О некоторых подходах Европейского союза к регулированию финансовой сферы в условиях кризиса

Аналитика
 ЕС продолжает разрабатывать меры, направленные на преодоление финансово-долгового кризиса в регионе

 Несмотря на некоторое улучшение экономической ситуации в Европейском союзе, связанной со стабилизацией на рынках стран южной Европы, ЕС продолжает разрабатывать дополнительные меры, направленные на преодоление финансово-долгового кризиса в регионе.

Одними из наиболее обсуждаемых инициатив, стоящих на повестке дня в Европейском союзе, представляются: введение налога на финансовые операции (Financial Transaction Tax), который будет взиматься при совершении сделок с ценными бумагами и производными инструментами, а также принятие дополнительных мер, направленных на борьбу с «офшоризацией» экономик стран ЕС. Под последней, впрочем, в большей степени понимается использование офшорных юрисдикций резидентами Евросоюза в  целях сокрытия своих налоговых обязательств, а также проведение агрессивного налогового планирования, направленного исключительно на минимизацию уплачиваемых налогов за счет использования несовершенства национальных налоговых норм.

Необходимо отметить, что данные инициативы обсуждаются в рамках различных институтов Евросоюза уже достаточно давно, еще с 2011г., а привлечение к ним широкого внимания в последние дни вызвано принятием на заседании Еврогруппы решения о возможности введения специального налога на финансовые операции в одиннадцати станах ЕС. Основной целью нового налога называется снижение доходности спекулятивных операций на финансовых рынках и сокращение за счет этого возможностей давления на рынок со стороны финансовых институтов. В результате, данный налог должен способствовать более эффективному распределению ресурсов в реальном секторе экономики.

Планируется, что налог будет составлять 0,1% для сделок с акциями и облигациями и 0,01% для производных инструментов[1]. По отдельным оценкам, такой налог, если бы он был введен единовременно во всех странах Европейского союза, позволил бы получать дополнительные доходы в размере не менее 57 млрд. евро в год[2]. Однако далеко не все страны ЕС поддержали данную инициативу. Против его принятия высказались Великобритания, Швеция, Нидерланды, а также ряд других членов ЕС, которые считают, что новый налог приведет к оттоку капитала в государства, где подобные сборы с фондовых операций не взимаются, и в связи с этим опасаются за свои национальные финансовые рынки.

Тем не менее, согласие с этой налоговой инициативой одиннадцати государств ЕС, включая Германию и Францию, стало достаточным для начала процесса «группового сотрудничества», в рамках которого часть стран Союза получает возможность проведения совместных инициатив на своей территории, что и планируется сделать в отношении нового налога.

Для них оценка потенциального дохода от взимания нового налога определяется на уровне от 10[3] до 35 млрд. евро[4]. А для того, чтобы инвесторы не перевели свои операции на другие финансовые рынки, к примеру, в Нью-Йорк, планируется, что обложение налогом будет происходить и в отношении продавца, и в отношении покупателя, в случае если хотя бы один из них находится или действует в интересах резидента участвующего в налоговом соглашении государства, а также при операциях с ценными бумагами, выпущенными в странах налоговой зоны[5]. Сам налог в этих странах может быть введен с 2014г.

Необходимо отметить, что во Франции подобный налог уже действует с середины 2012г. И хотя данных о его эффективности пока не опубликовано, первые выводы уже можно сделать. Так, в результате введения нового налога объем торговли сократился  на 15-20%[6]. Таким образом, можно говорить о том, что введение налога меняет поведение инвесторов и в дальнейшем, вероятно, позволит добиться поставленных целей по снижению объемов спекулятивных сделок, которые, как отмечают отдельные эксперты, осуществляются участниками рынка преимущественно в целях получения соответствующих комиссий и вознаграждений. Ведь по статистическим данным 2011г. из 6,3 млн. операций с ценными бумагами, осуществляемых на рынках ЕС ежедневно, только 142 тыс. были произведены в интересах конечных приобретателей[7].

