Результаты опроса экспертов по развитию событий в Афганистане

Аналитика
Наиболее вероятным сценарием им представляется возобновление гражданской войны с непредсказуемым на сегодняшний день исходом

В ходе прошедшей в Российском институте стратегических исследований международной конференции «Афганистан после 2014 года: вероятные сценарии развития региональной обстановки и стратегия России» был проведен экспертный опрос, в котором приняли участие тридцать два эксперта.

Целью экспертного опроса было выяснение позиций экспертного сообщества по актуальным вопросам обеспечения безопасности и стабильности в Афганистане и среднеазиатском регионе после 2014 года, борьбы с наркопроизводством, проблемам, возникающим в связи с предстоящим выводом войск США и НАТО из Афганистана, характеру и перспективам отношений между Россией и Афганистаном. Ниже приводятся основные результаты экспертного опроса.

Одна из важнейших проблем современного Афганистана – проблема возможного развития ситуации в регионе после 2014 года – оказалась, пожалуй, наиболее сложной для экспертов. Из 32 опрошенных специалистов ответ на этот вопрос дали лишь 13 экспертов, причем согласованность их мнений по данной проблеме оказалась довольно невысокой.

Относительно согласованными оказались позиции экспертов, касающиеся наименее вероятного, на их взгляд, сценария развития ситуации в регионе, а именно, «Распад Афганистана на де–факто независимые квазигосударственные образования» и, наоборот, наиболее вероятного варианта «Гражданская война» (рис. 1).

Таким образом, эксперты полагают, что после вывода войск ISAF из Афганистана в стране начнется (или возобновится) гражданская война (ряд экспертов считает, что это произойдет не сразу, через год–два). При этом война не приведет к распаду страны, однако каков будет ее «результат», в настоящий момент определить невозможно. Несколько более вероятными (по сравнению с другими) эксперты считают «Избрание президентом другого представителя пуштунов» (не из клана Хамида Карзая) или «Возвращение к власти талибов». Как отметил один из опрошенных, «скорее всего, ситуация останется, как и сейчас, патовой, с постепенным переходом контроля над страной к талибам». Однако экспертные оценки по данным сценариям, а также другим рассмотренным (рис. 1), оказались довольно рассогласованными, поэтому их надежность представляется недостаточной для формирования однозначных выводов.

Рис. 1

Некоторые эксперты отметили также, что «итоговый сценарий зависит от позиции России и региональных держав».

Экспертные оценки значимости мировых и региональных держав в плане их влияния на развитие внутриафганских процессов после 2014 года представлены на рис. 2.

Рис. 2

Отметим, что согласованность мнений опрошенных специалистов по данному вопросу оказалась существенно выше, чем по предыдущему. Особенно это касается стран–«лидеров», а именно, США и Пакистана. Эксперты достаточно единодушны во мнении, что именно эти два государства будут оказывать наиболее существенное влияние на развитие событий в Афганистане после 2014 года.

Значимость других «игроков» (Китай, Россия, Индия, Иран) представляется экспертному сообществу более «скромной».

В комментариях одного из опрошенных было отмечено, что «полезно также учитывать также и возможное влияние ЕС, правда минимальное, а также стран НАТО, которые сейчас присутствуют в Афганистане».

Одной из серьезнейших проблем, связанных с Афганистаном, является проблема наркотиков. Поэтому весьма важной представляется экспертная оценка перспектив уничтожения или существенного сокращения посевов опиатов в Афганистане после ухода из него коалиционных сил.

К сожалению, ответы экспертов по данной проблеме далеки от оптимистических (рис. 3).

Рис. 3

 Ни один из экспертов не оценил перспективы уничтожения посевов опиатов как «очень высокие» и лишь 12 % опрошенных дали оценки «высокие» или «средние» перспективы. Еще 35 % экспертов оценивают эти перспективы, как «низкие», а 53 % – как «очень низкие».

Характерны комментарии экспертов по данному вопросу: «Из 153 тыс. гектаров опия (посевы) запланировано уничтожить 10 гектаров, Это сколько процентов? Примерно 0,065 %», «Посевы опиатов фактически не уничтожались, когда в Афганистане находились войска США и НАТО. Тем более, не будут уничтожаться и сейчас. Разве что талибы к власти придут!».

