Визит Б. Обамы в Индию: двусторонние отношения получают новый импульс, но проблемы остаются

Аналитика
В ходе недавней поездки президента США Б. Обамы по ряду азиатских стран именно визит в Индию имеет особое значение для оценки перспектив развития не только американо-индийских отношений, но и ситуации в Азиатско-Тихоокеанском регионе в целом.

В. Ф. Терехов,

кандидат технических наук,

ведущий научный сотрудник отдела оборонной политики РИСИ

В ходе недавней поездки президента США Б. Обамы по ряду азиатских стран именно визит в Индию имеет особое значение для оценки перспектив развития не только американо-индийских отношений, но и ситуации в Азиатско-Тихоокеанском регионе в целом. Последняя во всё большей степени определяется формирующейся региональной политической игрой при активном участии в ней Соединённых Штатов, Индии, КНР и Японии.


Своего рода напутствием отправляющемуся в это турне Б. Обаме стал отчёт «Естественные союзники: рекомендации по развитию американо-индийских отношений», подготовленный группой экспертов обеих стран и опубликованный 20 октября 2010 г. одним из ведущих аналитических центров США CNAS (Center for a New American Security). В числе авторов отчёта следует отметить крупных чиновников администрации Дж. Буша (например, Р. Армитиджа и Н. Бёрнса).


Суть этого документа состоит в констатации необходимости дальнейшего развития успеха в отношениях двух государств, достигнутого предыдущим американским президентом. Так, указывается, что «…Соединённые Штаты должны публично и недвусмысленно трудиться совместно с Индией в направлении её принятия в СБ ООН расширенного состава на правах постоянного члена». Рекомендуется наполнить конкретным содержанием двустороннее «стратегическое партнёрство».


По мнению авторов цитировавшейся работы, «наступает критический момент в придании партнёрству [США и Индии] регионального и глобального характера». Для этого рекомендуется прекратить требовать от Дели присоединения к Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) и снять санкции с государственной индийской космической организации ISRO. В том же плане высказался накануне визита и один из лидеров республиканцев Дж. Маккейн.


Эти рекомендации содержат и скрытый укор Демократической партии, сам факт прихода которой к власти в январе 2009 г. в Индии встретили с определённой настороженностью. Такая реакция объяснялась опасениями относительно возможности отхода США от курса республиканской администрации Дж. Буша на всестороннее (включая сферу обороны) сближение обеих стран. И для указанных опасений были основания.


Во-первых, объективные обстоятельства (разразившийся к моменту смены власти в Вашингтоне мировой финансовый кризис, превращающаяся в хроническую болезнь проблема «Афганистан+Пакистан») резко повысили в глазах Соединённых Штатов значимость развития отношений с КНР. Квинтэссенцией подобных настроений части американской элиты явилась озвученная за две недели до инаугурации Б. Обамы, концепция Киссинджера–Бжезинского по формированию «американо-китайского консенсуса» (G-2), в рамках которого решались бы все основные мировые проблемы.


Во-вторых, близкое к Демократической партии так называемое «нераспространенческое лобби» в Конгрессе три года противилось ратификации американо-индийского рамочного соглашения в области мирного использования ядерной энергии, подписанного премьер-министром М. Сингхом и президентом Дж. Бушем ещё в 2005 г. Указанное лобби не устраивает то, что Индия, являясь ядерной державой de facto, не входит в число стран, подписавших ДНЯО. Свой отказ присоединиться к Договору Дели мотивирует как его дискриминационным характером, так и отсутствием сколько-нибудь значимого прогресса на пути ядерного разоружения официальных ядерных держав.


В-третьих, резко негативную реакцию индийской стороны вызвала в январе 2009 г. утечка в прессу информации о намерении определённых лиц в окружении Б. Обамы вновь «интернационализировать» кашмирскую проблему. Следует напомнить, что в течение всего периода «холодной войны» США фактически поддерживали Пакистан в его конфликте с Индией в связи с данной проблемой, спровоцировавшей три индо-пакистанские войны. Поддержка Исламабада Вашингтоном, в частности, проявлялась и в попытках привлечь к решению указанной проблемы международные организации. Однако, как полагают в Дели, этот конфликт должен урегулироваться исключительно на базе двусторонних отношений с Пакистаном. Администрация Дж. Буша в своё время «дистанцировалась» от кашмирской проблемы, преследуя цель формирования «стратегического партнёрства» с Индией, столь важного для обеих стран в условиях «мирного возвышения» Китая.


В-четвёртых, прямым следствием актуализации Соединёнными Штатами проблематики «Афганистан+Пакистан» явилось расширение американо-пакистанского сотрудничества, особенно в оборонной сфере. Так, непосредственно перед визитом Б. Обамы в Индию Исламабаду была предоставлена военная помощь в размере 2 млрд дол. Следует отметить, что годом ранее Конгресс США принял закон о финансовой помощи Пакистану «в гражданских целях» на общую сумму в 7,5 млрд дол. Эти средства будут равномерно направляться Исламабаду в течение 5-и лет.


Подобные действия Соединённых Штатов явно не устраивают Дели. Общий смысл комментариев индийских экспертов американской политики в данном случае сводится к следующему вопросу: «Понятно, Китай, как основной союзник Пакистана, оказывает ему всестороннюю помощь в целях укрепления его позиций в противостоянии с Индией, но почему фактически тем же занимается Вашингтон, объявляющий её своим главным стратегическим партнёром в Южной Азии?»


