Украинская церковь после крымских событий: куда качнется маятник религиозного противостояния православных, униатов и раскольников

Мы в СМИ
Украинская православная церковь Московского Патриархата (УПЦ МП) оказалась в заложниках сложной политической ситуации. Она также испытывает давление со стороны униатов (греко-католиков) и раскольников «Киевского Патриархата» (КП), который возглавляет лжепатриарх Филарет (Денисенко).

С религиозной точки зрения Украина сегодня – это пороховая бочка. Там продолжаются захваты храмов, давление на священников. Как в этой ситуации Русской православной церкви не растерять свою паству? Как не допустить столкновений на религиозной почве?

Ситуацию анализирует Владислава Филянова, начальник сектора исследования межнациональных и религиозных проблем Российского института стратегических исследований.

– Владислава Николаевна, местоблюститель УПЦ Митрополит Онуфрий недавно стал членом Синода РПЦ. Укрепит ли это позиции Москвы в Украинской православной церкви?

– Украинская православная церковь находится в юрисдикции Московского Патриархата, но при этом имеет статус самоуправляемой автономной церкви. Митрополит Онуфрий был включен в Синод как местоблюститель Киевской церковной кафедры в условиях болезни митрополита Киевского Владимира, который входил в Синод и представлял на заседаниях Украину. Таким образом, православные на Украине увидели, что голос их местоблюстителя учитывается. На УПЦ МП оказывается давление – продолжается захват храмов, осквернение церквей разными надписями, вытеснение клириков УПЦ с мест традиционных богослужений – например, на кладбищах.

В некоторых местах вывешиваются «позорные списки» с именами священников УПЦ за их связь с Москвой. Поддержку новой власти оказывает так называемый «Киевский Патриархат», который возглавляет лжепатриарх Филарет (Денисенко). Это раскольники, отколовшиеся от РПЦ после распада Советского Союза с целью создания независимой от Москвы националистической церкви. Митрополит канонической и законной церкви Онуфрий находится в очень сложной ситуации.

Он и Синод УПЦ высказались за территориальную целостность Украины. Патриарху Кириллу в начале марта было направлено послание с просьбой посодействовать этому. Кроме того – УПЦ МП официально признала нынешнее правительство Яценюка и Турчинова. Российское государство, как известно, не признает их законной властью, а считает, что Янукович – легитимный президент Украины. Кроме того, почти сразу же после переворота представители УПЦ МП вошли в комиссию по урегулированию раскола между православными – ведут диалог с «Киевским Патриархатом». Не исключено, что это формальная тактическая мера.

– Если ставить все точки над i, называть вещи своими именами УПЦ МП – не приветствует присоединение Крыма к России?

– Да. Потому что в своем февральском послании Митрополит Онуфрий выступал за территориальную целостность Украины. Но официальных церковных заявлений по крымской теме не было.

– Многих удивил тот факт, что крымские епархии после присоединения Крыма к Украине остались в юрисдикции УПЦ МП, а не перешли в юрисдикцию РПЦ. Почему?

– Присоединение Крыма к России произошло только-только и очень стремительно. Крымская и Симферопольская епархии и так находятся в лоне Московской Патриархии – но только в рамках УПЦ. Церковь – это не политический организм. Здесь не нужна спешка. Понятно, что и так – после присоединения Крыма к России, положение крымской паствы улучшится. На эту территорию теперь распространится религиозное законодательство Российской Федерации.

На Украине крайне либеральное религиозное законодательство, дающее широкие права сектам, раскольникам. Раньше в Крыму не особо поддерживались инициативы по строительству новых храмов Московской Патриархии. Киев, делавший ставку на раскольничий «Киевский патриархат», опасался этого. Также возникали униатские храмы в тех областях, где униатов никогда не было. Срочной необходимости выводить Крымскую и Симферопольскую епархию из состава УПЦ – нет. Это был бы слишком поспешный шаг. Запад и радикалы на Украине получили бы возможность обвинять Патриарха в политизированности.