Таким образом, по мнению экспертного сообщества, надеяться в настоящее время на уменьшение угроз, порождаемых производством наркотиков в Афганистане, не следует.

Поскольку в последнее время отношения между США и Пакистаном приобрели определенную напряженность, актуальной стала проблема вывода войск НАТО (да и в целом сил ISAF) из Афганистана до конца 2014 года. Поэтому интерес представляют экспертные оценки вероятности использования различных маршрутов вывода этих войск.

Согласованность мнений экспертов по данному вопросу оказалась очень низкой, однако, на наш взгляд, этот момент является вполне объяснимым. Как отметил один из опрошенных, «все рассматриваемые маршруты (через территорию Пакистана, через Среднюю Азию и Закавказье, через Центральную Азию и территорию России) будут задействованы, однако определить их приоритетность в настоящий момент затруднительно. Все будет зависеть от ситуации, решаемых задач и оперативной обстановки». Именно поэтому оценки экспертной группы оказались довольно рассогласованными.

Тем не менее, некоторое предпочтение в плане вероятности использования, эксперты отдали маршруту через территорию Пакистана (рис. 4).

Рис. 4

Что касается интересов России в вопросе предоставления ею транзитного маршрута для войск НАТО, то здесь мнения экспертного сообщества разделились (рис. 5).

Рис. 5

Если 28 % опрошенных считают, что такое решение в той или иной степени противоречит интересам Российской Федерации (как отметил один из экспертов, «эта вынужденная мера является результатом инерции устаревшей позиции России»), то 32 % полагают, что предоставление транзитного маршрута соответствует интересам РФ. Основная же группа опрошенных (40 %) считает, что данный вопрос, в общем-то, не затрагивает интересы Российской Федерации.

Таким образом, ранее довольно острая и вызывавшая резкие споры проблема использования территории России для вывода войск НАТО, в настоящее время, по мнению экспертного сообщества, является не очень актуальной.

Какие же основные угрозы национальной безопасности Российской Федерации, исходящие из Афганистана, будут иметь приоритетное значение после вывода в 2014 году сил ISAF?

Обобщенные экспертные оценки значимости этих угроз представлены на рис. 6.

Рис. 6

Наиболее значимой угрозой эксперты единодушно назвали «Сохранение наркотрафика». Этот вывод вполне согласуется с отрицательной позицией экспертов о возможности уничтожения или существенного сокращения в Афганистане посевов опиата.

Как наименее значимую эксперты определили угрозу «Сохранение американского военного присутствия в Афганистане и (или) соседних странах».

Угрозы «Проникновение афганских боевиков в государства Средней Азии» и «Рост исламского экстремизма в регионах России» получили, соответственно, вторую и третью оценки по приоритетности. Однако мнения экспертов по поводу этих угроз оказались довольно рассогласованными. Поэтому следует считать их практически равнозначными. Тем более, что, как указал один из экспертов, «данные угрозы взаимосвязаны. Проникновение афганских боевиков в государства Средней Азии обязательно приведет и к росту исламского экстремизма в регионах России».

Насколько велика роль тех или иных международных организаций в противодействии угрозам (в том числе и рассмотренным выше) со стороны Афганистана после 2014 года?

Отвечая на этот вопрос, эксперты оценили возможности таких организаций, как ШОС и ОДКБ.

Что касается Шанхайской организации сотрудничества, то здесь экспертное сообщество проявило в целом сдержанный оптимизм.

Лишь 19 % опрошенных оценили возможности ШОС, как «низкие» или «очень низкие» (рис. 7).

Рис. 7

Почти в два раза большее число экспертов (36 %) дали оценки «высокие» или «очень высокие». А 47 % опрошенных оценили возможности ШОС как «средние».

