Американо-китайский саммит в Торонто: очаг напряженности в Желтом море, видимо, удалось погасить

Аналитика
На встрече лидеров США и Китая, состоявшейся в Торонто в рамках саммита «G-20» 26 июня сего года, видимо, удалось погасить очередной очаг напряженности в двусторонних отношениях, постепенно формировавшийся в течение всего этого месяца в Желтом море после потопления 27 марта 2010 г. южнокорейского корвета «Чхонан».

В.Ф. Терехов,

ведущий научный сотрудник отдела оборонной политики,

кандидат технических наук

На встрече лидеров США и Китая, состоявшейся в Торонто в рамках саммита «G-20» 26 июня сего года, видимо, удалось погасить очередной очаг напряженности в двусторонних отношениях, постепенно формировавшийся в течение всего этого месяца в Желтом море после потопления 27 марта 2010 г. южнокорейского корвета «Чхонан». Наряду с дипломатическим давлением на обвиненную в этом КНДР, предпринятым Соединенными Штатами совместно с Японией, в прессе появились сообщения о планах проведения в начале июня с.г. военно-морских учений в Желтом море с участием американских и южнокорейских боевых кораблей.


Однако по решению руководителя Комитета начальников штабов адмирала М. Маллена учения были перенесены на конец того же месяца. По мнению обозревателя японской газеты Mainichi, тем самым США «…предоставили КНДР окно возможностей…», чтобы сделать ожидаемые Вашингтоном заявления в связи с инцидентом с корветом «Чхонан».


14 июня ядерный авианосец передового базирования Тихоокеанского флота США «Джордж Вашингтон» покинул японский порт приписки Йокосука и направился (судя по всему, весьма неспешно) в Желтое море. До этого он принимал участие в совместных американо-японских маневрах и тоже «в ответ на северокорейскую угрозу».


Достаточно негативная реакция КНР на сообщения об упомянутом передвижении американского авианосца, вероятно, была обусловлена не столько самим фактом планировавшихся Соединенными Штатами учений, сколько географией их проведения. Они должны были состояться в акватории к западу от южнокорейского порта Инчхон, который расположен всего в 350 км от оконечности выступающего в Желтое море китайского полуострова Шаньдунь, где находится база Северного флота КНР Циндяо.


Китай, конечно, не мог закрыть глаза на демонстрацию американской военной мощи в непосредственной близости от своих жизненно важных объектов. Последняя подобная демонстрация имела место в 1994 г., когда в Желтое море был направлен авианосец «Кити Хок» в рамках рассматривавшегося в то время плана бомбардировки северокорейского ядерного центра в Ёнбене. Тогда боевые самолеты США и КНР летали в одном и том же воздушном пространстве, что грозило вполне вероятным американо-китайским военным столкновением.


22 июня сего года официальный представитель МИД КНР Цинь Ган выразил серьезную озабоченность в связи с сообщениями о возможном участии американского авианосца в совместных учениях с ВМС РК, призвав все заинтересованные стороны «…воздерживаться от мероприятий, которые могут привести к эскалации напряженности и нанести ущерб интересам стран региона».


Оснований для подобной озабоченности КНР вполне достаточно. Так, тогда же время Министерство обороны КНДР объявило о закрытии навигации в Желтом море с 19 по 27 июня в связи с артиллерийскими и ракетными стрельбами в его акватории. А на саммите в Торонто президенты США и РК Б. Обама и Ли Мён Бак договорились о переносе даты передачи американцами командования объединенными силами на Корейском полуострове южнокорейцам с 2012 на 2015 г.


Во второй половине июня появилась статья военного обозревателя китайской газеты Global Times полковника ВВС Дай Сюя с предупреждением о возможных ответных мерах КНР, если американо-южнокорейские учения все же состоятся. Ранее, в феврале 2010 г., тот же Дай Сюй опубликовал статью, где говорилось о том, что «Вашингтон развертывает противоракетные системы, которые полумесяцем окружают Китай по периферии». При этом имелись в виду системы ПРО, находящиеся в стадии создания в Японии и на Тайване, а также потенциальное их появление «в некоторых государствах» в районе Южно-Китайского моря, в Индии и Афганистане. Особо пристально в КНР наблюдают за возможным развитием американо-индийской кооперации в области противоракетной обороны, способной «…принципиально повлиять на безопасность Китая».


