Аждар Куртов: Если вынул клинок, не сдаваться же в плен врагу!

Мы в СМИ
Россию ждет виток холодной войны со странами Запада, который может продлиться несколько лет, считает известный политолог, эксперт РИСИ Аждар Куртов. Однако негативное восприятие некоторыми державами факта присоединения Крыма к России никак не повлияет на позиции последней. Запад же будет продолжать лицемерить и использовать двойные стандарты, чтобы сохранить лицо.

Аждар Аширович, как вы оцениваете вчерашнюю речь Владимира Путина по Крыму?

Все ждали от Путина того, что он и сказал. Причем его речь прерывали аплодисментами люди, принадлежащие к разным партиям, в том числе, российские либералы типа Дворковича. То есть, они были не против выступления президента, хотя не знаю, насколько они были искренни. 

Что касается сказанного, я разделяю все, что было заявлено Путиным: с точки зрения юридических позиций президент абсолютно прав. Можно было бы добавить еще кучу аргументов в этом же направлении. Всякие западные представители, которые сейчас критикуют РФ и утверждают, что нарушено международное право, откровенно лицемерят. США что, проводили голосование, когда сами отделялись от Британской империи? Не проводили. Это решение было принято очень ограниченным числом людей, которые проживали в этих колониях. Ведь тогда большинство населения не имело права голоса – ни рабы, ни женщины. Еще был имущественный ценз.

Как совсем недавно поступила Британия, которая сейчас тоже активно критикует нас с тем же тезисом, что якобы нарушено международное право? Два референдума было проведено. Один референдум провели полностью под штыками на Фолклендских островах – а это та же колония, если упростить их правовой статус. И ничего. Граждане высказались за сохранение этой территории, на которую претендует Аргентина, в составе Соединенного Королевства. А второй референдум вообще был проведен в Гибралтаре – тоже территория, где незаконно находятся английские военнослужащие. И на эту территорию на вполне законных основаниях претендует другая страна Европейского Союза, Испания. И ничего! Все молчат, и в Лондоне, и в США, и в Брюсселе, и в Берлине. Это не просто двойные стандарты, это политика, подразумевающая, что одним можно все, а другим ничего. Против этого и выступал Путин, он это неоднократно отмечал, что слишком далеко они зашли с Украиной, государства Запада. Россия долго закрывала глаза на эти художества, но дальше терпеть это было невозможно. 

На кого больше была ориентирована речь Путина: на внутреннего потребителя или на Запад?

Думаю, есть элементы и того, и другого. Путин приводил данные соцопроса, согласно которому, более 90% опрошенных одобряют присоединение Крыма к РФ. Приведенные им цифры говорят о том, что россияне и без его речи одобряли политику руководства России в отношении Украины и Крыма. И вроде бы здесь не нужно было ничего рассчитывать на внутреннюю аудиторию.

Но и однозначно утверждать, что это не было рассчитано на внешнюю аудиторию, тоже нельзя. Там были моменты, когда Путин прямо обращался к украинским военнослужащим, поблагодарив их за то, что ни одного выстрела в сторону российских военнослужащих не было сделано. Он довольно-таки мягко высказался в отношении военнослужащих Североатлантического альянса, сказав, что они, в принципе, хорошие парни, но желательно, чтобы они приезжали в гости в Севастополь, а не наоборот. 

Кто, по-вашему, выиграл информационную войну?

В случае с Крымом (так же, как в свое время в случае с конфликтом по поводу Южной Осетии в августе 2008 года) Россия не проиграла информационную войну на своей территории. Ни тогда, ни сейчас, как показывает практика и нынешний патриотический подъем. Другое дело, что мы проигрываем эту информационную войну на внешней территории – в европейских и североамериканских государствах, но здесь силы абсолютно не равны. 

Я несколько дней назад был в Германии и видел, что основной тренд на германских телеканалах – это осуждение России. Это происходит не от того, что мы не правы, а от того, что кто платит, тот и заказывает музыку. 

Но не все немцы солидаризируются с политикой Брюсселя. Я беседовал и с экспертным сообществом, и с депутатами Бундестага, очень многие нормально относятся к России, понимают эту ситуацию и сочувствуют России. Но в силу евроатлантической солидарности они публично эти свои взгляды не озвучивают. А в одной из немецких газет я видел карикатуру – Меркель, вылезающую из заднего прохода дяди Сэма. То есть сами немцы совершенно по-разному оценивают собственную внешнюю политику, в том числе, в отношении Украины и Крыма. Они прекрасно понимают, что те события, которые сейчас происходят в Киеве – например, захваты банков, явно с целью грабежа, решение создать национальную гвардию из боевиков – чреваты тем, что немцы как раз очень хорошо проходили в 30-х гг. прошлого века, когда боевики Гитлера составили костяк боевых отрядов, зверствовавших на территории и самой Германии, и других государств. И им вполне понятны те образы, которыми сегодня оперирует Кремль, сравнивая бандеровцев с Гитлером. 

