Еврейская община Бухары и Самарканда на грани исчезновения

Аналитика
4-6 июля 2011 года в Москве состоялась XVI международная молодежная конференция по иудаике.  В конференции принял участие руководитель Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований РИСИ Раис Сулейманов, который выступил с докладом на тему «Еврейская община Бухары и Самарканда на современном этапе: демографическая ситуация, миграционные настроения, взаимоотношения с мусульманским населением».

Р.Р. Сулейманов,

руководитель Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований

4-6 июля 2011 года в Москве состоялась XVI международная молодежная конференция по иудаике (история и культура еврейского народа). Организатором выступил Центр научных работников и преподавателей иудаики в вузах «Сэфер» («Книга») Института славяноведения РАН. В конференции принял участие руководитель Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований Российского института стратегических исследований Раис Сулейманов, который выступил с докладом на тему «Еврейская община Бухары и Самарканда на современном этапе: демографическая ситуация, миграционные настроения, взаимоотношения с мусульманским населением». Доклад стал результатом полевого исследования, которое провел ученый в Узбекистане в начале мая этого года в рамках участия в работе школы по иудаике в Бухаре и Самарканде, организованной Центром «Сэфер».


Евреи на территории современной Центральной Азии появились в III-IV вв. н.э. как одна из двух ветвей иранских евреев (другая часть иранских евреев переселилась в Афганистан). Впоследствии произошло формирование особого регионального субэтноса еврейского народа  - бухарских евреев. Сегодня во всем мире насчитывается 90 тысяч бухарских евреев, подавляющая часть которых живет за пределами Центральной Азии: 40 тысяч из них проживают в Израиле, столько же в США, остальные – в Германии, России и других странах. В современном Узбекистане насчитывается около 500 евреев, представленных бухарскими и ашкеназскими субэтническими группами (ашкеназы преимущественно проживают в Ташкенте, где имеются 2 синагоги, и где евреев составляет 200 человек). Остальное еврейское население этой центрально-азиатской республики расселено по городам в следующих количествах: в Бухаре – 138 евреев, в Самарканде – около 50, в Коканде – 20 человек, в Фергане – 30 человек, в Хиве – 20 человек. При этом происходит их массовый выезд в Израиль или США. Причиной эмиграции является не антисемитизм (его ни на государственном, ни на бытовом уровне нет), а социально-экономическая ситуация в Узбекистане. К тому же для бухарских евреев большой проблемой является поиск партнера для создания семьи (так называемый «дефицит невест»), когда молодые ребята не могут жениться, поскольку еврейские девушки Бухары к моменту совершеннолетия оказываются сосватаны своим соплеменникам из США и Израиля (живущие там бухарские евреи с удовольствием женятся на еврейских девушках Узбекистана, считая их более воспитанными на основе традиционных семейных ценностей и скромными; бухарские еврейки США и Израиля испытывают на себе «тлетворное влияние западной культуры», что, по мнению бухарских евреев, приводит к тому, что девушки отходят от патриархальных традиций). Поскольку бухарские евреи строго придерживаются этноконфессионального принципа при создании семьи («невеста должна быть только бухарской еврейкой»), это затрудняет возможность элементарно жениться. В итоге молодые евреи, не видя перспективы создать семью в Узбекистане, уезжают в США или Израиль, где женятся, а после интеграции в новых странах при поддержке местных бухарско-еврейских общин забирают своих родителей к себе. В итоге сегодня миграционные настроения являются массовыми среди бухарских евреев. Поэтому, скорее всего, через 10 лет евреев в Узбекистане больше не останется, и еврейская община Бухары и Самарканда находится на грани исчезновения.


Действительно, сегодня по всему мусульманскому миру мы видим уменьшение численности еврейских общин: в Египте осталось около 100 евреев, в Йемене – меньше 100 евреев, в Ираке – меньше 200 человек, в Сирии – 30 евреев, в Афганистане – 1 еврей. Исключением можно назвать Исламскую Республику Иран, где сегодня проживает 22 тысячи евреев. Однако возможностей для репатриации иранских евреев в Израиль нет: власти исламской республики этому противостоят.


