О перспективах юаня в качестве мировой резервной валюты

Аналитика
Высказывания видных экономистов и практические действия Пекина в последние годы свидетельствуют о том, что сейчас в качестве ближайшей цели руководство КНР рассматривает позиционирование юаня как региональной резервной валюты.


В. М. Блинков

руководитель отдела международных экономических исследований,

кандидат физико-математических наук



В интервью газете «Wall Street Journal»[1] накануне своего визита в США в январе 2011 г. Председатель КНР Ху Цзиньтао заявил, что международная валютная система, в которой главную роль играет американский доллар, - «пережиток прошлого». Чем же предлагают заменить ее руководители КНР? В своих официальных заявлениях они постоянно повторяют, что не намерены заменять доллар юанем. Так, 22 ноября 2010 г. зампредседателя комитета по международным делам Всекитайского собрания народных представителей Ча Пэйсинь, находившийся с визитом в Вашингтоне отметил, что «Китай вовсе не планирует добиваться замены доллара на юань в качестве мировой резервной валюты». Какое же место они тогда отводят юаню?


Высказывания видных экономистов и практические действия Пекина в последние годы свидетельствуют о том, что сейчас в качестве ближайшей цели руководство КНР рассматривает позиционирование юаня как региональной резервной валюты. Что же касается претензий на придание юаню статуса мировой резервной валюты, то по мнению Ли Даокуя, директора университета Циньхуа и Международного центра экономических исследований «замена доллара юанем – неизбежный, но очень долгий путь. Необходимо, чтобы китайская валюта стала свободно конвертируемой, а для этого потребуется не менее 15 лет. В настоящее время финансовая система КНР еще недостаточно крепка и стабильна, существуют значительные проблемы в экономике. Однако в целом китайская торговля и экономика развиваются довольно быстрыми темпами, курс юаня неизменно растет. На самом же деле не нужно вести разговоры о том, чья валюта займет место мировой резервной, этот вопрос решится за счет силы и экономической мощи».[2]


В публичных документах стратегия КНР по реализации задачи превращения юаня в одну из резервных мировых валют нигде не изложена. Но ее базовые принципы были озвучены в ряде работ китайских экономистов. Например, Ли Цзин из Центра изучения мировых финансов при Китайской академии общественных наук в своих работах предлагает реализовать эту задачу в четыре этапа. Первый предусматривает организацию расчетов в юанях с соседними странами, на втором решается задача превращения юаня в платежное средство, которое можно будет использовать во всем мире при торговых расчетах с КНР. На третьем этапе юань должен превратиться в привлекательный инструмент для вложений средств домохозяйств, предприятий и финансовых институтов. В рамках четвертого юань должен превратиться в одну из мировых резервных валют, которую будут охотно покупать центральные банки других стран.[3]


Анализ действий руководства КНР показывает, что Китай в последние годы активизирует усилия по практической реализации похожей схемы.


Так, в начале 2000-х годов КНР стала стимулировать переход с соседними государствами торговых расчетов в национальных валютах. Для компаний, импортирующих из КНР, это позволяло снизить издержки на конвертацию и страхование валютных рисков.


В конце 2008 г., вскоре после начала кризиса, Пекин активизировал усилия по укреплению роли юаня во внешней торговле. Он начал проводить валютные свопы с соседними странами, продавая им юани (в частности, сделки были заключены с Южной Кореей, Гонконгом, Малайзией, и Белоруссией). Весной 2009 года финансовые власти КНР обнародовали схему, позволяющую проводить расчеты за юани в международной торговле. По данным таможни КНР, к началу ноября 2010 г. т.е. за полтора года с начала проведения эксперимента объем расчетов в китайской валюте превысил 200 млрд юаней (около 30 млрд дол.).


Помимо поощрения перевода торговли на юани, руководство КНР стимулирует становление рынка деноминированных в юанях ценных бумаг, на который допущены и иностранцы. Еще в 2007 году государственный Китайский банк развития выпустил облигаций на 14 млрд юаней (около 1,8 млрд дол.), за прошедшие три года его примеру последовали многие банки и компании реального сектора.


В сентябре 2010 года заместитель главы департамента Минфина КНР Чэн Чжицзюнь сообщил, что КНР вводят налоговые льготы для тех компаний, которые ведут расчеты с зарубежными партнерами в юанях, что было призвано дополнительно стимулировать расчеты в юанях.


Еще более расширить его использование призвано начало торгов юанем против основных мировых валют на China Foreign Exchange Trade System (CFETS). Уже сейчас на CFETS против юаня торгуются доллар США, евро, британский фунт, иена, гонконгский доллар и малайзийский ринггит, недавно начались и торги парой «рубль – юань». И хотя эти торги не являются полностью свободными: система устанавливает средневзвешенный курс банков-маркетмейкеров, а колебания в течение одной торговой сессии ограничены 5% в обе стороны (для доллара коридор равен 0,5%), тем не менее они способствуют решению указанной задачи.


В июле 2010 г. начались операции по торговле юанем за пределами Китая, а в декабре их объем достиг 400 млн. долларов. Пока это всего 0,01% от общего объема ежедневных мировых валютных торгов (4 трлн дол. по состоянию на начало 2011 г.), но интерес к китайской валюте быстро растет. Число экспортеров КНР, которым разрешено использовать юань в международных сделках, выросло с 365 в июле 2010 г. до примерно 67,4 тыс. в настоящее время. Объем средств китайских компаний, размещенных на счетах в Гонконге, достиг к концу 2010 г. 300 млрд. юаней (45млрд  дол.).[4] По данным китайской таможни, к началу ноября 2010 г. за полтора года реализации эксперимента объем расчетов в китайской валюте превысил 200 млрд юаней (около 30 млрд дол.).