Вторым, не менее важным направлением регулирования финансовой сферы, обсуждаемым в рамках Европейского союза, является такой актуальный для России вопрос как отношения с офшорными юрисдикциями. По отдельным оценкам ежегодные потери бюджетов государств-участников ЕС от применения европейскими налогоплательщиками различного рода офшорных налоговых схем составляют около 1 трлн. евро[8], что представляется немаловажным аргументом для усиления борьбы с подобными явлениями в условиях снижения государственных доходов большой группы европейских стран.

В рамках работы с офшорными юрисдикциями планируется согласование и реализация нового плана действий, предусматривающего усиление активности по следующим направлениям:

1. Изменение порядка определения «налоговых гаваней» исходя из более жестких критериев, которые, как заявляется, будут, в том числе, оценивать:

- уровень налоговой нагрузки по сравнению со странами ЕС в целом;

- масштабы предоставления налоговых льгот нерезидентам и компаниям, ведущим деятельность в других странах;

- особенности определения местным законодательством таких определяющих в налоговой сфере понятий как «место образования прибыли» и т.д. и их соответствие принятым международным стандартам;

- уровень международного сотрудничества, в том числе в части обмена информацией.

В результате проведения новой оценки офшорных юрисдикций предусматривается создание так называемого «черного списка», в который будут включаться государства с уровнем контроля и регулирования деятельности офшорных компаний, несоответствующим стандартам Европейского союза. Также при отсутствии должного сотрудничества на межгосударственном уровне государствам-членам ЕС будет рекомендоваться избегать развития экономических связей, а в отдельных случаях - приостанавливать или расторгать соглашения об избежании двойного налогообложения с подобными юрисдикциями.

2. Модернизация условий двусторонних соглашений с офшорными юрисдикциями, направленная на сокращение возможностей по полному уходу от налогообложения в обоих государствах соглашения за счет использования различных лазеек в местном налоговом законодательстве, а также введение в соглашения принципов превалирования экономической сути операций над их юридическим и налоговым оформлением.

Для этого предполагается создать специальный механизм межгосударственного взаимодействия, при котором неуплата какого-либо налога при наличии двустороннего соглашения возможна лишь  в случае обложения данного дохода во втором государстве, что будет препятствовать его полному освобождению от налоговых платежей.

Переговоры об изменении подобных договоров уже ведутся ЕС с такими государствами как Швейцария и Лихтенштейн, так как эти юрисдикции активно используются для снижения налогообложения, в том числе и мошенническими путями, не только российскими экономическими субъектами, но и европейскими.

3. Также в подходах ЕС появляется такое новое понятие по отношению к офшорным юрисдикциям как «честная налоговая конкуренция», которого пока нет на международном уровне, где правила определяются на уровне ОЭСР.

Согласно данному подходу Европейский союз будет вправе проверить соответствует ли налоговый режим иного государства принятым в ЕС стандартам и в зависимости от этого принимать решение о включении или не включении его в черный список офшоров.

Главной задачей планируемых изменений называется создание одинаковых требований для европейских налогоплательщиков с тем, чтобы все участники предпринимательской деятельности имели равные условия в части уровня уплачиваемых налогов, равно как и привлечение дополнительных доходов в государственные бюджеты, что в условиях кризиса немаловажно для большинства стран Евросоюза.

Таким образом, в Европе находит понимание подход к сокращению возможностей для финансовых манипуляций и агрессивному налоговому планированию с использованием офшоров. В России, несмотря на отсутствие явных кризисных явлений, также наблюдается негативное воздействие нестабильности международных финансовых рынков на экономическую ситуацию в стране, что, на наш взгляд, предполагает принятие схожих мер, хотя бы в части ограничения недобросовестного использования льготных налоговых режимов офшорных юрисдикций.