Однако если для этих мусульманских стран характерен антисемитизм (как государственный, так и бытовой), то в Узбекистане этого нет. При общении с местными мусульманами нет ощущения массовой юдофобии. Большинство мусульман очень благодушно относятся к местным евреям. В Узбекистане считается нормальным обоюдные приглашения на праздничные мероприятия евреев и мусульман (узбеков, таджиков): евреи приглашают на свои праздники соседей-мусульман, мусульмане приглашают евреев без каких-либо проволочек. Самым ярким доказательством позитивных межконфессиональных отношений является, к примеру, тот факт, что в одной из синагог Бухары сторожем-вахтером работает местный узбек-мусульманин, хорошо понимающий еврейские религиозные обряды и умеющий даже грамотно проконсультировать в некоторых вопросах зашедших туристов. Отдельные же рядовые бытовые случаи антисемитизма (ряд бухарских евреев рассказывали, что иногда к дверям их домов подбрасывают мусор) не сказывают в целом негативно на еврейско-мусульманских отношений. Иногда приходилось слышать от местных мусульман сожаление по поводу того, что евреи уезжают из Узбекистана.


В Бухаре евреи живут, как и много веков назад, в еврейском квартале (махалля), на территории которого сегодня действуют 2 синагоги: так называемые «старая» и «новая». В дореволюционный период в городе действовало 13 синагог, однако 11 из них используются, как и в советское время, под муниципальные учреждения (детские сады и др.). Однако евреи не требуют от местных властей их возврата (содержание любой синагоги требует финансовых средств). Дело в том, что и те две синагоги, что сегодня функционируют в Бухаре, удовлетворяют религиозные потребности евреев. Причем в виду малочисленности евреев большой проблемой является наполняемость этих синагог. Бывают случаи, что в «старой» синагоги Бухары не удается собрать миньян – 10 мужчин, необходимых для того, что совершить коллективную молитву согласно требованиям иудаизма. Однако каждый бухарский еврей ходит только в свою синагогу. В итоге вместо того, чтобы всем вместе ходить в одну синагогу, чтобы обеспечить необходимо для богослужения количество верующих, бухарские евреи предпочитают ходить каждый в свою синагогу (существует даже определенная конкуренция между прихожанами обеих синагог). К еще одной из проблем, перед которой встает община евреев Бухары, является ситуация с ротацией кадров духовенства. Оба раввина являются очень пожилыми людьми, а смены им не видно. Традиционно у бухарских евреев практиковалось передачи духовной власти по наследству. Однако у обоих раввинов дети настроены эмигрировать из Узбекистана.


В Бухаре имеется еврейский детсад (назвать еврейским его можно лишь условно: большинство детей из нееврейских семей, которых приняли в еврейский детсад, чтобы обеспечить необходимое для функционирования муниципального учреждения дошкольного образования количество малышей) и еврейская школа (обучение основных предметов ведется на русском языке, в школе обязательным является этнокультурный еврейский элемент).


В Самарканде евреев раза в три меньше. Единственная синагога еврейского квартала работает не ежедневно, как, к примеру, в Бухаре, а только по субботам и в праздничные дни. При этом евреи Самарканда также имеют «чемоданное» настроение: при личных беседах евреи говорят, что у них много родственников в США и Израиле, причем это часто бывают дети, поэтому они хотят переехать к ним на постоянное место жительство.


И в Бухаре, и в Самарканде имеются два больших еврейских кладбищах, за которыми очень тщательно ухаживают. Более того, зарубежные бухарско-еврейские общины выделяют финансовую помощь на ухаживание за кладбищами, на которых похоронены предки многих из тех, кто теперь уже навсегда покинул Центральную Азию.


Разговорным языком бухарских евреев является таджикский язык (фарси). Исследователи выделяют язык бухарских евреев в отдельный этнолект таджикского языка. Практически все из них, за исключением очень пожилых евреев, свободно владеют русским языком.