В 2011 г. Народный банк Китая начал прямую продажу юаня в США. И хотя официальный курс китайской валюты к доллару жестко регулируется правительством КНР, представитель банка заявил, что при определении курса обмена в США будут использоваться и результаты торгов юанем в Гонконге, где китайская валюта торгуется по «свободному» курсу.


В итоге, по прогнозам  ряда зарубежных специалистов в ближайшие 2-3 года  до 20-30% торгового оборота будет осуществляться в юанях и, по прогнозам банка HSBC, к концу 2012 года  достичь 2 трлн дол.


В настоящее время в Гонконге создается оффшорный финансовый центр, который предоставляет услуги для различных операциях в юанях, прежде всего для торгового финансирования и клиринга. Он, вероятно, станет базовым инфраструктурным элементом рынка финансовых услуг для обеспечения схемы международных расчетов в юанях. Валютно-финансовое управление Гонконга в январе 2011 г. объявило о введении мер, которые позволят банкам проводить широкий круг операций в юанях для корпоративных клиентов в Гонконге, а местным кампаниям - выпускать облигации, номинированные в юанях. Как заявил глава управления Норман Чан «эти меры позволят Гонконгу развивать свою роль в качестве оффшорного центра по расширению финансового бизнеса в юанях и помочь юаню стать международной валютой». По своему масштабу эти шаги уже не просто «полигонная» обкатка, а по сути расширение зоны влияния китайской валюты. Они позволят использовать юань для урегулирования торговых сделок или для банковских займов, кредитных линий, для финансирования проектов. Гонконгские банки, во главе с HSBC уже открывают депозиты в юанях и начинают формировать рынок межбанковского кредитования. Конечная цель - создание большого рынка инвестиционных продуктов в юанях, таких как производные финансовые инструменты и облигации.


Представленные данные достаточно хорошо укладываются в рамки первых трех этапов упомянутой 4-х этапной схемы превращения юаня в одну их мировых резервных валют.


Отметим, что интернационализация юаня отвечает и потребностями мирового рынка. На это указывает высокий интерес, проявляемый ведущими мировыми финансовыми институтами и быстрый рост объемов транзакций. Так, компания McDonald’s и многие европейские компании уже экспериментируют в торговых сделках, используя китайскую валюту. Интерес к работе с облигациями, номинированными в юанях, выразили  Caterpillar, Deutsche Bank, Citigroup and JPMorgan, HSBC Holdings and Standard Chartered.


Одно из главных препятствий на пути к превращению юаня в одну из резервных мировых валют – его «несвободная» конвертируемость. Официальный обменный курс юаня по отношению к доллару устанавливается Народным банком Китая. В этой связи хотелось бы отметить, что по оценкам специалистов Петерсоновского института международных экономических исследований (США) за период 2005-2008 гг. КНР повысил уровень обменного курса юаня к доллару на 20-25%.[5]


В соответствии с «новой политикой», объявленной в июне 2010 г.  КНР будет повышать его и в дальнейшем. Но руководство Китая планирует делать это постепенно, т.к. резкое укрепление курса юаня по его мнению чревато негативными последствиями для КНР и может привести к наплыву в страну спекулятивного капитала, спровоцировать риски финансовых «пузырей» и инфляции. Эти действия формируют объективную основу для перехода в среднесрочной перспективе к конвертируемому юаню.


Отметим, что объективную основу для претензий юаня на роль мировой резервной валюты создает быстрый рост китайской экономики. По оценкам ряда зарубежных финансовых институтов, после публикации данных по ВВП Японии в апреле 2011 г. (очередной финансовый год в Японии завершается 31 марта 2011 г.) КНР, вероятно, официально станет второй в мире. Золотовалютные резервы Китая выросли за последний год до 2,8 трлн дол. и являются надежной финансовой основой решения указанной задачи.

Представленный выше анализ шагов КНР по «интернационализации» юаня показывает, что на нынешнем этапе основной целью китайской политики является превращение юаня в одну из мировых региональных резервных валют. Главный ареал ее использования будет включать в себя страны Юго-Восточной и Северо-Восточной Азии, а также Гонконг и Макао.


С учетом реформы мировых финансовых организаций в перспективе юань может быть включен в корзину валют, на основании которых определяется курс СДР.


Китай объективно заинтересован в том, чтобы юань приобрел такой статус - это расширило бы возможности и без того быстрорастущей китайской экономики. Юань как региональная резервная валюта выгоден и многим участникам мирового рынка: Крупные международные инвесторы получают новую валюту, которая будет  по их мнению только укрепляться, что делает ее привлекательным защитным активом


 По прогнозу Standard Chartered примерно к 2020 году экономика КНР, обгонит экономику США и станет крупнейшей в мире. Всемирный Банк прогнозирует китайской экономике первое место по размеру ВВП в мире к 2025 году. Вероятно, к этому времени будут завершены третий и четвертый этапы и юань приобретет статус резервной валюты.



------------------------------------------------------------


1. Wall Street Journal, 12.01.2011


2. China Pro, 22.03.2010


3. banknota.org/2010/11/26/kitaj-planiru


4. Wall Street Journal, 15.12.2010


5. C. Fred Bergsten, Peterson Institute for International Economics// Correcting the Chinese Exchange Rate. September 15, 2010