Путин определил евразийский путь как возможный союз православных народов

Мы в СМИ
Интервью директора РИСИ Леонида Петровича Решетникова сербскому сайту fakti.org.

Белград стремиться к борьбе за сбережение Косово, которая должна проводиться в рамках международного права. Как вы видите перспективу решения вопроса Косово, в условиях когда западные государства игнорируют международное право?

Решение вопроса Косово возможно только в рамках резолюции Совбеза ООН № 1244. Об этом же заявил и Томислав Николич в Брюсселе в связи с началом переговоров Белграда и Приштины. При этом, я считаю, что открытие в Белграде представительства косовских албанцев это неизбежная данность, более того, это помогло бы более оперативно решать все вопросы, связанные с Косово. Но необходимо, чтобы статус этого представительства был увязан с той же резолюцией, буквально – «представительство албанской администрации Косово по версии резолюции 1244». Я думаю, что на переговорах Николича и Яхъяги такое решение будет принято…

Мир переживает разные трансформации, в которых не поддерживается доминирование ни одной из стран. Стало очевидно, что односторонняя стратегия дестабилизирует международные возможности, вызывает напряжение и гонку вооружений, и приводит к затянутым отношениям между цивилизациями. Что является внешне-политическим приоритетом для России, какое место и какую роль она имеет в современном мире?

Россия отказалась от идеи единоличного оппонирования США, как мировому гегемону. Мы имели возможность убедиться, что двухполярная модель мироустройства себя не оправдала, для России гонка с США, а по большому счету со всей атлантической цивилизацией, оказалась губительна. Мы выступаем за многополярное и многовекторное развитие человечества. При этом Россия является системообразующей и определяющей силой того направления, которое президент В. Путин определил как «евразийское». Составной частью Евразийского союза может являться и, я верю, будет являться союз православных славянских народов. Россия и Сербия – части единой православной цивилизации, мы имеем один и тот же духовный, культурный код. Мы «обречены» на совместное будущее, нравится это так называемым «друзьям» Сербии на Западе, или нет...   

Россия является одним из столбов сербской внешней политики. С момента принятия независимости Косова в обеих странах, сильно поднялся энтузиазм в связи с международным сотрудничеством. Настала атмосфера в Сербии в которой чувствуются большие надежды и ожидания со стороны  России. Однако, есть мнения, что такие ожидания не претворились в крепкую политическую  поддержку.

Для меня удивительна такая постановка вопроса. Россия неоднократно заявляла, что признает независимость Косово, не раньше, чем Сербия ее признает. И мы последовательно держимся этого курса. О какой еще политической поддержке может идти речь? Если некоторые силы в Сербии ожидают, что Россия будет влиять на сербское руководство, которое зачастую ведет себя не вполне патриотично, то эти ожидания я хочу развеять. Русские не могут и не должны быть большими патриотами Сербии, чем сами сербы.

Как вы оцениваете нынешние результаты реформ в Сербии?

Реформы двухтысячных годов для Сербии оказались катастрофичны, по большому счету, правильнее было бы говорить не о реформах, а о сознательном, планомерном разрушении национальной экономики. Поэтому, когда во время предвыборной кампании Томислав Николич говорил о борьбе с олигархами («тайкунами») и даже о возможной реприватизации, это звучало вполне логично и разумно. Однако пока никаких серьезных, структурных изменений в экономике Сербии мы не наблюдаем. Наоборот, как показывает анализ сербских и западных СМИ, в кабинете Николича немало людей, тесно связанных с теми самыми «тайкунами».  

Отношения между Россией и Сербией вошли в Новую эру, обоснованную не только на языке, традиции и религии, но и на взаимных экономических интересах двух народов. Насколько важно экономическое сотрудничество наших стран?

Буквально месяц назад Россия и Сербия договорились о кредите размером в 1 миллиард долларов, причем эти деньги предоставляются на вполне конкретные цели – восстановление и развитие сербских железных дорог. Это не первый кредит, предоставленный Россией Сербии, и, судя по всему, не последний. Мне кажется, что в ситуации хронического бюджетного дефицита, которую переживает сейчас Сербия, такие финансовые вливания значат не меньше, а возможно и больше, чем политическая поддержка в узком смысле. Также хочу отметить, что продукции сербских производителей, прежде всего сербского агропрома, в Росси довольно мало, а та, что есть – не всегда высокого качества. Сербским производителям нужно активнее пробиваться на русский рынок.    

Сербия вощла в переговоры с временным правительством в Приштине, но отказывается от участвия в любых переговорах, укрепляющих независимость южноЙ сербскоЙ ОБЛАСТИ. Считаете ли вы, что ООН должна сыграть ключевую роль в разрешении вопросов о статусе Косово, согласно Резолюции из 1244 г.