Своего рода «оргвыводом» в отношении планов проведения американо-южнокорейских учений в Желтом море стал отказ МО КНР от визита в Пекин министра обороны США Б. Гейтса запланированного на июнь 2010 г. Выступая с комментарием по данному поводу (оскорбительным, по мнению обозревателя Mainichi), директор по делам Азии Национального совета безопасности Соединенных Штатов Дж. Бэйдер назвал китайских военных «…самыми провинциальными и самыми ксенофобскими элементами национальной элиты».


Подобные высказывания Бэйдера, по всей видимости, базируются на предположении, что китайские военные публично выражают лишь ведомственные или личные взгляды относительно актуальных вопросов безопасности страны. Спекуляции в среде западных и японских аналитиков на тему «автономности» военной элиты в партийно-государственном истеблишменте Китая в последние годы не редкость, и определенные основания для этого имеются.


Процесс создания современной армии (чем и занимается руководство КНР на нынешнем этапе военного строительства) неизбежно имеет следствием появление достаточно специфической касты военных профессионалов со своими («цеховыми») интересами и собственным видением внутренних и внешних проблем государства. Однако несомненно и то, что китайское руководство, органической частью которого остается армейское командование, сохраняет надежный контроль над национальными вооруженными силами. Это проявилось, в частности, в схожести оценок (исходящих как из военных, так и гражданских структур Китая) намерений США провести упомянутые учения.


Реакция КНР на подобные действия Вашингтона явилась лишь продолжением «сбоя» в двусторонних военных связях, начало которого следует связывать с решением Дж. Буша продать крупную партию вооружений Тайваню, принятым в начале октября 2008 г., и подтвержденным через год Б. Обамой. Как известно, основной составляющей данной партии оружия стали несколько сот противоракет Patriot последней модификации (PAC–3), что и было расценено китайскими военными экспертами в качестве одного из свидетельств «окружения» их страны американскими системами ПРО.


По существу это решение прервало более или менее гладкий процесс сначала «размораживания», а затем и постепенного развития двусторонних в военной сфере связей в течение почти всего периода пребывания у власти в США республиканской администрации. Причем указанный процесс шел практически параллельно с общей стабилизацией отношений между двумя государствами, чему способствовал стремительный рост китайско-американской торговли.


Однако установившаяся относительная стабильность отношений Пекина и Вашингтона не вышла на стратегический уровень. Более того, по мере становления Китая в качестве второй глобальной державы он во все большей степени стал восприниматься в Соединенных Штатах как основной источник угроз жизненно важным американским интересам. Да и характер двусторонней торговли вызывал в США в последние годы немало вопросов, прежде всего это касается «искусственно заниженного курса юаня». Возникшие же проблемы в сфере военных связей обеих ведущих мировых держав отражают их общее достаточно настороженное отношение друг к другу, возникшее не сегодня.


Лидерам обеих стран пока удается удерживать двусторонние отношения в относительно «не провоцирующих» друг друга рамках. На встрече в Торонто руководитель КНР Ху Цзиньтао принял приглашение Б. Обамы посетить США с официальным визитом. В свою очередь, американский президент выразил надежду, что Б. Гейтс все-таки побывает в Китае «в ближайшие месяцы».


Возвращаясь же к заявленным американо-южнокорейским учениям в Желтом море, следует отметить, что пока соответствующая информация отсутствует на официальном сайте Тихоокеанского командования Соединенных Штатов, которое занято сейчас проведением традиционных (22-х по счету, начиная с 1971 г.) масштабных учений Rim Pac (Rim of Pacific) с участием ВМС «прибрежных стран» акватории Тихого океана, в том числе и Южной Кореи (они разворачиваются в районе Гавайских островов, то есть далеко от Китая). К подобной «традиции» в КНР, вероятно, давно привыкли и не рассматривают ее в качестве непосредственной угрозы своей безопасности.


Такое развитие событий позволяет надеяться на то, что острые проблемы, которые неизбежно будут возникать между двумя ведущими мировыми державами, удастся успешно разрешать и в дальнейшем.