Уроки холодной войны для предотвращения гонки вооружений в Азии

Аналитика
Американский взгляд на проблему наращивания военной мощи Китая

В июне 2013 года в Италии прошла организованная Джорджтаунским университетом (США) конференция на тему «Уроки холодной войны для предотвращения гонки вооружений в Азии» с привлечением американских, европейских и российских экспертов. От РИСИ в конференции принимала участие научный сотрудник Центра Евроатлантических исследований Т.Б. Аничкина.

Впервые после окончания холодной войны позиции Соединённых Штатов Америки, как единственной сверхдержавы, начинает угрожать растущая мощь другой страны – Китайской Народной Республики. Отношения двух государств осложнены как множеством неурегулированных проблем и взаимных претензий (операции в киберпространстве, права интеллектуальной собственности, валютное регулирование, права человека и т.д.), так и отсутствием взаимного стратегического доверия. Сравнивая американо-советские отношения времён холодной войны и современные отношения между Вашингтоном и Пекином, американские аналитики называют последние куда менее устойчивыми и предсказуемыми. Несмотря на глубокую экономическую взаимозависимость США и Китая, в сфере национальной безопасности и стратегической стабильности между ними ещё не сформирована культура переговоров и достижения политических компромиссов.

В центре внимания участников конференции был вопрос о том, насколько правомерно проводить исторические параллели между американо-советским противостоянием и нынешним соперничеством Вашингтона и Пекина на мировой арене. Есть определённые сходные черты: и СССР, и Китай начинали свое восхождение к паритету с США с позиции догоняющей страны; реакция США на появление стратегического соперника в обоих случаях заключалась в наращивании военно-политического присутствия в проблемном регионе – будь то Европа или Азиатско-Тихоокеанский регион (АТР). Но существуют и ключевые отличия: во-первых, СССР вступил в противостояние с США ещё в процессе своего становления, в то время как Китай, по всей видимости, проявляет сдержанность до тех пор, пока не сможет говорить с США на равных. Во-вторых, Москва и Вашингтон практически изначально действовали на международной арене в рамках или посредством военно-политических союзов, предпочитая не доводить дело до открытого двустороннего военного конфликта (исключением стал Кубинский кризис 1962 года). США и Китай сегодня сталкиваются на мировой арене «лицом к лицу», а среди стран Азиатско-Тихоокеанского региона до недавнего времени не наблюдалось стремления к действиям в многостороннем формате. Таким образом, для США выяснение реального потенциала Китая имеет важнейшее значение для определения своего курса в регионе, что особенно актуально после объявленного в 2011 году смещения военно-политического фокуса Вашингтона в сторону АТР.

Военный потенциал Китая

Оборонный бюджет Китая демонстрирует ежегодный рост в течение уже 21 года подряд. Не стал исключением и 2012 год: военные расходы составили 106 млрд. долл., что на 11,2% выше по сравнению с 2011 годом. Этот показатель ставит Китай на второе после США место по объему военных расходов. При этом официальные данные не учитывают целый ряд статей (закупки вооружений и военной техники за рубежом, модернизацию ядерных сил и так далее). По оценке Стокгольмского института исследований проблем мира (СИПРИ), официальные цифры военного бюджета занижены как минимум на 50%.[1] Министерство обороны США считает, что реальные военные расходы Китая составляют от 120 до 180 млрд. долл.[2]

Модернизация военного сектора Китая, особенно развитие программ строительства авианосцев, истребительной авиации, баллистических ракет и космических систем расширяет его возможности в отношении так называемой стратегии контроля над пространством и проецирования силы, что в свою очередь ограничивает свободу действий вооружённых сил США, в первую очередь в западной части АТР. Активизация китайских военных и военизированных подразделений в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях вызывает беспокойство его соседей по региону – союзников США. Как следствие, Вашингтон тревожит неопределенность в вопросе о том, «носит ли укрепление военного потенциала Китая по сути оборонный характер, либо указывает на стремление к региональному и в конечном счете глобальному доминированию».[3]

Китайский ядерный арсенал

В рамках более широкой программы военной модернизации за последние два с лишним десятилетия Китай качественно и количественно совершенствует свои ядерные силы. В докладе Конгрессу США, представленном в ноябре 2012 года Комиссией по обзору американо-китайских отношений в области экономики и безопасности, приведён ряд оценок современного ядерного арсенала Китая[4]. Их сравнительный анализ показывает, что большинство западных экспертов оценивают запасы ядерных боеприпасов у Китая в пределах от 100 до 500 единиц.

Наиболее общепринятая американская оценка нижнего порога количества развёрнутых ядерных боезарядов Китая составляет 200 единиц.[5] На цифру в 240 боезарядов указывают сразу несколько американских источников: исследователь из Гарвардского университета Х. Жанг, Федерация американских учёных, ведущие эксперты по ядерному оружию стран мира Х. Кристенсен и Р. Норрис.