Насколько России навредят санкции Запада? Или нам все равно?

Нет, нам не все равно. Сейчас наблюдается излишняя эйфория, многие эксперты, действительно, высказываются о том, что нам наплевать на эти санкции, а кто-то их даже одобряет – в части замораживания активов чиновников (если, конечно, их найдут). У нас ведь в обществе отношение к действиям чиновников тоже, преимущественно, негативное – особенно когда они свои деньги выводят за рубеж или своих детей учат в других государствах. И многие простые россияне будут рады, если США этот финт проделают. 
Но при этом надо понимать: и США, и страны Европы могут принять санкции, которые не сразу, но скажутся отрицательным образом на финансовом самочувствии России, на торговых отношениях и на политических контактах. Наверняка, прежде всего они предпримут гуманитарные санкции – это самое простое. Сейчас это уже происходит между Россией и Украиной, когда отменяются концерты деятелей культуры и так далее. 

То есть никаких критических последствий для России не будет?

Смотря до какой стадии дойдет противостояние. Сейчас мы находимся на самой ранней стадии, и трудно что-то прогнозировать однозначно. Будет война нервов, но решение российского руководства явно никто отменять не будет, мосты сожжены. Речь Путина показала, что Запад перешел все возможные грани, и Россия этого не потерпит. На решимость Запада можно было отвечать только подобным же образом – резко, жестко. Если уж вынул клинок из ножен, то убирать его обратно или отдавать врагу, позорно сдаваясь в плен, не стоит.

Я думаю, что теперь произойдет определенный виток холодной войны, и вряд ли он закончится через полгода: США, Украина и страны НАТО должны сохранить лицо. Они еще побуянят, и это может продлиться несколько лет. Но это же не первый конфликт подобного рода. У нас были резкие осложнения отношений и по поводу Югославии, которую, кстати, Путин тоже упоминал, но потом все же острота этой конфронтации сошла на нет. 

Неоднократно они осуждали нас за какие-то действия – вспомним ту же Грузию. Первоначально они тоже чем только не грозили, но потом страсти поостудились, до них стала доходить наша правота, и сейчас никто уже не вспоминает о тех грозных заявлениях, которые делались в начале того конфликта. 

Кстати говоря, одна из причин такого поведения России – как раз ситуация в Грузии. Мы же прекрасно помним, что в Грузии тоже произошел государственный переворот и вооруженный мятеж, когда Гамсахурдиа, избранный народом президент Грузии, был свергнут в конце 1991- начале 1992 года мятежниками. И тоже была хунта (она называлась военным советом), и в эту хунту тоже входили уголовники, как и в киевское правительство, куда сейчас входят люди с криминальным прошлым. Тогда страны Запада поспешили признать эту новую власть, особенно после того, как выписали из Москвы для большей легитимности Эдуарда Шеварднадзе, и чем это все кончилось? Через несколько месяцев, летом того же 1992 года грузины под надуманным предлогом развязали войну в Абхазии. Одна кровь вызвала другую кровь. Мы же прекрасно это все помним! Эта ситуация в известной степени зеркально – просто в больших масштабах – сейчас повторилась на Украине. Тогда Россия, может быть, резко не реагировала, но сейчас мы повторения тех событий не хотим.

Как сейчас поведут себя Южная Осетия, Абхазия, Приднестровье?

Они могут повести себя по-разному. Для них крымский прецедент весьма важен. Кстати, у Приднестровской Молдавской Республики даже больше аргументов проситься в Россию, чем у Крыма. Крым до самого последнего времени был частью территории Украины, а Приднестровская Молдавская Республика де-факто – независимое государство уже больше 20 лет. И с этой точки зрения, повторяю, у них больше прав на принятие в состав России. Как поступит Абхазия и Южная Осетия, мне сейчас сказать сложно. Наверняка там есть политические силы, которые активизируют некие подобные движения в сторону Москвы. Но, судя по прошедшему с 2008 года периоду, есть силы, которые устраивает нынешняя ситуация. В том смысле, что их независимое существование обеспечивается экономической и военной мощью Москвы, а во внутренние их дела Россия активно не лезет. 

Кстати, Путин в своей речи призвал украинцев не верить тем, кто утверждает, что Россия вслед за Крымом будет оттяпывать одну территорию Украины за другой. Этого не будет, как он сказал, мы не заинтересованы в развале Украины. А значит, вряд ли стоит ожидать резких шагов России по принятию в состав РФ тех государств, которые мы сейчас обсуждаем.

