Белоруссия накануне ноябрьского саммита «Восточного партнёрства»

Аналитика
Продвинется ли работа по созданию правовой основы между ЕС и Белоруссией?

Остаётся меньше полугода до открытия третьего по счёту саммита «Восточного партнёрства». И Литва, как председательствующая сторона, прилагает огромные усилия для того, чтобы его проведение стало чуть ли не главным событием в политической жизни Европы в этом году. Успех будущего мероприятия организаторы напрямую связывают с участием в саммите белорусской делегации. 

Такая постановка вопроса, при всей её спорности, безусловно, на руку официальному Минску. Тем более, что его шаги по налаживанию политических контактов с Брюсселем до сих пор не имели успеха. В нынешней ситуации европейцы первыми пошли навстречу официальному Минску, предоставив ему тем самым право решающего последнего голоса.

Судя по тому, что МИД РБ до сих пор не дал официального согласия на участие в саммите, белорусские дипломаты будут испытывать терпение европейцев и затягивать своё окончательное решение. Заявление посла Белоруссии в Германии А.Гиро о том, что Минск рассчитывает получить приглашение президенту А.Лукашенко на саммит, явно свидетельствует об этом.

Складывается впечатление, что имитируя активную дискуссию в СМИ относительно формата участия белорусской делегации, организаторы умышленно избегают обсуждения представляющих гораздо больший интерес и важность вопросов. Среди них: что сулит Белоруссии её участие в саммите? Какие реальные цели преследуют европейцы под видом «установления дипломатического канала с белорусскими властями»?

Ответы на эти вопросы, как представляется, кроются не только в особенностях диалога Минска с Брюсселем и в готовности (или неготовности) сторон наполнить его политическую составляющую реальным содержанием, но и в самой программе «Восточное партнёрство» и неутешительных итогах участия в ней Белоруссии.

Фактически с момента создания европейской программы ни одна сколько-нибудь значимая в её рамках инициатива с Белоруссией не была реализована. На сегодняшний день только с Белоруссией не ведётся работа по созданию правовой основы между ЕС и восточными партнёрами. Так, в ходе реализации ВП не начался переговорный процесс по подписанию с Белоруссией новых двусторонних соглашений (Соглашения об ассоциации, Соглашения ЗСТ плюс, Соглашения о мобильности и безопасности), которые должны заменить действующие соглашения о партнёрстве и сотрудничестве, заключённые в 90-х годах прошлого века между ЕС и странами СНГ в двустороннем порядке.

По итогам вялотекущей работы по линии ВП Белоруссия является аутсайдером этого проекта. Последнее, безусловно, бьёт по престижу восточного направления внешней политики ЕС, ставя под сомнение не только жизнеспособность программы ВП, но и целесообразность её дальнейшей реализации.

В этой связи действия организаторов ВП выглядят, главным образом, как попытка восстановить имиджевую репутацию европейской инициативы. После затяжного кризиса еврозоны (последствия которого мы ещё наблюдаем и будем наблюдать) ноябрьский саммит призван дать новый импульс программе «Восточное партнёрство». Его проведение – это возможность инициаторам реабилитироваться не только перед широкой общественностью, но и в своих глазах, за своего рода «пробуксовку» программы.

Для европейцев приглашение с их точки зрения «слабого звена» среди членов ВП – Белоруссии – в значительной степени рассчитано на показательный эффект. Однако, кажется, что во многом такую же цель преследуют и сами белорусы. Участие в саммите  белорусской делегации, вне зависимости от её состава, вписывается в новую внешнеполитическую доктрину Минска «интеграция интеграций» и демонстрирует таким образом правильность выбранного властями курса. В этой связи, судя по недавним заявлениям министра иностранных дел В.Макея, предстоящее участие Белоруссии в саммите является для руководства страны уже почти решённым делом.

Тем не менее, вопрос о том, насколько идеологи ВП готовы действительно вывести этот проект на качественно новый уровень развития – остаётся открытым. Активизация Литвой «белорусского вопроса» в этом контексте не кажется случайной: Вильнюс, на правах председателя в ЕС и хозяина ноябрьского саммита, решил на данном этапе воспользоваться снижением интереса к Белоруссии со стороны Германии и Польши, ранее активно выступавших за её вовлечение в европейские процессы. И в конкурентной борьбе с Латвией Литва пытается занять ведущее положение в качестве проводника Белоруссии в Европу.

Очевидно, что интерес лидеров ЕС к ВП неуклонно снижается. И это на фоне массового безразличия членов ЕС к проекту (как известно, Великобритания, Франция, Италия и Испания не приехали на состоявшийся в мае 2009 года в Праге учредительный саммит, а высшие руководители Австрии, Португалии, Люксембурга, Мальты и Кипра вовсе проигнорировали это мероприятие). Тем не менее, сбрасывать со счетов европейскую инициативу и, таким образом, недооценивать важного геополитического игрока на постсоветском пространстве, вряд ли целесообразно.

В этой ситуации ожидать от Минска существенных изменений в его отношении к ВП не приходится. Участие белорусской делегации в ноябрьском саммите скорее всего будет носить символический характер, что отодвинет работу по созданию правовой основы между ЕС и Белоруссией на неопределённый срок.