Владимир Карякин: Россия и НАТО: вступление или отступление?

Мы в СМИ
Вокруг проблемы вступления России в НАТО в последние два десятилетия витает некое информационное облако, в которое периодически вбрасывается «горячая» информация, создающая определенный уровень турбулентности в СМИ. В настоящее время таким информационным поводом является подготовка очередного саммита Альянса в Лиссабоне.

Владимир Карякин - старший научный сотрудник отдела оборонной политики Российского института стратегических исследований, кандидат военных наук

Вокруг проблемы вступления России в НАТО в последние два десятилетия витает некое информационное облако, в которое периодически вбрасывается «горячая» информация, создающая определенный уровень турбулентности в СМИ. В настоящее время таким информационным поводом является подготовка очередного саммита Альянса в Лиссабоне.


Если вспомнить недавнюю историю этого вопроса, следует отметить, что еще в декабре 1991 года российский президент Борис Ельцин направил в штаб-квартиру НАТО письмо, в котором говорилось о том, что Россия хотела бы в будущем стать членом Североатлантического альянса. Преемник Ельцина на посту президента РФ Владимир Путин во время своего первого президентского срока также намекал на возможное вступление России в Альянс. Однако затем наступило некоторое охлаждение отношений с Западом, и эта тема ушла за кулисы мировой политики.


Тем не менее, «вербальный перезагрузочный оптимизм» не иссяк. Цепочка информационных воздействий по линии Россия – НАТО неожиданно реанимировалась. В феврале этого года Институт современного развития (ИНСОР) – влиятельный российский аналитический центр, в совет попечителей которого входит президент Дмитрий Медведев, опубликовал доклад о будущем России. В нем, в частности, прогнозируется, что наша страна постепенно присоединится к НАТО.


Если проследить хронологию событий в этой области, то следует отметить участие войск НАТО в параде на Красной площади в Москве 9 мая этого года. Вполне естественно, что присутствие бывшего врага, который в одночасье стал нашим «партнером», вызвало неприятие в среде ветеранских и патриотических общественных организаций, члены которых видят в расширении НАТО на Восток угрозу национальной безопасности России.


С тех пор «информационное облако» по вопросу присоединения России к НАТО уверенно сгущается. Так, на Ярославском форуме, состоявшемся в прошлом месяце, модератор секции глобальной безопасности, глава ИНСОРа Игорь Юргенс открыто выступил с призывом к вступлению России в Североатлантический альянс. Это говорит о том, что в российских либеральных кругах есть сторонники сближения с Альянсом с целью более тесной ее привязки к Западу.


Здесь просматривается цепочка синхронизированных информационных воздействий по направлению Россия – НАТО, координированных Соединенными Штатами. Дело в том, что в политике Вашингтона произошла переориентация с Европы на Азиатско-Тихоокеанский регион (АТР). Европе и НАТО поручено сближение с Россией, в процессе которого главную роль призваны играть Франция и Германия. Этим объясняется обсуждение вопроса о возможном вступлении нашей страны в Альянс или, по крайней мере, о более тесном сотрудничестве с ним.


Саммит НАТО в Лиссабоне и присутствие на нем России внесут некоторую ясность в политический пейзаж и, как ожидается, покажут, будут ли эти связи крепнуть и приведут к сближению сторон или же все останется на уровне деклараций о намерениях. Здесь важно выявление тенденций и динамики их развития. К ним относятся: план совместных мероприятий на ближайшее время, обсуждение плана создания совместной ПРО, обмен опытом и технологиями для противодействия общим угрозам.


Однако при этом не следует терять объективные факторы, ставящие пределы тесному сближению России и НАТО. Главным из них является фактор ограничения суверенитета страны, вступающей в Альянс. Это ведет к ограничению свободы действий во внутренней и внешней политике.


Правда, здесь может сработать и фактор обратного действия, состоящий в том, что прием России в НАТО будет означать политическую смерть Альянса, т. к., получив право вето, у Москвы теоретически появится возможность коренным образом изменить политику Альянса вплоть до доминирования в нем, если того захочет Кремль, а в Брюсселе не смогут противостоять этому напору. Может получиться так, что Москва станет оказывать влияние на дела Альянса с тем, чтобы расширить поле для маневра в диалоге по европейской безопасности. Может статься, что прочность положения Москвы и встроенность ее в политические механизмы Альянса послужат укреплению ее тыловых позиций в борьбе с терроризмом и экстремизмом на южном направлении, внутренним сепаратизмом и нейтрализации угроз с Востока. Но все это относится пока к голубым мечтам некоторых геополитиков, рассуждающих о создании глобального военно-политического альянса от Ванкувера до Владивостока.


В практическом плане при возможности реализации обозначенных тенденций сближения следует исходить из интересов сторон в ближайшей перспективе развития международной обстановки.


Если начать с рассмотрения причин интереса Альянса к сближению с Россией, то прежде всего следует отметить обозначившиеся пределы его возможностей в Афганистане. Глобальный экономический кризис отрицательным образом сказался на состоянии экономик западных стран и фактически закрыл окно возможностей расширения на Восток. НАТО оказалось в положении Британской империи конца ХIХ века: с большими обязательствами по всему миру и уменьшающейся экономической и военной мощью для их реализации. И эта военная мощь сократилась не за счет снижения военно-технического потенциала стран Альянса, а за счет нежелания рисковать жизнями своих солдат при действиях в локальных конфликтах. Сейчас НАТО нужны ландскнехты для действий в горячих точках планеты. Альянс готов их вооружить, обучить и проплатить их услуги правительствам государств, готовых получить такого рода помощь. Примером тому является Киргизия, с правительством которой обсуждается вопрос о строительстве на ее территории американской военной базы. То же самое относится и к России. Согласно ли будет руководство нашей страны на такое разделение труда? И сумеем ли мы сохранить военно-политическую независимость страны и обеспечить национальные интересы на постсоветском пространстве?


Что касается интересов России в плане возможного сближения или даже присоединения к Североатлантическому альянсу, то здесь видятся пока только два существенных момента. Это уже упоминавшееся укрепление геополитических позиций России на западном направлении в свете возможной потенциальной угрозы с Востока. И расширение военно-технического и военно-технологического сотрудничества нашей страны со странами – членами НАТО с целью освоения новых технологий, а также методов и средств управления войсками.


Поэтому, если абстрагироваться от идеологической составляющей этой проблемы и придерживаться прагматического подхода, целесообразно брать курс на сближение России с НАТО, не забывая о своих национальных интересах и безопасности. При этом ближайшими шагами могут быть сотрудничество в вопросах урегулирования ситуации в Афганистане, обеспечение политической стабильности и безопасности в Центральной Азии, а также борьба с проявлениями экстремизма и наркотрафиком.


Источник: news.km.ru.