Как одно связано с другим?

А что, на территории Украины нет других областей, которые сейчас стремятся провести такие же референдумы? В Луганске, Донецке, Харькове это разве не так? Если бы у Путина было намерение развалить Украину, наверняка он поддерживал бы все эти движения, но ведь этого нет. Как тогда рассматривать возможные обращения Приднестровья, Абхазии и Южной Осетии? На Украине – в тех областях, которые я назвал – есть факты угроз русскому населению и нашим соотечественникам, и есть мощная компания, стремление войти в состав России. А на территории Южной Осетии и Абхазии таких фактов прямых угроз жизни русских нет. Другое дело – Приднестровье, это особая категория, там все это, действительно, может полыхнуть. 

Как будут выстраиваться отношения России с украинским руководством?

Я думаю, что больших перемен в том курсе, который проводится в Киеве несколько последних недель, не будет. Уже сделаны заявления о том, что не признаются итоги референдума, чего и следовало ожидать. Да и российское руководство не изменило своих характеристик того, что произошло на Украине, в стилистике как вооруженного мятежа, так и незаконного захвата власти. Оно не поменяло своей оценки того, что эта власть нелегитимна, незаконна, и нормальных переговоров с ней не будет. А раз это не поменялось, то, я думаю, пока что отрезвления в Киеве не наступило. Они по-прежнему надеются на то, что России выкрутит руки кто-то другой – США, ЕС, их к этому поджуживают их идеологические союзники в ЕС. 

Как вам кажется: крымским татарам теперь радоваться или печалиться? Все-таки у нас в стране с мусульманами, как известно, не все так гладко, как хотелось бы – и хиджабы в школах срывают, и Коран временами запрещают, и мечетей недостаточно, и так далее. Или крымских татар в силу особого положения вся эта наша вакханалия не коснется?

В "Коммерсанте" была опубликована карта, как проголосовали отдельные районы Крыма. Там же указывалась численность украинцев и крымских татар. Очень любопытная карта. Есть районы, где значительная часть и украинцев, и татар тоже проголосовали за Россию – свыше 70%. Это факт очень любопытный. И есть районы степного Крыма, где много крымских татар, но процент проголосовавших за присоединение к РФ меньше 70%. Это говорит о том, что, очевидно, есть расслоение среди крымскотатарского народа. Не все поддерживают резкую позицию руководства Меджлиса – иначе этих цифр бы просто не было. Есть люди, которые сознательно выбирали присоединение к России. 

И еще одно обстоятельство. Нужно обратить внимание, что в речи В.В.Путина было сказано о том, что, с его точки зрения, в Крыму как в новом субъекте РФ должны быть три государственных языка. Русский, украинский и крымскотатарский. Крымскотатарский когда-нибудь был государственным языком? Нет, не был. Сейчас они получают такую возможность. Ни старое, ни новое украинское руководство никогда бы не согласилось на предоставление такого высокого статуса этому языку. Они не соглашаются даже на предоставление государственного статуса русскому языку! И это при том, что на Украине, согласно западным социологическим исследованиям, 83% граждан используют русский язык. Демократия – это все же власть большинства, и государственность должна заботиться об интересах большинства. Но если большинство использует русский, а его дискриминируют – не только государственного статуса не дают, но часто даже запрещают использовать в обиходе, какая это демократия? Но это русский язык. А крымскотатарский, по численности его носителей, все-таки гораздо менее распространен. Озвучивалась цифра в 12% крымскотатарского населения. И вот ему дают такой же высокий статус, как и русскому языку! 

И еще на одно обстоятельство я хочу обратить внимание. В начале своей речи Путин признал, что в прошлом, в сталинский период, сталинским режимом против крымских татар были совершены тягчайшие преступления. Путин это специально отметил. И это нечасто можно слышать от глав государств. Он также упомянул о реабилитации репрессированных народов, и эта работа в новом субъекте РФ должна стать одной из приоритетных целей. А под этим можно понимать самые разные вещи – в том числе, и решение застарелого вопроса о выделении земли. Эта проблема будет решаться: реабилитация ведь заключается не в том, чтобы объявить, что народ был незаконно репрессирован. Нужно создать условия для того, чтобы этот народ нормально интегрировался в общество. Никто же не хочет сейчас создавать себе еще и новые проблемы в Крыму. Наоборот, все силы будут брошены на то, чтобы показать: решение, которое они приняли на референдуме, не будет дискредитировано, а будет подкреплено реальными делами. Будут выделены очень солидные деньги, и на обновление инфраструктуры, и на многое другое. В том числе, и на то, чтобы некоторые потенциальные конфликты (например, связанные с землей) решались таким образом, чтобы не было большого числа обиженных.