Пхеньян подтвердил курс на укрепление стратегических сил сдерживания

Аналитика
Некоторые итоги заседания Центральной военной комиссии ТПК

Четвертое расширенное заседание Центральной военной комиссии Трудовой партии Кореи (ЦВК ТПК) 7-го созыва состоялось в мае в Пхеньяне. Решения этой Комиссии стали продолжением установок, утвержденных на декабрьском пленуме ЦК ТПК (2019 г.) и направленных на дальнейшее развитие стратегических сил страны.

На этом заседании были обсуждены темы укрепления обороноспособности страны и предотвращения военного конфликта с учетом сложных внутри- и внешнеполитических условий. Как сообщило ЦТАК, Комиссия выдвинула «новый курс на дальнейшее укрепление потенциала ядерного сдерживания КНДР и приведения стратегических сил Республики в режим повышенной боевой готовности». Примечательно, что отдельным пунктом повестки заседания ЦВК стало усиление огневой мощи артиллерии КНА[1]. Вероятно, таким образом Пхеньян продолжает подготовку к негативным сценариям возможной дестабилизации ситуации на Корейском полуострове.

Новый курс на приведение в повышенную боевую готовность стратегических сил сдерживания основывается на решениях декабрьского пленума ЦК ТПК. Этой линии соответствуют и  многочисленные испытания ракет малой дальности, проводившиеся с мая 2019 года. Достоверной информации о подробностях этих запусков не так много. Однако, суммируя имеющиеся данные, можно предположить, что северяне продолжают внедрять имеющиеся наработки в ракетной сфере в оборонно-промышленный комплекс Республики. В этой связи, некоторые южнокорейские наблюдатели высказали предположения о том, что в КНДР могут активизировать разработку новых видов подводных лодок, баллистических ракет для субмарин и даже вернуться к испытаниям ракет средней и большей дальности[2].

Фоном для заседания ЦВК и обнародования вышеозначенных мер стала сложная внешнеполитическая ситуация в Северо-Восточной Азии и на Корейском полуострове. Диалог между Вашингтоном и Пхеньяном заморожен, притом пока перспективы его возобновления остаются крайне туманными. Нет определенности и в межкорейских отношениях. Северяне через СМИ, ориентированные на внешнюю аудиторию, жестко критикуют «новую северную политику» Сеула, которая, по их мнению, все еще не избавилась от рудиментов прошлого и преследует цель сохранения конфронтации и давления на КНДР[3]. В одной из публикаций портала «Ариран мэари», ориентированного на зарубежных корейцев, даже констатируется: «чем сильнее власти Южной Кореи будут вооружаться, тем   сложнее будет ситуация в межкорейских отношениях»[4]. Вдобавок, еще одним вызовом для Северной Кореи стало все нарастающее соперничество между Китаем и США, которое не сулит ничего хорошего с точки зрения укрепления региональной безопасности.

Вместе с тем, потенциал мер по восстановлению переговорного процесса, предпринятых в 2018 – первой половине 2019 года, практически исчерпан. Еще в конце прошлого года, после неудавшихся американо-северокорейских консультаций в Стокгольме[5], в дипломатических и экспертных кругах высказывалось мнение, что реализации старых и выработке новых договоренностей препятствуют некоторые объективные сложности.

Ряд заявлений, озвученных представителями северокорейского внешнеполитического истеблишмента в начале 2020 года, свидетельствует о том, что в Пхеньяне не желают вести дела с Вашингтоном «под диктовку» администрации Трампа. Позиция КНДР сводится к тому, что главным условием возвращения к диалогу с Белым домом является полное обновление его политики на корейском направлении, в центре которой должен находиться принцип отказа от враждебных действий. Однако, в условиях сохраняющегося внешнего давления и отсутствия встречных шагов, северянам, по-видимому, не остается ничего иного, кроме принятия мер по укреплению обороноспособности своей страны.

В этом контексте возникает вопрос о будущем политического урегулирования ситуации на Корейском полуострове. Судя по всему, относительная «разрядка», в рамках которой стороны были готовы на мирные инициативы и даже на определенные уступки, сменилась их выжидательной позицией. Однако «подвешенное состояние», в котором оказался диалог по корейской проблеме, является переходным и вряд ли продлится слишком долго. В конечном итоге, рано или поздно участникам процесса урегулирования ядерной проблемы Корейского полуострова придется сделать выбор между эскалацией напряженности и возвращением за стол переговоров. Однако ясно, что в таких обстоятельствах, разговоры о денуклеаризации, и шире – стабилизации региона, останутся лишь благими пожеланиями, которые слабо стыкуются и со сложившимися политическими условиями, и с интересами противоборствующих государств.

 

 

[1] ЦТАК, 24.05.2020

[2] Рёнхап, 25.05.2020

[3] 박물관에서 꺼내온 《새 정책》(«Новая политика», взятая из музея). 아리랑메아리 (Ариран мэари), 10.05.2020. URL: http://arirangmeari.com/index.php?t=ring&no=3706 (дата обращения: 26.05.2020)

[4] 북남관계와 표리부동 (Межкорейские отношения и двуличность). 아리랑메아리 (Ариран мэари), 13.05.2020. URL: http://arirangmeari.com/index.php?t=ring&no=3716 (дата обращения: 28.05.2020)

[5] Jung H. Park. Why North Korea walked away from negotiations in Sweden. Brookings, 18.10.2019. URL: https://www.brookings.edu/blog/order-from-chaos/2019/10/18/why-north-korea-walked-away-from-negotiations-in-sweden/ (дата обращения: 26.05.2020)

КНДР