Как я уже говорил, такие вопросы должны решаться только через ООН. Не смотря на то, что Организация объединенных наций в последнее годы неуклонно теряет свой авторитет, у нас просто нет иной альтернативы. Вопросы международной безопасности могут решаться в Совбезе ООН, открыто и прозрачно, или же кулуарным способом, по принципу «ты мне – я тебе». Вполне очевидно, первый вариант предпочтительней. 

Какое положение Сербии в будущем режиме геополитических сил.?

Нам в России не вполне понятно страстное желание значительной части сербского политического истеблишмента любой ценой привести свою страну к членству в ЕС. Ждет ли Сербию в Евросоюзе хоть что-то хорошее? Какую роль Сербия могла бы играть в единой Европе? Очевидно, что наиболее конкурентноспособные отрасли сербской экономики будут развалены и разрушены, никому в Европе не нужны конкуренты. Собственно, эти процессы уже лет десять как происходят. Вступление в ЕС для многих ассоциируется с возможностью безвизовых перемещений по шенгенской зоне, но пример Болгарии и Румынии показывает, что и с этим могут возникнуть проблемы. Вообще, ЕС трещит по швам и упорное желание сербских властей, включая и Томислава Николича, вступить в Евросоюз, сравнимы с попытками сесть на тонущий корабль…    

Что вы думаете о работе трибунала по военным преступлениям в Гааге из которых освобождены два хорватских генерала и Рамус Харадинай, бывший лидер ОВК?

После того, как из Гааги отпустили Готовину и Харадиная, гаагский трибунал окончательно себя скомпрометировал. Что это за суд, из которого выпускают настоящих военных преступников, генералов, полевых командиров, руки которых по локоть в крови, при этом уже девять лет не могут вынести приговор Воиславу Шешелю? Шешель мог фотографироваться с «калашниковым» в руках на развалинах Вуковара, но вполне очевидно, что это чисто постановочное фото, туристское, так сказать. Я не оправдываю позирование с автоматом на фоне руин, но если Шешель в чем-то и виновен, то только в будоражении умов, но никак не в убийствах и грабежах. О «залеченном» до смерти Милошевиче лучше и вовсе не вспоминать… Гаагский трибунал сегодня – это какой-то абсурдный сербоненавистнический фарс. На смену гаагскому трибуналу должна придти некая новая структура, которая могла бы вершить правосудие не на словах, а на деле.       

Вы являетесь сотрудником В.В. Путина, который пользуется большим количесвом симпатий сербского общества. Каково сотрудничество с ним и что, по вашему мнению, секрет его мирового успеха?

Вы являетесь главой одного из важнейших научно-исследовательских институтов. Насколько мнения ваших экспертов значимы в разработке политики РФ?

Секрет успеха Путина, в частности его огромного авторитета на Балканах, заключается, по всей видимости, в энергичности и искренности российского президента. Путин не стесняется демонстрировать свои чувства, называть вещи своими именами. Путин моложав, спортивен. Естественно, что на Балканах, где всегда ценилась подлинная мужественность, сила, уверенность в себе, у Путина много поклонников. Вообще, я считаю, что Путин настоящий государственный деятель, каких в мире крайне мало, а в Европе почти нет. Там мы видим в основном чиновников средней руки.

Что касается сотрудничества РИСИ с Путиным, то аналитическая продукция Института уходит во все ключевые российские ведомства, это и Администрация президента, и Министерство иностранных дел, и службы, отвечающие за безопасность страны, и крупнейшие корпорации, такие как «Газпром», «Олимпстрой».   

Насколько Россия следит за событиями в регионе Ближнего и Среднего Востока, и как по вашему мнению, завершится Сирийский конфликт?

Сирийский конфликт пока далек от завершения. Участие Росси в решении сирийского кризиса состоит в том, чтобы все стороны конфликта на международном уровне были услышаны, а их позиции учтены. Россия активно выступает против демонизации режима Асада, при всех его очевидных проблемах и ошибках. В Сирии происходит гражданская война, а на гражданской войне, как правило, нет ни однозначно правых, ни однозначно виноватых. Именно из этой посылки должны исходить международные организации в попытках урегулирования сирийского кризиса, а не из вульгарного деления на «плохих парней» и «хороших парней», как в голливудских боевиках. 

Завершена ли декомпозиция Балкан? Можно ли вернуть Балканы народу? Являются ли цивилизаторы Балкан их завоевателями?  

Народ Сербии должен очнуться от либерального мондиалистского гипноза и понять: кто он, с кем он, чего он на самом деле хочет. Тогда и только тогда можно будет говорить о «возвращении Балкан народу» и избавлении страны от самопровозглашенных «цивилизаторов».   

Источник: fakti.org