Бюджетный кризис в США

Аналитика
На фоне долговых проблем Европы и предрекаемого аналитиками дефолта Греции, несколько в тени остаются финансовые проблемы США. Между тем, за океаном ситуация выглядит лишь ненамного благополучнее европейской – Вашингтон фактически находится в худшем бюджетном и политическом кризисе за последние 15 лет.

П. В. Захаров,

старший научный сотрудник отдела международных экономических исследований,

кандидат исторических наук

На фоне долговых проблем Европы и предрекаемого аналитиками дефолта Греции, несколько в тени остаются финансовые проблемы США. Между тем, за океаном ситуация выглядит лишь ненамного благополучнее европейской – Вашингтон фактически находится в худшем бюджетном и политическом кризисе за последние 15 лет.


Финансовый год в США начинается 1 октября – тогда же должен вступать в силу утвержденный Конгрессом государственный бюджет. Однако из-за жесткого политического противостояния между демократами и республиканцами бюджет на 2011 финансовый год так и не был утвержден, причем перспективы его принятия вообще выглядят весьма сомнительными (между тем, в Конгрессе уже дебатируется бюджет на 2012 фин. год). Текущий, 2011-й финансовый год Америка существует в рамках так называемого продленного бюджета, определяющего финансирование большинства программ на уровне 2010 года, в котором был зафиксирован огромный дефицит – $1,3 трлн, что составляет около 9% ВВП.


Еще одна проблема США – колоссальный рост государственного долга. 16 мая 2011 года он достиг $14,3 трлн (95% ВВП), что является предельной «планкой» заимствований, разрешенной законом. Чтобы поднять эту планку, требуется согласие Конгресса США. Однако нижнюю палату Конгресса (Палату представителей) сейчас контролируют оппозиционные республиканцы. А они выступают резко против политики, проводимой администрацией Обамы, по «безудержному» наращиванию госрасходов.


Республиканцы также располагают 47 местами из 100 в верхней палате – Сенате, что позволяет им блокировать проведение неугодных решений, для которых требуется конституционное большинство (60 голосов).


Позиция республиканцев состоит в том, что проблему увеличения лимита госдолга нужно решать только в комплексе с мерами по сокращению государственных расходов. Они согласны поднять планку долга только в том случае, если будет принята долгосрочная программа по сокращению ряда статей госбюджета и проведена так называемая фискальная консолидация. В принципе, позиция весьма разумная, поскольку уже сейчас государственный долг США приблизился к критическим значениям, и, по всей видимости, до конца 2011 года превысит 100% ВВП. Обслуживать такую огромную массу в дальнейшем будет все труднее и труднее.


Политическое противостояние вокруг проблемы «долгового потолка» приобрело характер «кто кого»: либо демократы должны поступиться своими политическими принципами, либо республиканцы. А в последнее время в США политические страсти настолько накалены, что любая, даже тактическая уступка политическим противникам выглядит чуть ли не как предательство «дела партии».


Бюджетная дискуссия проходит на фоне постоянно ухудшающегося финансового положения государства. В апреле 2011 г. рейтинговое агентство S&P понизило прогноз по кредитному рейтингу США со «стабильного» на «негативный», пояснив, что страна имеет один шанс из трех потерять свой наивысший инвестиционный рейтинг (ААА) в связи с увеличивающимся суверенным долгом в ближайшие два года.


Все политические силы США понимают, что нужно что-то предпринять. Однако по поводу дальнейших изменений бюджетно-финансовой политики между двумя партиями существуют коренные расхождения. По сути дела, на кону стоят ключевые вопросы бюджетной, экономической и социальной политики государства на ближайшее десятилетие: будут ли повышены налоги, получат ли малоимущие дорогостоящее медицинское обслуживание, каким будет государственный долг США, сколько составят объемы субсидий внутренним производителям (например, фермерам). Все эти вопросы решаются в ходе дискуссии о «долговом потолке». Таким образом, здесь оказались сконцентрированы важнейшие политико-экономические пункты повестки дня сегодняшней Америки, по поводу путей решения которых обозначились две четко различимые стратегии.