Ответ на этот вопрос очевиден. Оказавшись в афганском капкане, США теперь не могут с возможно минимальными издержками для себя выбраться из него без содействия того же Пакистана и других приграничных с Афганистаном государств. Кроме того, Вашингтон, видимо, не хочет отдавать Пакистан (своего многолетнего союзника периода «холодной войны») под полное влияние Китая.


Не устраивает Индию и перспектива вхождения в «светское» правительство Афганистана даже «умеренных» талибов, что, напротив, администрация Б. Обамы рассматривает в качестве одного из вариантов решения афганской проблемы. Вместе с тем война в Афганистане обусловлена воздействием целого ряда факторов, среди которых всё более значимым становится пакистано-индийское соперничество за влияние на эту страну. По мнению экспертов, происходит «кашмиризация» афганской проблемы, поэтому то или иное (гипотетическое) соглашение США с их противниками в Афганистане не будет означать урегулирования сложившейся здесь ситуации.


Ряд нерешённых вопросов в индийско-американских отношениях администрации Б. Обамы достались «по наследству». Затяжной характер носят разногласия сторон в ходе переговоров в рамках ВТО о либерализации торговли. В конце 2009 г. на конференции в Копенгагене отчётливо проявились и расхождения по проблеме выбросов в атмосферу «парниковых газов». До последнего времени сохранялся запрет на взаимодействие с двумя ведущими индийскими государственными исследовательскими центрами в области ракетно-космической техники и обороны (ISRO и DRDO). В Индии опасаются и возможного введения со стороны США протекционистских мер в отношении некоторых индийских товаров и услуг (прежде всего в сфере информационных технологий), поставляемых на американский рынок.


Практически с момента прихода к власти администрация Б. Обамы предприняла немалые усилия с тем, чтобы погасить раскачивание «лодки» американо-индийских отношений, начавшееся в прединауагурационный период. Этому способствовал и процесс постепенного отхода от концепции G-2, завершившийся в ноябре 2009 г., когда после неудачного визита в Китай нынешний глава Белого дома подтвердил решение своего предшественника о продаже крупной партии американских вооружений Тайваню. Летом 2009 г. Дели посетила госсекретарь Х. Клинтон, а осенью того же года в Вашингтоне побывал премьер-министр Индии М. Сингх. В ходе этих визитов было заключено несколько важных соглашений, в том числе, в сфере безопасности.


В 2010 г. Индия завершила многолетние программы закупок американских вооружений на общую сумму около 10 млрд дол. Как и ранее, проводились совместные учения подразделений всех трёх видов ВС. Исключение составил лишь отказ США и Японии (последовавший в «последнюю минуту») от запланированного участия индийских ВМС в трёхсторонних военно-морских манёврах в районе Окинавы с высадкой десантов. В Дели связывают это с нежеланием провоцировать негативную реакцию КНР.


Естественно, что в ходе только что завершившегося визита Б. Обамы в Индию не предполагалось урегулирования множества проблем, накопившихся в двусторонних отношениях. Однако его итоги подтверждают наметившийся курс демократической администрации на превращение Индии в ключевого союзника США в Азии, которого придерживались республиканцы.


Об этом свидетельствуют высказывания американского президента об «истинно стратегическом партнёрстве» двух государств, «самом высоком приоритете отношений» с Индией, а также о «поддержке её становления в качестве глобальной державы». Последнее соответствует оценке своей страны нынешним индийским руководством, не испытывающим какого-либо дискомфорта (который ощущал первый премьер-министр Дж. Неру) от того факта, что ей предшествовала колония (а потом доминион) «Британская Индия». Напротив, данный факт во всё большей степени используется в обоснование претензий Индии на особую историческую роль в поддержании безопасности как в Южной и Центральной Азии, так и в акватории (а также на всём побережье) Индийского океана.


К конкретным итогам упомянутого визита можно отнести намерение сторон заключить новую серию сделок в гражданской и оборонной сферах на общую сумму в 10 млрд дол. и обещание американского президента вычеркнуть из «чёрного списка» ISRO и DRDO, а также понизить уровень контроля за экспортом в Индию технологий «двойного назначения». Достигнута договорённость о сотрудничестве в области сельского хозяйства и обмена технологическими достижениями, явившимися результатом «зелёной революции». Позитивным для Дели моментом следует считать то обстоятельство, что американский президент не стал делать акцент на кашмирской проблеме, указав лишь на отсутствие у США намерений «навязывать себя» в качестве посредника в разрешении индийско-пакистанских споров.


Особое внимание экспертов привлекло заявление Б. Обамы о поддержке Вашингтоном претензий Индии на занятие места постоянного члена «реформированного» СБ ООН. Однако для индийского истеблишмента данное высказывание имеет важное, но, скорее, символическое значение, поскольку до сих пор нет ясного понимания относительно самого формата подобного «реформирования». Накануне визита в Дели американский президент ограничился определением вопроса о принятии Индии в СБ ООН в качестве постоянного члена как «очень трудного».


Итоги азиатского турне Б. Обамы свидетельствуют о том, что политика Вашингтона в АТР, видимо, постепенно избавляется от характерной «раздвоенности». Становится всё сложнее «дружить» одновременно с Индией, Пакистаном, Китаем и Японией. Обозревателю New York Times представляется «не случайным» отсутствие КНР в списке стран, которые посетил президент США. Столь же знаковой является и резко негативная реакция Пакистана на сам факт и итоги визита Б. Обамы в Индию.


Можно предположить, что логика развития региональной игры и далее будет сокращать пространство для американского маневрирования в АТР.