Письма сюда и отсюда

Аналитика
Что Вашингтон хочет от Москвы, что Москва хочет от Вашингтона

В этом году хроника российско-американских отношений пополнилась событием, которое может дать некоторый импульс их оживлению после принятия американским Конгрессом некорректного «Закона Магнитского» и одобрения Министерством юстиции США скандального «списка Магнитского» – одних из самых провокационных и несбалансированных актов Вашингтона, предпринятых им против Москвы со времени окончания холодной войны. 15 апреля со специальной миссией российскую столицу посетил советник американского президента по вопросам национальной безопасности Томас Донилон. Именно «советник», а не «помощник», как часто ошибочно называют его должность, носящую в США отнюдь не технический, а именно политический характер и по этой причине являющуюся несопоставимо более высокой по сравнению с функциями помощника. В нашей стране полным эквивалентом его должностного уровня является должность секретаря Совета безопасности Российской Федерации. Потом в Москве побывал и госсекретарь США Джон Керри. 

ГЛАВНАЯ ЦЕЛЬ И ОЦЕНКА ВИЗИТА 

Особая миссия посланца Белого дома заключалась в том, что он привез с собой президенту Владимиру Путину личное письмо от Барака Обамы, которое, как это часто бывает в переписке между главами зарубежных государств, в силу своего чувствительного характера не было предано огласке. Тем не менее можно предположить, что послание носило конструктивный характер, поскольку было воспринято в российском руководстве в позитивном ключе, как об этом заявил один из высокопоставленных представителей Совета национальной безопасности США. Как заявил агентству Интерфакс Юрий Ушаков, являющийся помощником президента Российской Федерации по вопросам внешней политики (у нас действительно «помощник», причем не технический, а государственно-политический, да к тому же проработавший в Соединенных Штатах в качестве российского посла в 1999–2008 годах), визит Томаса Донилона в Москву и привезенное им письмо Барака Обамы на имя Владимира Путина несут в себе «позитивные сигналы». 

Для российской стороны было важно, что американский президент, первым начавший беспрецедентное давление на Москву, первым же и обратился к российскому руководству с подобным письменным посланием. 

Правда, и российские, и американские эксперты признают, что время для передачи письма было выбрано не совсем удачно, поскольку это происходило на фоне усиления напряженности в отношениях между двумя странами. Главным образом в связи с публикацией «списка Магнитского», который блокирует возможность посещения Соединенных Штатов почти двум десяткам российских должностных лиц, подавляющее число которых не имеет никакого отношения к этому «делу», названному тем же именем. 

Американские должностные лица также отметили, что в ходе четырех раздельных бесед Томаса Донилона с высокопоставленными российскими государственными деятелями его собеседники выразили «неудовольствие» по поводу этого шага, который не способствовал укреплению двусторонних отношений между двумя странами. Но иного варианта просто и не могло быть, так как «список Магнитского» с визовыми и экономическими санкциями в отношении 18 российских государственных служащих слишком глубоко задел не только российских лидеров, но и простых российских граждан. Задел своей бесцеремонностью и откровенным напором, свидетельствующим об опасной тенденции, господствующей в американском истеблишменте: Россией, мол, по-прежнему надо манипулировать, «учить жить» и «наказывать». 

Как известно, до появления этого «закона» и «списка» Москва не раз сигнализировала Вашингтону, что даст на них адекватный ответ, что в конечном итоге и было сделано. С российской стороны был составлен свой список, в который были включены 18 американских граждан, в том числе два члена администрации Джорджа Буша-младшего, которые попустительствовали применению пыток, два бывших начальника военной тюрьмы в Гуантанамо, а также еще несколько персон, причастных к нарушениям прав и свобод российских граждан за рубежом. В Москве особо отметили, что в отличие от американского, сформированного произвольно, в российский список были включены те, кто причастен к легализации пыток и бессрочному содержанию заключенных в спецтюрьме Гуантанамо, к арестам и похищениям российских граждан в третьих странах, посягательствам на их жизнь и здоровье. 

ЧТО ЖЕ БЫЛО В ПОСЛАНИИ? 

В самом деле – что? Осведомленные источники в Москве и Вашингтоне ограничились лишь краткой информацией, что в своем письме Барак Обама затронул проблематику дальнейших сокращений стратегических наступательных вооружений Россией и Соединенными Штатами, вопрос о противоракетной обороне, необходимость сдерживания угрозы применения баллистических ракет Ираном и Северной Кореей, а также важность расширения американо-российских торгово-экономических отношений, которые отстают от уровня, достигнутого в этой сфере с другими странами мира. 

В Москве также считают, что достигнутый объем товарооборота между Россией и США в пределах 30 млрд. долл. явно не соответствует возможностям двух стран (например, он в три раза меньше, чем у России с КНР). В своем послании американский президент также выдвинул предложение об использовании «страховочной сетки», гарантирующей отношения сторон от негативных колебаний политической конъюнктуры. То есть Барак Обама солидаризовался с аналогичной идей Владимира Путина, с которой тот выступил в ходе их двусторонней встречи в Лос-Кабосе (Мексика) в июне прошлого года. 

Один из высокопоставленных представителей американской администрации, участвовавший в этих беседах с российским руководством, сообщил на основе анонимности, что Томас Донилон приезжал в российскую столицу «с весьма конкретными предложениями по вопросам безопасности и экономических отношений», а проявленная готовность президентов России и США встретиться дважды в этом году – сначала в июне в Северной Ирландии на саммите «большой восьмерки», а затем в сентябре в Санкт-Петербурге в привязке к встрече в верхах «большой двадцатки» – создает «некий конкретный рабочий план» их взаимодействия. Кроме того, Барака Обаму ждут в Москве с визитом. Остается в силе приглашение посетить Россию, уже давно переданное ему. 