Первую из них олицетворяет находящаяся у власти демократическая администрация Барака Обамы. Она состоит в том, чтобы обеспечить малоимущих медицинским обслуживанием за государственный счет, увеличить пособия по безработице и другие социальные дотации, предпринять меры бюджетного стимулирования экономического роста (например, за счет налоговых льгот для бизнеса, инвестиций в инфраструктуру и пр.) и в то же время сократить расходы на оборону. Нарастить социальные пособия демократы хотят за счет увеличения налогов (прежде всего, на богатых граждан) – за счет отмены налоговой поправки Буша, которая ввела пониженные коэффициенты подоходного налога для обеспеченных слоев, а также за счет увеличения налогового бремени на семьи, располагающие доходами свыше $250 тыс. в год.


Другую стратегию продвигает оппозиционная партия республиканцев. Она состоит в том, чтобы избежать любого повышения налогового бремени и в то же время, добиться сокращения государственных расходов, прежде всего на социальные программы (но не расходов на оборону!).


Одной их ключевых статей расходов федерального бюджета являются расходы на здравоохранение: программы помощи малоимущим гражданам Medicaid и пожилым – Medicare. Особенно затратной является последняя программа: на нее ежегодно расходуется $0,5 трлн, что является второй по размерам бюджетной статьей после расходов на оборону. При этом все политические силы понимают, что с американской медициной надо что-то делать – даже самая богатая страна в мире не может позволить себе таких трат.


Республиканцы предлагают резко сократить и в значительной мере приватизировать Medicare, отдав больше полномочий частным страховым компаниям и перенеся основное бремя расходов с государства на самих потребителей (в настоящее время государство несет 2/3 расходов, что предлагается сократить до 1/3). Демократы с этим категорически не согласны и выступают с довольно демагогическим лозунгом, что нельзя решать все трудности за счет стариков. В то же время, они, прекрасно понимая, что с этим надо что-то делать, предлагают свои варианты оптимизации расходов на Medicare. До окончательного согласия пока далеко.


Что касается сокращения расходов на Medicaid, оно ударило бы прежде всего по интересам малоимущих слоев и по той реформе здравоохранения, которую Обама с огромными трудностями протащил через Конгресс в 2010 году. Как известно, одним из ключевых обещаний нынешнего президента в ходе избирательной кампании 2008 года было предоставление медицинской страховки каждому работающему американцу. Допустить откат назад в данном вопросе для администрации равносильно потере политического лица. И именно этого, похоже, добиваются его политические противники.


Как нетрудно заметить, водораздел между республиканцами и демократами в социальном плане проходит между бедными слоями, которые хотели бы получать более качественные социальные услуги и богатыми, которые не хотят оплачивать подобный «социализм» за счет увеличения своих налогов. Отсюда проистекает и непримиримость позиций их политических представителей.


Ситуация осложняется тем, что в 2012 году в стране предстоят большие выборы, что провоцирует обострение политической риторики и не способствует поиску компромиссов. Политические противники склонны предлагать американским избирателям однозначные и «простые» решения и винить во всех бедах и невзгодах «провальную» политику своих конкурентов – демократы – Буша, а республиканцы – Обамы.


В итоге ситуация пока складывается патовая: бюджетно-долговую проблему невозможно решить, пока не будет достигнуто принципиального согласия с оппозицией, а она отказывается идти на частичные уступки. Поэтому политики пока игнорируют все «тревожные звонки», связанные с возможным понижением суверенного рейтинга и техническим дефолтом США.


После того, как официальный лимит государственного долга был достигнут, американское министерство финансов не может печатать новые казначейские облигации, чтобы финансировать текущий дефицит бюджета. Однако фактически государство продолжает наращивать заимствования: Минфин «запустил руку» в ряд государственных инвестиционных и пенсионных фондов (например, Пенсионный фонд госслужащих), призванные накапливать средства «на будущие поколения». Средства эти рано или поздно все равно придется возвращать, причем с процентами.


