Политика США на «Большом Ближнем Востоке» и Евразийское мышление

Аналитика
Между странами Евразии существует много противоречий, но у них есть и общие интересы

Сразу оговорюсь, что автор не является сторонником термина «Большой Ближний Восток» (ББВ), включающего собственно Ближний Восток, а также Средний Восток и Центральную Азию. Мы используем это американское геостратегическое изобретение для обозначения формата государственных интересов США на евразийском континенте.

Наиболее очевидными элементами общего стратегического курса США на ББВ являются дестабилизация регионов Ближнего и Среднего Востока, а в перспективе и Центральной Азии; стимулирование активности радикальных исламистских группировок с целью создания хаоса в обширных районах не только с мусульманским населением, но и с приверженцами других конфессий; сохранение военного присутствия США на Среднем Востоке и создание условий для его распространения на Центральную Азию и Кавказ.

Нынешняя нарастающая нестабильность в регионе Ближнего и Среднего Востока представляет реальную угрозу всему евразийскому континенту. Начало этому процессу положила не так называемая «арабская весна», а американская операция в Афганистане и вторжение в Ирак, осуществленное под вымышленным предлогом наличия у Багдада оружия массового поражения и вопреки Уставу ООН. После событий 11 сентября 2001 года президент Дж. Буш объявил о том, что его страна начинает войну с международным терроризмом. Боевые и антитеррористические действия американских и натовских контингентов в ходе операции «Несокрушимая свобода» направлены против Движения талибов (ДТ) и «Аль-Каиды», созданных самими США, а также Исламабадом и Эр-Риядом. Другими словами, США вторглись на евразийский континент для борьбы со злом, к появлению которого сами же приложили немалые усилия.

Как представляется, изначально целью этой операции была не победа над талибами, невозможная по определению, а обеспечение долговременного военного присутствия США в непосредственной близости от границ Китая, Ирана, Пакистана, стран СНГ. Его инструментом должны стать американские базы в Афганистане. В последнее время, правда, в результате разногласий между Вашингтоном и Кабулом по поводу переговоров с талибами, а также вследствие нежелания Вашингтона поддержать клан Х. Карзая на будущих президентских выборах, отношения между Вашингтоном и Кабулом накалились. Б. Обама стал даже говорить о «нулевом варианте» американского присутствия в Афганистане после 2014 года. Тем не менее, Пентагон продолжает настаивать на том, чтобы американские военные в Афганистане остались. В любом случае, очевидно, что «американская война с терроризмом» остается не более чем ширмой для продвижения стратегических интересов США в Евразии, а также поводом для масштабного финансирования силовых структур США.

Каковы на сегодня результаты этой войны? Терроризм в Афганистане непрерывно растет, захватывая ранее относительно спокойные районы страны и распространяясь на сопредельные государства. Там «под крышей» ДТ обосновались международные террористические организации (МТО), которые нацелены, в первую очередь, на государства Центральной Азии и Кавказ. Такие исламистские группировки, как «Таблиге джамаат», «Нурджулар», «Хизб ут-Тахрир», «Ахль ас-Сунна ва Джамаа», «Исламское движение Узбекистана», «Исламское движение Таджикистана» и другие  в последнее время вовлекли в свои ряды значительное число граждан СНГ, в том числе, России, Европы и США. Борьба с такими МТО осложняется тем, что их подразделения базируются одновременно на территории нескольких государств. Например, горная подготовка боевиков осуществляется не только, как это было раньше, в  Пакистане и Афганистане, но и в Европе.

Распространение радикального исламизма, в том числе на Северном Кавказе, в странах СНГ принято объяснять в первую очередь социальными причинами: низким уровнем жизни в отдельных республиках, недостаточной занятостью молодежи и т.п. Подобные причины, действительно, имеют место, однако, нельзя забывать, что ислам является самой молодой, а значит и самой целеустремленной религией. Некоторые из его толков, направлений и организаций («Братья-мусульмане», ваххабиты, салафиты) ставят своей целью  экспансию на немусульманские территории, установление там исламского правления, чего и будут добиваться с присущим им фанатизмом.

В свою очередь присутствие американских военных на афганской территории после выполнения ими мандата ООН, если оно сохранится, будет не столько тормозить, сколько стимулировать активность радикальных исламистов. Уже самое наличие на территории той или иной страны иностранных военных неизбежно провоцирует экстремистские настроения. Самый же опасный для евразийского континента феномен заключается в налаженном взаимодействии Вашингтона с исламскими экстремистами. 

К примеру, в результате прямой военной поддержки, оказанной США и их союзниками по НАТО ливийской оппозиции, в руководстве Ливии закрепились, в том числе, исламисты. Убитый ливийскими экстремистами американский посол К. Стивенс во время натовской операции по свержению режима М. Каддафи координировал помощь США ливийской оппозиции. Тогдашний госсекретарь  Х. Клинтон задалась вопросом: «Как это могло произойти в стране, которую мы помогли освободить?». Однако он прозвучал, скорее, риторически. Американские канонерки для порядка немного побороздили воду вблизи ливийских берегов, на чем все и закончилось.

