К итогам рабочего визита В. Путина в Болгарию 12-13 ноября

Аналитика
Подводя краткий итог визита премьер-министра России В. Путина в Болгарию (12-13 ноября 2010 г.), мы можем констатировать, что переговоры о транзите российского углеводородного сырья на Балканы сдвинулись, наконец, с мертвой точки.

Н.В. Бондарев,

старший научный сотрудник отдела евро-атлантических исследований,

кандидат исторических наук

Подводя краткий итог визита премьер-министра России В. Путина в Болгарию (12-13 ноября 2010 г.), мы можем констатировать, что переговоры о транзите российского углеводородного сырья на Балканы сдвинулись, наконец, с мертвой точки. Однако говорить о «перезагрузке» российско-болгарских отношений, чрезвычайно осложнившихся после прихода к власти кабинета Бойко Борисова, пока, к сожалению, не приходится…


На сегодняшний день отношения России и Болгарии оказываются поставлены в зависимость от экспорта российского углеводородного сырья. Это очень четко обозначила зима 2009 г., когда из-за позиции украинского руководства Болгария, наряду с другими странами Юго-Восточной Европы, оказалась отрезана от поставок российского топлива. Ледяные батареи, особенно в условиях небывало холодной зимы, очень серьезно подорвали позиции России в Болгарии. Следствием этой «заморозки», в конечном итоге, стало падение кабинета социалиста С. Станишева, провозгласившего выстраивание добрососедских отношений с Москвой своим основным геополитическим приоритетом. Задуманный Станишевым «Год Болгарии в России и России в Болгарии», на который бывший премьер возлагал большие ожидания, в том числе электорального толка, не принес организаторам никаких политических дивидендов.


Столь же неблагоприятно для правительства Станишева закончился и Софийский энергетический саммит апреля 2009 г. Наученное горьким опытом холодных батарей болгарское правительство потребовало от «Газпрома» более выгодного для страны договора на поставки газа, который предусматривал бы увеличение транзитных ставок, включение в двусторонние договора гарантии поставок по альтернативным маршрутам в случае повторения кризиса, подобного украинскому, и компенсацию в случае задержки поставок. Ответной реакцией России стало то, что В. Путин, заявленный на саммите в качестве одного из основных участников, это мероприятие, фактически, проигнорировал. Саммит в итоге закончился ничем.


Начавшие накапливаться еще при правительстве Станишева противоречия обострились после победы на выборах лидера партии «ГЕРБ» Б.Борисова. 10 июля 2009 г. Борисов направил открытое письмо министру экономики и энергетики в уходящем кабинете Петру Димитрову. В этом послании Димитрову предписывалось остановить все переговоры его ведомства с Россией, а именно: о поставках природного газа, о строительстве болгарского участка магистрального трубопровода «Южный поток» и АЭС «Белене», а также о подготовке Болгарского энергетического холдинга (БЕХ) к участию в проекте строительства ТЭЦ в македонской столице Скопье. Кроме того, в письме было сказано о необходимости введения запрета на все крупные сделки по продаже и покупке материальных активов и на заключение новых лизинговых кредитных договоров. Таким образом, Борисов высказал намерение перечеркнуть все договоренности предыдущего кабинета с Россией в сфере энергетики. На запрос руководства «Газпрома», как, собственно, стоит оценивать мораторий на все энергетические соглашения с Россией, Борисов ответил, что приостановка соглашений является временной и продиктована исключительно необходимостью их финансовой ревизии. Решение вопросов сотрудничества России и Болгарии в области энергетики было отложено до личной встречи Б. Борисова с В. Путиным, которая состоялась в Гданьске 1 сентября 2009 г.


Сентябрьские переговоры Борисова и Путина отличались невероятным накалом страстей. Путин разъяснил Борисову смысл энергетической политики России на Балканах, а затем, в весьма эмоциональной форме, сформулировал свое кредо в отношении энергетического сотрудничества с новым болгарским правительством. «Все проекты, которые мы разрабатывали до сих пор, направлены, в том числе, на то, чтобы поднять статус Болгарии как крупного энергетического центра в Европе, как крупного транзитера. По сути, изменить геополитический статус страны и дать возможность дополнительно заработать на транзите» - заявил российский премьер. И добавил, имея в виду проект газопровода «Южный поток»: «если в силу каких-то причин болгарское правительство посчитает, что тот или иной проект не отвечает интересам Болгарии, то Россия решит эти проблемы, но другими способами. А мы с вами найдем другие возможности для сотрудничества, причем будем искать и делать это без всяких проблем и обид».