Однако с подобными оценками ядерного арсенала Китая согласны далеко не все американские эксперты. В выполненном Джорджтаунским университетом (г. Вашингтон) исследовании общие запасы ядерных боеприпасов у Китая оценены в 3000 единиц[6]. В своём анализе руководитель группы Филипп Карбер опирается в первую очередь на данные о так называемой Великой Китайской подземной стене – масштабной (протяженностью более 5000 км) системе подземных туннелей и хранилищ, построенных китайскими стратегическими ядерными силами – Второй артиллерией – и предназначенных исключительно для транспортировки, маскировки и защиты китайских ядерных вооружений. Строительство этих тоннелей, по оценкам американских источников, ведётся с 1950-х годов. (информация Министерства обороны США) либо с 1985 года[7]. При этом соответствующая информация в китайские и зарубежные СМИ стала просачиваться в начале 1990-х годов., а детали – в 2009 году.

Министерство обороны США считает, что Вторая артиллерия может использовать эти тоннели для «размещения командных пунктов и систем коммуникаций, хранения систем вооружений и оборудования и защиты личного состава»[8]. Хотя размер тоннелей не обязательно является доказательством наличия в них тысяч ядерных боезарядов, он тем не менее заставляет задуматься о целях столь масштабного проекта и, по мнению ряда американских экспертов, как минимум, затрудняет выполнение «противосилового» нацеливания ядерного оружия предполагаемого противника.[9]

«Завышенные» оценки размера ядерного арсенала Китая встречаются и в американских СМИ. Так, в газете «Уолл стрит джорнал» была опубликована статья о том, что Пекин может иметь от 1000 до 3500 ядерных боеприпасов[10].

Интересно, что Конгресс США в своём официальном докладе ссылается также на информацию Министерства национальной безопасности Тайваня, которое оценивает ядерный арсенал Китая в 450-500 боезарядов[11], то есть в два раза выше, чем большинство американских специалистов.

Можно утверждать, что экспертное сообщество США в области контроля над вооружениями уже более двух лет находится в состоянии раскола (мнения расходятся прежде всего по вопросу назначения подземных тоннелей и тесно связанной с ним проблемы размера китайского ядерного арсенала).

Участники конференции пришли к выводу о том, что для США отсутствие подтверждённой информации о размере, возможностях и задачах китайского ядерного арсенала ставит под вопрос следующий этап переговоров с Россией по сокращению стратегических наступательных вооружений (СНВ) и способность сохранить советско-американский Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности 1987 года по причине возможного выхода из него России.

Что касается уроков холодной войны, то участники конференции согласились, что далеко не все из них могут быть использованы в современной ситуации в Азии. Так, например, один из ядерных уроков советско-американской истории переговорного процесса по СНВ, а именно эффективность президентских ядерных инициатив по одностороннему сокращению тактических ядерных вооружений 1990-х годов, совершенно неприменим в сложившихся в АТР сегодня условиях. Страны региона, обладающие ядерным оружием, не имеют многолетнего опыта Москвы и Вашингтона по достижению договоренностей в ядерной сфере и постепенному созданию основы взаимного доверия в этой области, которое делает возможным достижение взаимоприемлемых результатов без системы верификации и подписания межгосударственных соглашений, требующих долгой и не всегда успешной процедуры парламентской ратификации.

В то же время, эксперты сошлись во мнении, что необходимо рассматривать историю холодной войны и современные стратегические отношения между США и Китаем в форме сравнения соответствующих системообразующих этапов (например, 1945-1950/52 годов. следует сопоставить с 1970-2012 годов. – в качестве периода становления соответствующих отношений). Разбив историю холодной войны на несколько периодов (например, следующими после становления конфликта этапами холодной войны были 1950/52-1960/62 годы, 1962-1972 годы. и 1972-1990-е годы.) можно провести сравнительный научный анализ того, насколько её развитие соответствует современным процессам. И наконец, такого рода методологический конструкт был бы полезен в качестве инструмента прогнозирования исхода американо-китайского противостояния на глобальном уровне.



[1] SIPRI.org, Sources and Methods for SIPRI Military Expenditure Data. http://www.sipri.org/databases/milex/sources_methods.

[2] Office of the Secretary of Defense, Annual Report to Congress: Military and Security Developments Involving the People’s Republic of China 2012 (Washington, DC: Department of Defense, 2012).

[3] 2012 Report to Congress of the U.S.-China Economic and Security Review Commission. November 2012, Washington. P. 145.

[4] Ibid. P. 175, 176.

[5] US-China Economic and Security Review Commission, Hearing on China’s Cyber and Nuclear Capabilities, written testimony of Henry Sokolski, March 2012.

[6] Karber Ph. Strategic Implications of China’s Underground Great Wall // Georgetown University Asian Arms Control Project. 2011, Sept. 26.

[7] Zhang H. Nuclear Modernization in China in Ray Acheson, ed. ‘Assuring Destruction Forever: Nuclear Weapon Modernization Around the World’. N.Y.: Reaching Critical Will, March 2012. P. 18.

[8] Office of the Secretary of Defense, Annual Report to Congress: Military and Security Developments Involving the People’s Republic of China 2011 (Washington, DC: Department of Defense, 2011). P. 36.

[9] James Acton. The Underground Great Wall: An Alternative Explanation. Washington, DC: Carnegie Endowment for International Peace, October 26, 2011.

[10] Stephens B. How Many Nukes Does China Have? // The Wall Street Journal. 2011, Oct. 24.

[11] 2012 Report to Congress… Р. 176.