В Вашингтоне надеются, что «сильный» сигнал, посылаемый Владимиру Путину, свидетельствует о готовности американского президента вернуться к ведению нормальных дел с Кремлем и отказаться от горького привкуса, который недавно проявился в двусторонних отношениях по целому ряду причин. Хорошо, если бы это реально случилось, поскольку состояние российско-американских отношений во многом определяет характер военно-политической ситуации в мире, а не только между ними. Москва готова подхватить такие сигналы и углублять отношения без ограничений, разумеется, если Вашингтон откажется от менторского тона и от вмешательства в наши внутренние дела. 

В Кремле рассматривают сигналы, поступающие из Вашингтона, как идущие в позитивном русле. Как отметил в беседе с журналистами Юрий Ушаков, характер беседы российского президента с Томасом Донилоном был весьма положительным. «Как и характер тех сигналов, которые нам посылает сейчас администрация Обамы», – уточнил помощник Владимира Путина. 

Тем не менее обе стороны продолжают признавать наличие расхождений во взглядах по ряду вопросов регионального и международного значения. Сирия и развертывание системы ПРО США в Европе занимают особое место в этом реестре. Москва также обращает внимание на случаи насилия над усыновленными американскими семьями российскими детьми, а также похищение российских граждан на территории третьих стран с целью незаконного суда над ними. 

ЧТО МОЖЕТ БЫТЬ В ОТВЕТНОМ ПОСЛАНИИ? 

Российская сторона подходит к подготовке ответного послания Бараку Обаме с большим вниманием, стремясь сделать его максимально конкретным и содержательным. Оно тоже будет носить личный характер и не подлежит огласке. Передача его адресату была поручена секретарю Совета безопасности Российской Федерации Николаю Патрушеву. 

Ответное послание будет подписано президентом после согласования с заинтересованными министерствами и ведомствами. 

В частном порядке можно лишь пожелать, чтобы в нем излагался реальный метод устранения причин, мешающих движению сторон навстречу друг другу. Американская сторона должна отменить «список Магнитского», который является вмешательством во внутренние дела России и наносит урон российско-американским отношениям, а также «Акт Магнитского», принятый Конгрессом США в декабре минувшего года, который рассматривается в России как откровенный шантаж. Если не будет «актов и списков Магнитского», то не будет ответных мер Москвы в виде «актов и списков имени Димы Яковлева». «Война списков – не наш выбор, – заявили в российском внешнеполитическом ведомстве, добавив: – Пора бы политикам в Вашингтоне наконец осознать, что выстраивать отношения с такой страной, как Россия, в духе менторства и неприкрытого диктата бесперспективно». 

Что касается вопросов контроля над вооружениями, то США должны отказаться от дальнейшей реализации своего амбициозного и самого провокационного со времен окончания холодной войны противоракетного проекта в Европе, как от затеи, которая дестабилизирует ситуацию в Европейском регионе, да и в мире в целом. Эта проблема продолжает привносить в российско-американские отношения в сфере безопасности элемент непредсказуемости. Она также может в перспективе вызвать гонку противоракетных и ядерных вооружений с вовлечением в нее новых государств. Отказ Вашингтона от строительства операционных баз ПРО в Румынии и Польше мог бы стать важным шагом США к освобождению Европы от  «средств передового базирования». 

Без полного вывода с Европейского континента американского тактического ядерного оружия и его соответствующей инфраструктуры, которые также относятся к «средствам передового базирования», обстановка в Европе вряд ли будет оставаться стабильной. В этой связи надо заметить, что аналогичных российских средств у территории США нет и, как было заявлено, не будет. Так что полный паритет в этом деле должен соблюдаться и американской стороной. 

Без урегулирования этих проблем подписание нового договора СНВ-4 может оказаться невозможным, поскольку наличие значительного превосходства Соединенных Штатов по ударно-боевым средствам перехвата баллистических ракет над сокращаемыми носителями СНВ может самым серьезным образом затронуть безопасность российских стратегических ядерных сил и национальную безопасность России в целом. Тем более если учесть, что на саммите НАТО в мае прошлого года было провозглашено создание «чикагской триады», объединяющей ядерные, противоракетные и обычные вооружения. Тем более если учесть, что Вашингтон сохраняет ядерную стратегию «превентивного и упреждающего» ударов, в том числе по России. 

Нужно, наконец, решить и вопрос о предотвращении размещения оружия в космосе, от чего так упорно уклонялись многие американские администрации. В частности,  важно начать переговоры об ограничении противоспутниковых систем и о неразвертывании вооружений класса «космос–Земля». 

Вполне возможно возобновить прерванный американской стороной диалог о предотвращении инцидентов подводных лодок России и США, находящихся в подводном положении. 

Нуждается в коренном обновлении Договор по обычным вооруженным силам в Европе в связи с тем, что прежний договорный акт по этому вопросу фактически прекратил свое существование. Требуется принципиально новый договор с участием в нем всех стран НАТО, договор, который не предусматривал бы фланговых ограничений на военную технику и дисбалансов по вооружениям в пользу альянса, а также не включал бы в себя искусственных увязок с урегулированием разного рода конфликтных ситуаций. 

Короче говоря, повестка дня двусторонних отношений Москвы и Вашингтона, в особенности в области сокращения вооружений и ограничения военной деятельности, нуждается в радикальном пересмотре и обновлении. И здесь нужны не обещания и рассуждения общего плана, а конкретные дела и конкретные договоренности. Несомненно, что это было бы самым позитивным образом встречено всеми без исключения государствами мира.  

Источник: Независимое военное обозрение