Более жесткую позицию Путин продемонстрировал в отношении нефтепровода «Бургас-Александруполис». «Нефтепровод мы обсуждаем уже много лет. А делов-то там – 280 километров. Мы уже построили нефтяную трубопроводную систему из Восточной Сибири до китайской границы, это 1500 километров, и скоро достроим до берега Тихого океана. А начали только два года тому назад. А Бургас–Александруполис обсуждаем семь лет! Скажите просто «нет» и все – и закроем тему. Также и по другим проектам» - заявил российский премьер в сентябре 2009 г.


Со своей стороны Б. Борисов смог сказать лишь, что у молодого правительства Болгарии еще не было времени детально разобраться с энергетическими контрактами, новому кабинету нужно время, чтобы войти в курс дел. Борисов предложил вернуться к обсуждению этих проблем через месяц. Но ни через месяц, ни чрез полгода, ни через год, ни одна из обозначенных на переговорах Путина и Борисова проблем не была решена. По этому поводу болгарский министр энергетики Трайчо Трайков горько пошутил, заметив, что «болгарская энергетическая политика похожа на старый английский футбол – много бега и мало эффективности…». Беготни между российской и болгарской столицами в 2009–2010 гг. действительно было много – российский министр энергетики С. Шматко побывал в Софии пять раз, глава «Газпрома» А. Миллер – три, болгарский коллега Шматко посетил Москву четырежды. И все это безо всякого хоть сколько-нибудь значимого результата, подписываемые российскими и болгарскими энергетиками декларации, протоколы, меморандумы и рамочные соглашения по большому счету являлись лишь сотрясанием воздуха.


Первые реальные подвижки в вопросе экспорта российских углеводородов на Восточные Балканы произошли в июле 2010 г., когда были подписаны «дорожные карты» по строительству газопровода «Южный поток», АЭС «Белене», а также протокол по поставкам российского газа в Болгарию. Эти соглашения могли бы стать неплохим базисом для перевода российско-болгарских переговоров в конструктивное русло, но не стали – сначала по причине «отпускной страды», мертвого сезона в российской политической жизни, приходящегося на август-начало сентября. Затем, видимо, было решено совместить окончательное решение энергетических вопросов с визитом Путина в Болгарию, запланированным на ноябрь.


Визит российского премьера был предварен попыткой самокритики со стороны Б. Борисова, однако критика собственных ошибок приняла в устах министра-председателя довольно странную форму. Борисов заявил: «Саркози и Меркель встречаются с Путиным и делают бизнес. Мы, болгары, подарили им русский рынок. Мы поставляли русским вино, сигареты, кетчуп, помидоры, майонез, товары лёгкой промышленности. Теперь русские пьют французское вино и забыли про болгарскую продукцию. Мы будем пытаться что-то с этим сделать…». Виновниками кризиса в экономических отношениях России и Болгарии почему-то оказываются Меркель и Саркози – в этом весь Борисов. Однако в заявлении читалось и желание покончить наконец с «английским футболом» и начать решать конкретные вопросы, причем за майонезом и кетчупом явно просматривались проблемы энергетические...


Рабочий визит Путина в Болгарию состоялся в запланированные сроки и прошел значительно более плодотворно, чем любые другие болгарско-российские переговоры последних полутора лет, но достигнутые на переговорах результаты вряд ли можно считать окончательным решением энергетических вопросов. Ключевых вопросов, собственно, три: судьба «Южного потока», судьба российского участия в строительстве АЭС «Белене» и нефтепровод «Бургас-Александруполис», по поводу которого во время прошлой встречи Путина и Борисова российский премьер высказывался особенно эмоционально. Причем российская сторона изначально желала решать все эти вопросы скопом, а болгарская сторона настаивала на их решении по отдельности. К зиме 2009-2010 в переговорах возобладало болгарское видение ситуации, три энергетических проекта на Балканах стали рассматриваться российской стороной в отрыве друг от друга.


