместе, они как бы захлопывают Кавказ. В условиях, когда Грузия делает выбор в пользу Европы, а Армения – в пользу Евразии, позиция Азербайджана становится ключевой, и от нее будет зависеть, где будет Южный Кавказ. Европейская ориентация Азербайджана ставит Армению вне игры. Евразийская ориентация Азербайджана делает выбор Грузии бессмысленным, потому что без Азербайджана выбор Грузии не имеет большого значения, особенно, если Украина будет нейтральной. Турция, Южный Кавказ и Центральная Азия, таким образом, связываются и плотно прикрывают южный фланг.

Но как привлечь Азербайджан? Представляется, только через урегулирование нагорно-карабахского конфликта. Но без американцев, которые, по всей видимости, уже понимают это. Урегулирование объединит Армению и Азербайджан, а также Россию.

С учетом сказанногополагаем, что необходимо налаживать синхронизацию политики России, Китая, и ряда других государств. Борьба России в одиночестве с Западом не означает, что США оставят в покое Китай. Если Россия ослабеет, следующим будет Китай. Поэтому стратегическая синхронизация политики России и Китая может сдерживать гегемонию США.

Ильгар Маммадов, к.и.н., политолог (Торонто, Канада).