Информационное противодействие — как эффективный метод борьбы с терроризмом

Аналитика
Однако для его успеха в России требуется радикально изменить существующий подход

Доклад на конференции «Информационное противодействие — как эффективный метод борьбы с терроризмом»

Помимо антитеррористической (силовой) составляющей, противодействие терроризму включает в себя и профилактическую (превентивную) работу.

Если антитеррористическая составляющая направлена на уничтожение или обезвреживание действующих участников незаконных вооруженных формирований (НВФ), то профилактическая работа нацелена на нейтрализацию потенциальных террористов и их пособников, составляющих социальную базу терроризма.

Практика показывает, что успех в проведении антитеррористических (силовых) операций не всегда приводит к прямому положительному эффекту в профилактической составляющей борьбы с терроризмом. В условиях,  когда на силовые подразделения фактически возложена и антитеррористическая и профилактическая работа, успешные и эффективные операции со стороны властей нередко ожесточают молодых участников бандформирований. Более того, ситуация, когда и антитеррористические, и профилактические мероприятия в регионе осуществляют только силовые структуры, при определенных обстоятельствах  способны усугубить положение.         Практика показывает, что на фоне регулярно проводящихся спецопераций, в ходе которых уничтожаются лидеры террористов, эмиры вилайятов, а также среднее руководящее звено террористического подполья, не удается пресечь сам процессе рекрутирования «рядовых» террористов.  На смену одним приходят другие. Надо признать: информационную войну террористические силы и их союзники на Северном Кавказе в настоящее время выигрывают. В общественном мнении республик Северного Кавказа не создано атмосферы нетерпимости к боевикам и их сообщникам. Зачастую случается наоборот: боевиков пытаются оправдать, создавая им образы борцов с коррумпированной системой. Для молодых людей, не имеющих работу и покровителей, да еще находящихся под негласным наблюдением милиции, выход якобы один - «...уходить в лес».

Следует отметить, что в информационном противостоянии у террористов и их пособников есть и свои «адвокаты».  Например, стало правилом, когда успешные антитеррористические операции в Дагестане, Кабардино-Балкарии и Ингушетии с подачи ряда правозащитников и блогеров именуются «зачистками» и «целенаправленным уничтожением гражданского населения». Этот деструктивный тезис используется даже некоторыми журналистами, регулярно указывающими на недостатки политики федерального центра на Северном Кавказе.

Складывается парадоксальная ситуация. С одной стороны, профилактикой терроризма  наряду с антитеррористическими подразделениями должны заниматься (и отчасти этим как будто занимаются) традиционные для северокавказских народов институты гражданского общества: тухумы, тейпы, фамильные советы, советы старейшин, молодежные сообщества, известные спортсмены, блоггеры и т. д. С другой стороны, эти же «неформальные институты», зачастую, наоборот, работают на увеличение социальной базы терроризма, распространяя деструктивные мифы о том, что «...Россия хочет очистить Северный Кавказ от мусульман».

В этом контексте информационная составляющая профилактической борьбы с терроризмом выдвигается на одно из первых мест. Эффективная профилактическая работа по противодействию терроризму может оказать влияние на уменьшение его социальной базы. Однако складывается впечатление, что пока специалистами не осознана в достаточной степени необходимость целенаправленной систематизированной профилактической работы, способной  повлиять на существенное уменьшение социальной базы терроризма[1].

Информационная составляющая в противодействии терроризму на Северном Кавказе в настоящее время включает:

  • информационную политику федеральных печатных и электронных СМИ по освещению антитеррористических операций, проводимых на территории СКФО;
  • работу региональных СМИ по противодействию терроризму и экстремизму;
  • деятельность пресс-служб федеральных органов и региональных управлений  исполнительной власти (МВД, ФСБ).

Однако этих трех составляющих недостаточно. Нужны точечные информационные «инъекции», способные формировать негативный образ террористов. Не скоординированная и бессистемная информационная составляющая в противодействии терроризму на Северном Кавказе привела к серьезным  потерям на информационном поле. Если в военном противостоянии сильны силовики, то информационное противостояние в республиках Северного Кавказа выигрывают деструктивные силы. Это подтверждают и уже укоренившиеся среди части населения идеологические штампы. В частности,  часть населения северокавказских республик уверена, что нынешняя фаза антитеррористической операции является механизмом отмывания средств федеральными силовиками, прикомандированными к региону. Многие говорят о том, что Северный Кавказ для России важен именно как «стратегический очаг напряженности», где одни народы (как правило, христиане) натравливаются на других (мусульман).