С «Южным потоком» пока все складывается для России, активно лоббирующей этот проект, наилучшим образом. В присутствии премьер-министров России и Болгарии подписи под соглашением о создании совместной проектной компании «South Stream Bulgaria AD» поставили председатель правления Газпрома Алексей Миллер и исполнительный директор "Болгарского энергетического холдинга" Мая Христова. Процедура официальной регистрации СП будет завершена до конца ноября 2010 г. В сферу деятельности компании будут входить реализация предынвестиционной стадии проекта, а также финансирование, строительство и эксплуатация газопровода на территории Болгарии. В совет директоров проектной компании по реализации проекта "Южный поток" на территории Болгарии войдут два представителя от России и три от Болгарии, председателем будет болгарин. Глава Газпрома А. Миллер счел необходимым уточнить, что совет директоров новой компании будет принимать решения только единогласно, так что о подчиненной роли России в совете директоров СП речи быть не может.


На пресс-конференции по итогам переговоров В. Путин подчеркнул, что Россия имеет своей целью гарантировать поставки газа в Балканские страны и минимизировать, а в идеале - свести к нулю транзитные риски. В этой связи премьер-министр напомнил о ситуации зимы 2008-2009 гг., когда по вине украинского руководства был прекращен транзит российского газа. Путин также отметил, что участие Болгарии в "Южном потоке" выгодно прежде всего самим болгарам. "Болгария сейчас за транзит получает около 600 млн. долларов или евро, точно не помню, а с запуском "Южного потока" будет получать почти 2,5 млрд. долларов" - заявил российский премьер. Эти средства можно использовать, чтобы довести до конечного потребителя газ по более низкой цене. «Российские и болгарские партнеры находятся в контакте, и им дано указание обратить особое внимание на то, чтобы фундаментальные интересы обеих сторон были гарантированы» - отметил В.Путин.


По словам В.Путина, они договорились с Б.Борисовым о том, что "вопрос, касающийся цены на газ, будет в поле зрения хозяйствующих субъектов, и они будут внимательно за этим следить, будут договариваться о приемлемых параметрах". Российский премьер-министр подчеркнул, что ни правительство РФ, ни Газпром не назначают цены на газ административным путем. «Цены на газ привязаны к ценам на нефть, а цены на нефть формируются рыночным образом на мировых биржах. Есть соответствующая формула цены, определяющая конечный результат. В конечной цене, доведенной до потребителя, стоимость самого российского газа составляет от одной трети до 50%, все остальное - это местное налогообложение и маржа посредников» - констатировал В.Путин.


Б.Борисов в свою очередь заявил: «Мы хотим работать так, чтобы это было выгодно обеим сторонам. Мы были открыты к интересам и российского, и болгарского народов, и мы надеемся, что также мы будем работать и в дальнейшем». Есть основания полагать, что Борисов в этом заявлении, во всяком случае, применительно к «Южному потоку», был вполне искренен. Сложнее обстоит дело с АЭС «Белене».


«Мы условились, что до конца года будет одобрен технический проект станции. Мы с пониманием относимся к позиции премьер-министра Болгарии и готовы привлечь к работе партнеров из европейских стран, ведем переговоры» - отметил Путин, комментируя итоги переговоров с болгарским коллегой Бойко Борисовым по поводу «Белене». Суть проблемы в том, что Болгария не имеет собственных средств для оплаты завершения строительных работ на АЭС и планирует расплатиться с российскими подрядчиками, продав ключевую долю в активе «Белене» зарубежному инвестору. Однако, еще в конце октября 2009 г. немецкая компания RWE, имевшая 49 % в активе АЭС «Белене», сообщила о своем выходе из этого проекта, по причине мирового экономического кризиса. Высказанное Россией желание приобрести немецкий пакет акций, болгарской стороной было однозначно отклонено, покупателей планировалось искать в Италии («Энел») и Бельгии («Электрабел»). В итоге ни с итальянской, ни с бельгийской компанией достигнуть взаимопонимания не получилось, а продавать ключевой пакет акций России Болгария не намерена, так как это поставит всю болгарскую атомную энергетику не только в техническую (что неизбежно), но и в сугубо экономическую зависимость от России.


Последняя попытка решить вопрос строительства «Белене» в обход российских денег предпринималась Б. Борисовым в сентябре с.г. Участие в финансировании строительства АЭС было предложено соседним Сербии и Хорватии, в обмен на 1-2 % акций «Белене». Сербские и хорватские финансовые вливания позволили бы Болгарии оплатить хотя бы первый этап возобновления строительных работ на станции. Однако и ближайшие соседи Борисова подвели – Сербия согласилась выделить запрашиваемые средства (точная сумма не разглашается), но в обмен не на 1-2, а на 5 % акций АЭС, что никоим образом не устраивало болгарскую строну. Хорватия же вообще не выразила заинтересованности проектом, т.к. имеет собственную программу развития атомной энергетики. 