В Сирии более двух лет не прекращаются поддерживаемые Западом выступления вооруженной исламистской оппозиции, «человеческий материал» которой как нельзя более точно характеризуют не только постоянные теракты, применение химоружия, но и убийства христиан, в том числе такие зверские, как, например, имевшее место в июле 2013 года отсечение головы католическому священнику. В ее рядах воюют исламские экстремисты со всего света, в том числе, члены «Аль-Каиды». В этой связи возникает вопрос, кого Запад, в том числе европейские страны, поддерживают в Сирии? Того, с кем воюют в Афганистане? Дело здесь не в отсутствии логики, а именно в присутствии ущербной логики типа «враг моего врага – мой друг». Усилия США и их союзников по смене режима в Сирии, будучи прагматически оправданными с точки зрения интересов США, политически абсолютно аморальны с учетом их гуманитарных последствий.

Альянс самой могущественной экономики мира, питающей внешнюю политику, которая игнорирует международное право, с самой агрессивной и бескомпромиссной силой современности – исламским экстремизмом представляет собой наибольшую реальную опасность для стран Евразии. Это не означает, что исламский экстремизм не угрожает самим США, находящимся на другом континенте. Но масштабы этого бедствия на упомянутых континентах несопоставимы.

В числе прочих операция «Несокрушимая свобода» породила в Афганистане гигантскую наркопроблему. Только в течении первых десяти лет пребывания МССБ в Афганистане там было произведено наркотиков на сумму почти в 1 трл. долларов. Для самих США проблема афганских наркотиков проблемой не является: на внутренний американский рынок наркотики поступают в основном из Колумбии и Мексики. Афганскими наркотиками травят население России и американопослушной Европы, которая, в общем-то, ввязалась в Афганистане в чужую войну.

Наши беседы с европейскими дипломатами, военными и политическими аналитиками привели к неутешительному выводу о наличии у них дефицита самостоятельного мышления в части, касающейся международных проблем. Взять ту же афганскую наркопроблему. В год от афганского героина в странах НАТО умирает до 10 тысяч человек, что в пятьдесят раз превышает совокупные военные потери сил коалиции в Афганистане. Когда речь идет о противодействии афганской наркопроблеме, американцы делают упор на противодействие наркотрафику, а не выращиванию опиатов, чтобы, не дай Бог, не обидеть афганских наркоборонов. Это в ущерб себе с пониманием воспринимается и европейскими представителями. Необходимость бороться с выращиванием наркотиков в Афганистане как с главным источником наркопроблемы отклика у них почти не находит. Только в последнее время по инициативе Италии в позиции Евросоюза в этом плане наметился некоторый прогресс.

Добиться, скажем, от некоторых французских военных аналитиков признания пагубности содействия исламским экстремистам, как это было в Ливии и сейчас происходит в Сирии, невозможно. Аргумент о том, что оружием, предоставленным натовцами ливийской оппозиции, убивали французских военнослужащих в Мали, не перевешивает их приверженность союзническому долгу, не понятно, в чьих интересах выполняемому.

Или, взять, к примеру, Турцию, которую сотрясают внутренние беспорядки. Она находится на острие  натовской операции против Сирии. Анкара попала в крайне сложное положение. С одной стороны, она вынуждена следовать общей линии НАТО, с другой, перспектива появления рядом с Турцией, экстремистского государства по типу Ливии для нее убийственна, хотя бы потому, что значительную часть бюджета страны  составляют доходы от туризма. Турецкой оппозиции это дает сильнейший аргумент, заключающийся в том, что без смены власти в стране изменения в лучшую сторону не возможны. Исполнение Анкарой «союзнического долга», таким образом, подливает масла в огонь внутреннего конфликта, изначально никакого отношения к сирийским событиям не имевшего.

Между странами Евразии существует много противоречий, но у них есть и общие интересы – стабильность, экономическое развитие, противодействие исламскому экстремизму. Пока не произойдет их осознание на евразийском уровне, весь континент будет в опасности. На наш взгляд, для евразийцев наступило время отказа от старых политических штампов и выработки нового евразийского мышления. Надежды же на то, что большие беды, такие как исламский экстремизм, терроризм и наркотики сильнее ударят по соседу, чем по тебе, могут обернуться для Евразии катастрофой.

Тем не менее, надежды на то, что европейская избушка в ближайшее время повернется к общим континентальным проблемам передом, а к атлантизму своей противоположной стороной, невелики. Значительно более остро, чем европейцы, последствия американского вторжения в Афганистан и другие проблемы, связанные с исламским экстремизмом, терроризмом и наркотиками, воспринимают региональные государства. Отсюда пришло понимание необходимости регионализации усилий по стабилизации ситуации в Афганистане и вокруг него. Противодействие атлантизму на региональном политическом поле, возможно только при объединении усилий главных евразийских гигантов – России, Китая и Индии при поддержке соседних стран. С учетом известных противоречий, существующих в этом треугольнике и по его периметру, такую задачу легче сформулировать, чем решить. Однако крайне важно не упустить момент, после которого двигаться в этом направлении будет уже поздно.