Международные военно-морские учения в Тихом океане: почему в них участвует Россия?

Мы в СМИ
США укрепляют уже имеющиеся альянсы со странами АТР (Японией, Австралией, Южной Кореей, Таиландом, Филиппинами, Сингапуром) и ищут новых региональных союзников. Среди этих последних выделяются Вьетнам и Индонезия, но, главным образом, Индия.

Владимир Терехов, кандидат технических наук,

ведущий научный сотрудник Центра Азии и Ближнего Востока РИСИ

Сложный характер ситуации, складывающейся в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР), отражается во всех происходящих здесь заметных событиях. К ним, несомненно, относятся примечательные особенности очередных (23-х по счёту) международных военно-морских учений RIMPAC (Rim of the Pacific Exercise), в районе Гавайских островов, которые продлятся с 29 июня по 3 августа 2012 г.

Эти учения под руководством американского “Тихоокеанского командования” (USPACOM) проводятся с 1971 г. и в настоящее время являются крупнейшими в мире. Изначально RIMPAC имели целью отработку взаимодействия ВМС США с ВМС их ближайших союзников, расположенных по “побережью Тихого океана” (отсюда название учений). Их главным “потенциальным противником” в годы «холодной» войны являлся СССР.

Помимо американской, в RIMPAC-2012 принимают участие 22 военные делегации (в 2010 г. их было 14), причём из стран, находящихся не только в АТР. Так, среди 11 стран, приславших свои боевые корабли на учения, присутствует Франция. Половину из 42 задействованных кораблей выделило USPACOM, которое осуществляет планирование и руководство совместными манёврами. Их заявленные цели сводятся к отработке взаимодействия ВМС стран-участниц, в т.ч. в борьбе с пиратством и терроризмом, а также в оказании гуманитарной помощи населению, пострадавшему от природных катаклизмов.

Учения в этом году примечательны двумя обстоятельствами, на которые немедленно обратили внимание комментаторы США, Китая и ряда других стран региона. Во-первых, в них впервые принимают участие Индия и Россия (ранее эти страны направляли лишь наблюдателей). Тихоокеанский флот РФ выделил большой противолодочный корабль “Адмирал Пантелеев” и два корабля обеспечения. Во-вторых, на учения не получил приглашение Китай - одна из крупнейших мировых держав, расположенная к тому же на “побережье Тихого океана”.

Эти особенности укладываются в настораживающую логику развития политических процессов в АТР, главным содержанием которой становится всё более конкурентное позиционирование в регионе (и в мире в целом) США и КНР. Быстрый и всесторонний рост Китая воспринимается сегодня Вашингтоном в качестве источника главной угрозы ключевым глобальным интересам США. С этим связан “сдвиг” американской внешнеполитической и военной стратегий в АТР под лозунгом “возвращения в Азию”. В этом регионе будет сосредоточена большая часть военного (в частности, морского) потенциала страны и поэтому сокращается американское военное присутствие в Европе, а также осуществляется ускоренный уход из Афганистана и Ирака.

В целях “сдерживания” КНР Вашингтону едва ли будет чем-либо полезна НАТО (несмотря на громкие декларации о “глобальности” этого “последнего динозавра” «холодной» войны). Сложно представить себе, например, возможность участия Германии в гипотетических военных действиях в (“неизвестно где расположенном”) Южно-Китайском море из-за (“каких-то, едва просматриваемых на карте”) островов Спратли, представляющих исключительный стратегический интерес для США с Китаем. Германия же ссориться из-за них с КНР (весьма перспективным экономическим партнёром), очевидно, не будет. Достаточно вспомнить, как 10 лет назад через бундестаг проходило решение об отправке контингента бундесвера в (вдвое более близкий) Афганистан.

Поэтому США укрепляют уже имеющиеся альянсы со странами АТР (Японией, Австралией, Южной Кореей, Таиландом, Филиппинами, Сингапуром) и ищут новых региональных союзников. Среди этих последних выделяются Вьетнам и Индонезия, но, главным образом, Индия.

К беспокойству Индии по поводу стратегии Китая в соседних странах прибавились такие проявления активности КНР, как окончание строительства глубоководного порта в Хамбантота (Шри-Ланка) и реализация нескольких инфраструктурных проектов в Пакистане. Кроме того, строительство мостов и железнодорожных дорог в Бангладеш и Непале, установление дипломатических отношений с королевством Бутан (свершившееся “на полях” заседания G20 в Лос-Кабосе). Несмотря на звучащие из КНР “успокаивающие” заявления о том, что “опасения Индии понятны, но необязательны”, всё это стимулирует Индию (как и другие перечисленные выше страны) к участию в военно-политических мероприятиях, проводимых в регионе под эгидой США.