Стоимость проекта, предусматривающего строительство двух энергоблоков мощностью по тысяче МВт каждый, по неофициальным данным, составляет приблизительно 4 млрд. евро. Точную цифру на пресс-конференции в Софии был готов назвать премьер Путин, но не сделал этого «по просьбе болгарского коллеги». То есть, в принципе, по вопросу о «Белене», в сравнении с июлем нынешнего года, существенных подвижек не произошло. Но нет и отката назад, в частности, техническая сторона проекта ни у России, ни у Болгарии вопросов не вызывает. Остается надеяться, что авторитет Путина позволит привлечь к проекту западного инвестора, и что этот инвестор устроит болгарское руководство. В этом контексте, как и в связи с «Южным потоком», на конференции часто упоминалось имя итальянского коллеги Путина и Борисова, Сильвио Берлускони. Но говорить о возвращении итальянских капиталов в Болгарскую энергетику пока преждевременно.


Если светлое будущее «Южного потока» после переговоров 13 ноября не вызывает сомнений, а проект АЭС «Белене» может быть и не продвинулся вперед, но по прежнему находится «в работе», то с нефтепроводом «Бургас-Александруполис» ситуация совсем критическая. Предшествующее правительство Болгарии, заключившее в начале 2008 г. соглашение с Россией о сооружении транс-балканского нефтепровода, утверждало, что проект (ориентировочной стоимостью 1 млрд. евро) представляет для Болгарии стратегическую важность и позволит создать в стране ключевой энергетический узел Европы. Однако нынешний кабинет министров во главе с Б.Борисовым считает, что проект недостаточно выгоден, поскольку на долю Болгарии будут приходиться лишь транзитные платежи от транспортировки российской нефти.


Во время пресс-конференции с В. Путиным Б. Борисов сдержано констатировал, что «с проектом есть проблемы, касающиеся нарушения экологии в Болгарии». «Мы благодарны, что поняты, проект будет дорабатываться» - подчеркнул он. Однако уже в понедельник 15 ноября Борисов заявил болгарским СМИ, что нефтепровод не будет построен по экологическим соображениям. На уточняющий вопрос корреспондента агентства «Рейтер», можно ли это заявление понимать как окончательный приговор нефтепроводу, Борисов ответил, что именно так его и нужно понимать. Необходимо отметить, что болгарский премьер хоронит «Бургас-Александруполис» уже не в первый раз. Еще в июне с.г. глава правительства Болгарии заявил, что София отказывается от проекта строительства нефтепровода, указав, что жители региона Бургас выступают против строительства, поскольку «труба» может нанести урон черноморскому побережью Болгарии и туристской индустрии. Позднее Министерство энергетики поправило Б.Борисова, проинформировав, что совет министров Болгарии не принимал официального решения о сворачивании проекта.


Похожая ситуация получилась и на этот раз, Министерству окружающей среды пришлось корректировать заявление министра-председателя. Представители министерства оповестили прессу о том, что материалы, содержащие оценку экологического ущерба нефтепровода, подготовленные компанией Trans-Balkan Pipeline B.V. (оператор проекта), пока отправлены на доработку. В ближайшие два месяца компания обязана переработать свое исследование и представить министерству обновленный вариант оценки. Окончательное заключение правительства Болгарии по оценке воздействия нефтепровода на окружающую и социальную среду ожидается в феврале 2011 г. Никто в Болгарии, впрочем, не сомневается, что заключение будет носить негативный характер, как и все предшествующие заключения кабинета Борисова по нефтепроводу «Бургас-Александруполис».


Таким образом мы можем утверждать, что переговоры В. Путина и Б. Борисова в Софии 12-13 ноября являются крупным прорывом в российско-болгарских отношениях за последние полтора года. Однако о «перезагрузке» двусторонних отношений говорить пока рано, не решенных проблем и в сфере энергетики, и в других областях пока значительно больше, чем решенных. Поэтому умильно-благостные тона, в которых описывался визит Путина в Болгарию в некоторых российских СМИ (агентство LifeNews, «Комсомольская правда») нам представляются совершенно неуместными. Умильность, впрочем, была связана, прежде всего, с подарком Б. Борисова Путину – щенком болгарской каракачанской овчарки. Вышеупомянутое агентство LifeNews трактует этот подарок как «символ верности», ссылаясь, при этом, на не названных «членов российской делегации».