Однако обсуждаемые на различных уровнях подходы существенно отличаются от европейских. При этом, если  в отношении регулирования финансового рынка, где российские новации направлены на стимулирование его развития, в том числе за счет предоставления налоговых льгот, это в силу его неразвитости выглядит оправданным, то отсутствие мер по ограничению недобросовестного использования офшорных юрисдикций, по нашему мнению, не учитывает негативного воздействия подобной практики на национальную экономику. Так, согласно последним инициативам засилие офшоров в российской экономике рассматривается исключительно как неизбежное следствие плохого инвестиционного климата, отсутствия необходимой защиты прав собственности и капиталов российских предпринимателей. Соответственно, все предлагаемые меры направлены лишь на изменение сложившейся ситуации в сфере инвестиционного климата, а именно проведение некоторых законодательных изменений, улучшающих возможности предпринимателей по ведению бизнеса в рамках российской юрисдикции. В частности, предлагается снизить налогообложение доходов от прироста капиталов и операций с ценными бумагами, а также юридически упростить процедуру наследования бизнеса с тем, чтобы повысить конкурентоспособность российской правовой системы на международном уровне.

Однако и сами меры выглядят недостаточными, более того они сопровождаются прямо противоположными требованиями, ущемляющими интересы в том числе и добросовестных российских владельцев офшорных компаний, что тем самым нивелирует все потенциально возможные последствия предлагаемых инициатив. Так, к примеру, согласно недавнему решению Высшего арбитражного суда исковые заявления офшорных компаний в отдельных случаях могут не приниматься к рассмотрению, если не будут раскрыты их бенефициары[9]. Аналогичные условия к раскрытию конечных выгодоприобретателей появляются и со стороны государства и государственных компаний. С одной стороны, подобные требования не должны быть препятствием к деятельности на территории РФ, с другой – они еще более ухудшают положение тех, кто пользуется офшорными компаниями в целях получения больших юридических гарантий и безопасности своей экономической деятельности.

В то же время та сфера использования офшоров, в целях борьбы с которой ЕС и разрабатывает новые меры, остается неохваченной. Более того, высказываются отдельные мнения о том, что на текущем этапе нет необходимости в применении принудительных или репрессивных механизмов, в том числе в отношении недобросовестного использования офшорных юрисдикций. Считаем, что данных подход не может быть верен, так как не учитывает двойственности связей национальных экономических субъектов и офшоров. Принятие программ, направленных на улучшение инвестиционного климата, возвращение собственности, находящейся на территории страны, в российское правовое поле, не должно отменять использование мер по противодействию противоправному использованию многочисленных офшорных схем, связанных с легализацией преступных капиталов и уходом от налоговых платежей.

Необходимо отметить, что подобный подход полностью согласуется с позицией и Президента, и Председателя Правительства России, которые не раз отмечали необходимость принятия и скорейшей реализации мер по противодействию незаконному использованию оффшоров, а также улучшению инвестиционного климата. На прошлой неделе Дмитрий Медведев, выступая на Красноярском экономическом форуме, отметил, что государству уже сейчас необходимо осуществлять энергичные действия, направленные на ускорение темпов экономического роста[10], что, в целом, совпадает с задачами, которые стоят и перед Европейским союзом. Следовательно, и возможности их решения в части обеспечения честной налоговой конкуренции экономических субъектов, а также изыскания дополнительных бюджетных доходов, столь необходимых для решения поставленных целей, в значительной части совпадают, что позволяет эффективно использовать новый опыт государств ЕС в вопросах регулирования отношений национальных предприятий с офшорными юрисдикциями.


[1]http://www.economist.com/news/finance-and-economics/21568433-early-evidence-french-tax-skimming-froth

[2]http://europa.eu/rapid/press-release_MEMO-12-799_en.htm

[3]http://online.wsj.com/article/SB10001424127887324624404578257633900398620.html

[4] http://www.ft.com/intl/cms/s/0/e82a3792-6a2a-11e2-a3db-00144feab49a.html#axzz2Kwp7J0rr

[5] http://www.vedomosti.ru/finance/news/9087731/evropejskie_strany_vvodyat_nalog_tobina

[6]http://www.economist.com/news/finance-and-economics/21568433-early-evidence-french-tax-skimming-froth

[7]ibid

[8] http://www.socialistsanddemocrats.eu/gpes/media3/documents/3842_EN_richard_murphy_ eu_tax_gap_en_120229.pdf

[9] http://www.vedomosti.ru/politics/news/8225101/tajna_ofshorov_obnazhitsya_v_sude?full

[10] http://government.ru/docs/22819/