Эти стереотипы репродуцируются оппозиционными СМИ, рядом некоммерческих организаций, а также некоторыми представителями региональных политических элит.

Можно утверждать, что на Северном Кавказе, к сожалению, сложилась хорошо отлаженная и почти безупречно работающая схема информационного противодействия антитеррористическим силам. Механизм противостояния работает по одной и той же «дорожной карте». В Дагестане, Кабардино-Балкарии и Ингушетии после задержания или уничтожения террориста или подозреваемого лица стартует активная информационная атака на силовиков. Антитеррористические силы (силовики) обвиняются, как правило, в таких «смертных грехах»   как превышение полномочий, внесудебные казни, убийства мирных жителей, незаконные задержания. В активный и хорошо отработанный процесс дезинформирования вовлекаются: родственники уничтоженного или задержанного; адвокаты — защитники участников незаконных вооруженных формирований (НВФ); журналисты; правозащитники — сотрудники некоммерческих организаций; блоггеры; активные пользователи Интернета. В ряде случаев, к процессу подключаются представители и региональных политических элит. Как правило, акторами-участниками этого деструктивного процесса активно распространяется информация о том, что задержанный или уничтоженный является жертвой произвола властей. Часто используются такие фразы — идеологические штампы как: «внесудебные казни», «...убитый силовиками», «...жертва милицейского произвола...» и т. д. Фактически деструктивным силам на Северном Кавказе удалось навязать антитеррористической коалиции свои правила ведения информационной войны. Как правило, антитеррористические силы вынуждены оправдываться или опровергать дезинформацию.

Можно с уверенностью утверждать, что в ряде субъектов Северо-Кавказского федерального округа сложилась уже устойчивая «около террористическая»  инфраструктура. И в этой инфраструктуре серьезную позицию занимает именно информационная составляющая. Точнее — дезинформационная.

В этой связи считаем необходимым обратить внимание на ряд недостатков информационной составляющей борьбы с терроризмом. Во-первых, акторы информационного противостояния с терроризмом ведут информационную кампанию против действующих террористов и незаконных вооруженных формирований, забывая при этом потенциальных боевиков — молодых десоциальных молодых людей, составляющих социальную базу терроризма в республиках Северного Кавказа. Во-вторых, в процесс информационного противостояния терроризму вовлечены исключительно государственные органы. В отличие от противников, в информационной войне на стороне властей практически не участвуют некоммерческие организации, известные блоггеры, адвокаты, родственники жертв террористических актов, адвокаты. Не проявляют себя также соответствующим образом ни тухумы, ни тейпы, ни фамильные советы. Иными словами, «антитеррористическая сторона» не привлекает к информационной войне «активное гражданское население», которое в условиях Кавказа представляют как современные, так и традиционные структуры и институты.

Между тем, только сформировав широкую гражданско-государственную коалицию, можно надеяться наизменение ситуации на информационном поле противостояния терроризму на Северном Кавказе.

Еще на одну составляющую современного информационного противостояния в северокавказском регионе необходимо обратить внимание особо. Одними из активных акторов информационной войны являются пособники террористов, проживающие не на базах боевиков в горно-лесистой местности, а в населенных пунктах. Это, как правило, молодые люди (работающие или не работающие), которые осуществляют разовые поручения руководителей незаконных вооруженных формирований — амиров. Но это не единственная и даже, может, не главная их задача. Дело в том, что они выполняют роль неких «политинформаторов», осуществляя «информирование» молодых людей о том, что «...Россия — неправильная страна кяфиров, мунафиков и муртадов и единственный выход из ее состава и построение шариатского государства...». Помимо информационной работы они создают условия для рекрутирования молодых людей в состав участников незаконных вооруженных формирований, а некоторые их них непосредственно осуществляют рекрутирование в состав участников бандформирований. Практика рассмотрения уголовных дел по статье 205 УК РФ «терроризм», показывает, что большинство из них из потенциальных превращаются в реальных «лесных» участников незаконных вооруженных формирований.