По оценке самого Минфина, действия всех резервных мер хватит лишь до 2 августа, после чего США больше не смогут продолжить обслуживание государственного долга, т.е. наступит дефолт. Разумеется, если до этого дня не будет достигнуто политическое соглашение о поднятии долговой планки.


Вместе с тем, некоторые наблюдатели выразили сомнение, что Америка должна объявить дефолт именно 2 августа. Так, группа конгрессменов-республиканцев указала на то, что правительство еще может продолжить обслуживать долг, распродавая имеющийся золотой запас (заметим, самый большой в мире).


Но администрация подобный вариант даже не рассматривает. Правительство не имеет право продать золото, поскольку оно принадлежит ФРС США. А последняя, как известно, является государственно-частным партнерством и не несет обязательств по долгам Минфина. Более того, прямое финансирование (даже кредитование) правительства (Минфина) со стороны ФРС официально запрещено законом (правда, фактически подобное кредитование применяется, но опосредованно – путем скупки Федеральным резервом государственных облигаций США).


Финансовая ситуация, в которую переживают США, в последнее время все больше напоминает имперское перенапряжение сил. Колоссальные военные расходы, связанные с военным присутствием во всех ключевых мировых регионах, бесконечные войны в Афганистане и Ираке, «точечные операции» в Ливии и других странах опустошили американской бюджет. Теперь же, начавшие расти еще в докризисные годы военные расходы накладываются еще на стимулирующие меры в экономике, а также рост социальных выплат. Даже самая богатая в мире страна уже не может позволить себе одновременно наращивать расходы по всем направлениям. Приходится выбирать между альтернативами, сокращая определенные статьи и вызывая недовольство соответствующего лобби. А здесь уже начинают действовать законы публичной политики, которая в США в последнее время, надо признать, становится все более идеологизированной и непримиримой.


В апреле республиканцы предложили свой план сокращения государственных расходов в размере $4 трлн в течение следующих 10 лет. Администрация Обамы ответила на него выдвижением своего проекта по снижению расходов также на $4 трлн однако на протяжении 12 лет (правда, при этом включила в итоговую цифру еще и кумулятивный эффект). Одним из ключевых расхождений является то, что демократы считают необходимым поднять налоги, на что республиканцы отвечают категорическим отказом.


В мае от республиканцев начали поступать и более радикальные версии бюджетной реформы – о сокращении расходов на $6 и более триллионов, что составляет 4-5% ВВП или около одной пятой всех расходов федерального бюджета. И признаков нахождения консенсуса по этим вопросам пока не наблюдается.


Тем не менее, среди большинства американских наблюдателей господствует мнение, что какой-то выход из этой ситуации в конечном итоге будет найден. В мае основные надежды по поводу возможного компромисса были сосредоточены вокруг фигуры вице-президента США Джозефа Байдена, который организовал межпартийную группу из 6 конгрессменов для переговоров по ключевым спорным вопросам. Байден имеет за плечами 36-летний опыт работы в качестве сенатора и хорошо знаком с принципами работы парламентской кухни.


Если будет найдено решение (а скорее всего, оно будет найдено), Америка выйдет из этого кризиса с более четкой стратегией по поводу того, как решать бюджетно-финансовые проблемы, а значит – и оздоровленными государственными финансами, что особенно скажется в долгосрочной перспективе. Вероятно, в ходе текущей политической дискуссии будут определены пути для формирования более сбалансированного федерального бюджета, возможности для сокращения неоправданно раздутых статей, в частности, на оборону, и оптимизации системы здравоохранения.


Таким образом, в случае преодоления кризиса США могут укрепить свои финансово-экономические позиции на фоне конкурентов – Европы, которая переживает острый долговой кризис, а также Японии, которая не может пока оправиться от Фукусимской катастрофы. Однако остается одно «если» – если это будет достигнуто до 2 августа 2011 года.