Нынешним учениям предшествовала череда различного рода других военных манёвров, которые проводились в последние месяцы в акватории Тихого океана в самых разнообразных комбинациях стран-участниц. Например, США-Филиппины в южной части Южно-Китайского моря (апрель и начало июля), Австралия-Южная Корея в районе к югу от Корейского полуострова (конец мая-начало июня). Или еще США-Индонезия в южной части Южно-Китайского моря (начало июня), Япония-Индия в прибрежных водах японской провинции Канагава (первые в истории японо-индийских отношений двусторонние учения, состоявшиеся в начале июня), США-Япония-Южная Корея к югу от Корейского полуострова (21-23 июня), там же и те же участники, но без Японии (24-26 июня).

Наконец, с 18 июня по 1 июля прошли очередные ежегодные международные (но снова без китайского участия) учения “Тихоокеанское партнёрство” (Pacific Partnership) с участием кораблей 17 стран, сценарий которых подчёркивал гуманитарную компоненту. “Странами-хозяевами” являлись Вьетнам, Индонезия, Камбоджа и Филиппины. Иначе говоря, эти учения состоялись в Южно-Китайском море, т.е. в самом опасном (с точки зрения поддержания глобальной стабильности) районе мира. И всё же именно RIMPAC- 2012 можно рассматривать в качестве “смотра” уже имеющихся и потенциальных американских союзников, а также демонстрации силы, объект которой всё более очевиден.

В этих условиях естественной представляется настороженная реакция КНР в связи с началом этих последних учений. Китайский официоз Global Times обращает внимание на то, что Китай оказался единственным из пяти постоянных членов СБ ООН, который на нынешние учения не был приглашён. Этот факт оценивается как “недружественный месседж” в сторону КНР, призванный, во-первых, продемонстрировать, что США остаются единственной сверхдержавой, и, во-вторых, “ободрить американских союзников [в регионе], которые имеют трения с Китаем”. Формат проведения учений рассматривается как свидетельство того, что в американском стратегическом мышлении начинает преобладать “менталитет «холодной» войны”, в соответствии с которым теперь Китай занимает место СССР в период её разгара. При этом подчёркивается, что “изолировать” КНР не удастся, а проблемы, перед которыми оказались США в регионе, нельзя разрешить с помощью подобных военных демонстраций.

Негативная реакция Китая на все упомянутые выше демонстрации обусловлена и тем, что после двухлетнего периода “турбулентности” (обусловленной возобновлением продаж американских вооружений Тайваню) вроде бы начали налаживаться двусторонние “военно-военные” связи. Так, лишь за несколько дней до начала RIMPAC-2012 Пекин посетил командующий USPACOM адмирал Сэмюэл Локлир. В ходе разнообразных контактов произносятся “правильные” слова о необходимости поддержания доверия между военными обеих стран, которые странным образом противоречат фактическому состоянию двусторонних отношений.

Что касается приглашения России принять участие в учениях, то его можно оценить как проявление новых тенденций в политике США на российском направлении, основной целью которой, как представляется, остаётся побуждение нашей страны к “правильному выбору” своего места в американо-китайском глобальном противостоянии.

Приглашение может оказаться одним из первых внешнеполитических “пряников”, которые теперь будут периодически показываться нам, наряду с прежним противоракетным “кнутом”. В любом случае, однако, Россия не должна делать предлагаемый ей (и “смертельный” для неё) выбор. В этом плане вполне взвешенный характер носил российский ответ на американское приглашение “зайти в гости в Пёрл-Харбор”. Он оказался положительным, но размер корабельной группировки, посланной на Гавайи, существенно меньше той, которая участвовала в недавних российско-китайских военно-морских учениях.

В целом можно констатировать появление в последнее время в российской внешней политике разумного сочетания гибкости и твёрдости. Далее следует готовиться к необходимости выработки ответов на более серьёзные внешнеполитические вызовы, которые неизбежно появятся по мере развития ситуации в АТР и в мире в целом.

В частности, требуют неотложной государственной оценки (или переоценки с учётом новых обстоятельств) риски, связанные с проектами “Газпрома” в Южно-Китайском море. Во всяком случае, подобной переоценкой с конца прошлого года занялись в Индии. Любители острых ощущений от бизнеса в “пекле” потенциального глобального конфликта могут их получать, но исключительно в порядке частной инициативы. Хотя просторов Сибири и Дальнего Востока вполне должно бы хватить для самореализации инициативных людей.

Источник: Новое восточное обозрение.