Целью информационной составляющей борьбы с терроризмом является уменьшение социальной базы терроризма а также формирование негативного образа участников незаконных вооруженных формирований среди населения республик Северного Кавказа.

К работе по информационному противодействию терроризму необходимо привлечь:

  • авторитетных старших; выходцев из республик Северного Кавказа, получивших признание в других регионах и не утративших авторитета среди своего народа;
  • представителей некоммерческих организаций;
  • известных блогеров;
  • бывших террористов, находящихся в местах лишения свободы;
  • родителей и родственников террористов;
  • родителей и родственников погибших в специальных операциях силовиков;
  • известных спортсменов.

Необходимо охватить максимально большое информационное пространство и действовать на опережение. Что имеется в виду?

Первое. Информационная деструктивная деятельность участников незаконных вооруженных формирований и их пособников имеет региональный аспект. Террористы, находясь в различных вилайятах «Имарата Кавказ», как правило, не взаимодействуют друг с другом непосредственно. Соответственно, и  информационная деструктивная деятельность имеет свои региональные особенности. Зачастую то, что имеет значение для потенциального участника незаконных вооруженных формирований в Ингушетии, может не возыметь действия в Дагестане или Кабардино-Балкарии.

Второе. На Кавказе очень большую, а в ряде случаев определяющую роль имеет родственно-фамильно или тухумо-тейповые узы. В этом контексте бывает  очень трудно подчас найти общий язык выходцу из горной Чечни с уроженцем равнинного Надтеречного района той же республики. Точно так же жители Ингушетии разделены на «назрановцев» и на «батлаков». То, что может обратить в террористы «назрановца», возможно, не возымеет действия на жителя селения Сурхахи.

Следует отметить, что идеологи и ньюсмейкеры терроризма учитывают это обстоятельство и стремятся информационно не только объединить, но и отчасти «стандартизировать» такие разные по своим социальным связям и традиционной ментальности горные районы и анклавы. Например, такой одиозный террорист как Саид Бурятский (Александр Тихомиров) осознавал это и активно стремился  объединить террористов не только идеологически, но и информационно, то есть создать единую информационную террористическую сеть.

Поэтому при формировании стратегии информационного противодействия терроризму необходимо руководствоваться принципом,  универсальной методики противодействия терроризму, которая бы использовалась во всех субъектах Северо-Кавказского федерального округа, но с учетом локальных традиционно значимых особенностей.

Стратегия информационного противодействия терроризму должна состоять из следующих этапов-методов:

  1. Регулярный анализ ситуации (контент-анализ региональных и федеральных СМИ). Цель этого этапа-метода - выявление «проблемных зон» в освещении антитеррористической работы на Северном Кавказе. Следует отметить, например, что помимо электронных СМИ, северокавказскую террористическую проблематику регулярно освещает газета «Коммерсант». Но работа по освещению проблемы в этом издании носит информативно-нейтральный характер и начисто лишена идейной антитеррористической нагрузки. Здесь нет комментариев специалистов-террологов, иногда опускаются подробности, характеризующие террористов как откровенных моральных уродов.
  2. Необходимо научно-экспертное сопровождение антитеррористической  деятельности на постоянной основе, включая мониторинговые социологические исследования (массовые, экспертные, фокусные и т.д.) в средних и высших учебных заведениях, некоммерческих организациях, региональных общественно-политических организациях, средствах массовой информации Северо-Кавказского федерального округа.