Правда, ряд экспертов отметили разницу между потенциальными возможностями ШОС и реализуемостью ее потенциала. Вот довольно «яркие» комментарии на эту тему: «Возможности – очень высокие. Реализация – средняя, если не низкая, по той простой причине, что Индия в Афганистане сама по себе, Китай сам по себе, Центральная Азия тоже. А Россия одна – это даже ниже среднего уровня». «На реплику Москвы: “Когда США и НАТО выдохнутся в Афганистане, за дело возьмемся мы – Россия, Индия, Китай”, Индия заявила “Ни при каких условиях нас там не будет”, Китай: ”Если и появимся, то под эгидой ООН”. Вот и вся ШОС».

Все же, можно полагать, что эксперты считают ШОС достаточно значимой организацией, способной противодействовать афганским «угрозам».

Менее оптимистически экспертное сообщество оценивает возможности и роль ОДКБ.

Здесь лишь 25 % опрошенных оценили возможности данной организации, как «высокие» или «очень высокие» (рис. 8).

Рис. 8

И наоборот, «низкую» или «очень низкую» оценки дали 37 % опрошенных. Еще 38 % экспертов оценили возможности ОДКБ как «средние».

Как отметил один из экспертов, «ОДКБ может сыграть весомую роль, но не сыграет. Как и ШОС, но по другой причине: у ОДКБ нет ни конкретной концепции, что делать в случае …, ни политической воли выработать такую концепцию».

Таким образом, возможности ОДКБ сыграть весомую роль в противодействии угрозам, исходящим из Афганистана, представляются экспертам не очень высокими.

Угрозы для России, исходящие из Афганистана после 2014 года, могут быть хотя бы частично нивелированы путем расширения сотрудничества между этими странами. Поэтому интерес представляют экспертные оценки перспективности возможных направлений сотрудничества России с Афганистаном в настоящее время и в ближайшем будущем. Обобщенные экспертные оценки по этому вопросу представлены на рис. 9.

Рис. 9

Из него видно, что оценки перспективности практически всех рассматриваемых направлений сотрудничества России с Афганистаном оказались чуть выше средней (оценки принимали значения  от 0,51 до 0,60 в шкале [0, 1]). С учетом погрешности экспертных измерений, это не позволяет провести надежное ранжирование представленных направлений по степени их перспективности.

Единственную относительно высокую оценку – 0,69 – получило направление «Подготовка гражданских специалистов в российских вузах».

По-видимому, полученные результаты объясняются тем, что, как указывалось выше, эксперты наиболее вероятным сценарием развития ситуации в Афганистане после 2014 года считают гражданскую войну с непредсказуемым исходом. В связи с этим, сотрудничество России с Афганистаном окажется крайне затруднительным и недостаточно перспективным, что и отражается в оценках экспертного сообщества.

 В заключение остановимся на следующих основных выводах, которые можно сделать по результатам проведенного экспертного опроса.

В настоящий момент экспертное сообщество затрудняется дать надежный прогноз развития ситуации в Афганистане после вывода войск США и НАТО. Тем не менее, по мнению большинства экспертов, наиболее вероятным сценарием им представляется возобновление в Афганистане гражданской войны с непредсказуемым на сегодняшний день исходом.

Наибольшее влияние на развитие внутриафганских событий после 2014 года будут иметь США и Пакистан. Роль России, Индии, Китая и Ирана, по мнению экспертов, будет менее значимой.

Уничтожения или существенного  сокращения посевов опиатов в Афганистане после вывода сил ISAF, по мнению экспертного сообщества, не произойдет. Поэтому наркотрафик из Афганистана будет оставаться основной угрозой национальной безопасности России на «афганском направлении», что потребует от нее принятия адекватных мер противодействия.

Потенциально значимым инструментом парирования угроз со стороны Афганистана после 2014 года является, по мнению экспертов, Шанхайская организация сотрудничества. Однако для ее эффективной работы требуется координация усилий всех стран–членов ШОС. ОДКБ, по мнению экспертного сообщества, является менее эффективным инструментом нейтрализации угроз на «афганском направлении».

Среди возможных вариантов сотрудничества России с Афганистаном в настоящее время перспективным представляется подготовка афганских студентов и  гражданских специалистов в российских вузах. Другие формы сотрудничества, по мнению экспертов, окажутся труднореализуемыми ввиду вероятного обострения ситуации в регионе после 2014 года.