Жители Крыма сделали свой выбор на референдуме, пожелав войти в состав России из-за политики новых властей по дискриминации русского языка и русскоязычного населения, из-за угрозы прихода в Крым НАТО и захвата власти боевиками из западных областей Украины. С этим нельзя было медлить. А с точки зрения церковной – ситуация для постановки и разрешения территориальных вопросов еще не созрела. Правда, сейчас в Крыму начались провокации. Раскольники «Киевского патриархата» говорят, что у них отнимают имущество. Но епископ Крымский и Симферопольский Лазарь заявил, что это неправда, что это попытки раскачать ситуацию.

– Многих верующих смутило, что Патриарх Кирилл не был на подписании исторического договора с Крымом, не разделил народное ликование. От Московской Патриархии там был только митрополит Коломенский Ювеналий. Что это означает?

– Да, многие говорят: «Не нашлось Гермогена», способного защитить страждущую паству в тех областях Украины, где много русскоязычных людей – пророссийски ориентированных, они страдают из-за бесчинств боевиков и запрета на использование родного языка. Позиции епископов в русскоязычных регионах Украины – молиться о мире. Единственное, что они могут сказать пастве: «Давайте не будем разжигать между собой рознь». Патриарх Кирилл поступает в этой ситуации осторожно. После воссоединения Крыма с Россией многие на Украине воспринимают Россию как врага. Среди этих людей есть паства Русской православной церкви, а также священнослужители и епископы. На мой взгляд, чтобы не оскорблять их чувства, Патриарх Кирилл дистанцировался от этих событий.

– Как будут выстраиваться отношения УПЦ МП с униатами?

– Митрополит Онуфрий ничего плохого не говорит об униатах, хотя униаты были движущей силой Майдана. Он сам с запада – из Черновицкой епархии. И в одном из интервью недавно упомянул, что в его епархии захвачено два храма. Но его позиция – не высказываться против униатов, а также поддерживать отношения с «Киевским Патриархатом». Хотя нам из Москвы очевидно, что «Киевский Патриархат» – это радикальная, националистическая сила, которая будет сейчас давить на УПЦ, использовать тему Крыма в своей риторике против Москвы и для давления на УПЦ – с целью переманивания недовольных к себе. Скорее всего, давление на митрополита Онуфрия и на епископов в регионах может усилиться.

– Возможна ли эскалация?

– Новые власти в Киеве в этом не заинтересованы. И политики, и «Правый сектор» – все понимают, что им не нужна огласка в мировых СМИ, что они кого-то притесняют, что льется кровь. Стихийно люди на местах могут что-то творить – храмы осквернять или захватывать. Но люди, пришедшие к власти не хотят, чтобы мировое сообщество слышало о гонениях и религиозных войнах на Украине. Если будут обижать православных, паству РПЦ – у России будет повод говорить об этом на площадках ООН, вступиться за них. Поэтому украинские власти стараются минимизировать информационный резонанс. Но конфликты имеют место – люди на местах не в очень мирном настроении сейчас. Политические лидеры, пришедшие к власти, заинтересованы в отдельной от Москвы православной церкви. Если вдруг Украинская церковь решит вести реальные переговоры с раскольниками об объединении, южные и восточные русскоязычные территории опять окажутся в сложной ситуации, так как оборвется их последняя связь с Россией – через РПЦ.

– Как по вашим оценкам – греко-католики (униаты) сейчас перейдут в наступление?

– Религиозные победители Майдана – именно греко-католики. Они писали в своих изданиях, что Майдан принес Украине католическое возрождение. И сейчас они поднимают голову. Из-за участия в событиях Майдана они будут претендовать на определенные льготы от правительства – увеличение числа храмов, епархий, школ. Если раскол православных на Украине будет преодолен, то они, скорее всего, заговорят об экуменизме и дальнейшем соработничестве с православными. С раскольником Денисенко им будет проще договориться об унии, потому сейчас они будут поддерживать его. Все это представляет вызов для канонической церкви на Украине и потенциально содержит вызов для всего православия, так как могут произойти радикальные трансформации религиозной карты целого региона.