    Целью реализации этого этапа является выявление примерного процента населения, симпатизирующего участникам незаконных вооруженных формирований. Успех реализации данного исследования зависит от качества подготовки анкеты и вопросов экспертного интервью. Аналогичные разовые опросы силами местных социологов уже проводились, и результаты исследований показывают — наличие проблемы очевидно. Молодые люди открыто симпатизирую участникам незаконных вооруженных формирований.
  3. Экспертный анализ уголовных дел, рассмотренных судами в отношении участников незаконных вооруженных формирований. Результаты этой работы должны стать основой для подготовки материалов-публикаций в электронные и печатные средства массовой информации. Часть материалов носит закрытый характер, но их обнародование (в допустимых пределах) необходимо, так как будет раскрывать истинную сущность террористов. Важно, чтобы эта работа носила регулярный системный характер и имела координирующее звено.
  4. Регулярное проведение круглых столов по проблеме противодействия терроризму, экстремизму и сепаратизму именно на Северном Кавказе.  Кстати, этот метод активно используется представителями некоммерческого сектора, критикующими политику федеральных властей на Северном Кавказе. Эффективность этого метода очевидна, потому что с помощью его реализации формируется горизонтальная сеть единомышленников.
  5. Необходимо учреждение северокавказского антитеррорстического Интернет-портала. Помимо информации об антитеррорстической деятельности здесь целесообразно размещать информацию о людях, погибших в борьбе с террористами, защищая целостность страны. Здесь же можно размещать биографии террористов. Анализ показывает, что практически все они имеют криминальное прошлое. Реализация этого этапа-метода также будет способствовать созданию горизонтальной антитеррористической сети в республиках Северного Кавказа.
  6. Для молодежи необходимо организовывать встречи с авторитетными общественными деятелями, способными показывать деструктивность террористической и экстремистской деятельности.
  7. Одним из важных методов информационного противодействия терроризму должна стать грантовая деятельность региональных и местных властей республик Северного Кавказа, базирующаяся на идее российской гражданской идентичности, нетерпимости к терроризму и миру на Кавказе. Стоит отметить, что в настоящее времяна Северном Кавказе очень сильно развит как раз антироссийский (антифедеральный) общественный сектор. Некоммерческие организации региона, получающие финансирование из-за рубежа, осуществляющие, как правило, правозащитную деятельность, фактически работают на подрыв авторитета местной и федеральной власти. Эти институты гражданского общества уже очень продолжительное время формируют протестное гражданское общество на Кавказе, имеющее тесные контакты с зарубежными организациями. Этой деструктивной деятельности надо противопоставить грантовую политику региональных и местных властей. Поддержка грантами на конкурсных условиях общественных организаций — один из самых эффективных методов формирования сторонников того или иного общественного или политического направления.

    Анализ показывает, что в регионе нет ни одной активной некоммерческой организации, работающей на укрепление российской государственности или пропагандирующей борьбу с терроризмом, сепаратизмом или экстремизмом. В свою очередь,  существует большое количество деструктивно работающих некоммерческих организаций, деятельность которых направлена на формирование профессионального протестного движения.
  8. Особенностью деструктивной информационной работы террористов и их пособников является то, что в их поле зрения, как правило, попадают социально незащищенные молодые люди, воспитывавшиеся в неполных семьях. Материалы допросов участников  незаконных вооруженных формирований подтверждают этот тезис.

Поэтому для предотвращения рекрутирования людей в состав бандподполья было бы  целесообразным формирование банка данных социально незащищенных молодых семей и молодых людей, не имеющих условий для достойного существования. В населенных пунктах Северного Кавказа эта работа не будет не выполнимой или очень трудоемкой для региональных органов социальной защиты. Имея такой банк данных, можно было бы очертить круг потенциально уязвимых для вовлечения в террористическую деятельность лиц.

Параллельно необходимо вести работу по информированию молодежи (кстати, не только социально незащищенной, но и обеспеченной ее части) об опасности участия в незаконных вооруженных формированиях. Необходимо разработать памятку-информацию «Что делать, если тебе предложили стать террористом». Молодые люди часто попадают в «террористический капкан», из которого, по их мнению, выхода уже нет. Но необходимо разъяснять, что чем раньше уйти из под опеки участников незаконных вооруженных формирований, тем безопаснее. Причем памятка- информация должна быть написана и на национальных языках и на русском. Памятка должна быть подписана также каким-то уважаемым в регионе лицом.

В целом, становится очевидно, что без радикального реформирования информационной составляющей в системе мер по антитеррористической деятельности едва ли стоит ожидать заметных успехов на этом направлении. 



[1]    Социальную базу терроризма могут составлять: индивид, социальная группа или, этнос -народ.