Данная статья опубликована в четвертом номере интернет-журнала “Семья и социально-демографические исследования”.

По предварительным данным Росстата ожидаемая продолжительность жизни (ОПЖ) в России в 2014 г. достигла 70,93 лет, что является максимальным показателем за всю историю ее наблюдения. Следует признать, что именно в области снижения смертности за последние годы властью были достигнуты решительные успехи. В 2014 г. средний российский мужчина имел вероятность при рождении дожить до 65,29 года, а средняя российская женщина – до 76,49 года.  Несмотря на значительный разрыв с европейскими странами, где по данным Евростата за 2012 г., ОПЖ для обоих полов составлял 80,3 года (77,5 года – для мужчин и 83,1 года – для женщин), значительный прорыв в снижении российской сверхсмертности налицо.

Еще в 2003 г. ОПЖ для обоих составлял 64,8 года, что на шесть лет ниже, чем наблюдается в наши дни. Что бы ни говорили критики, но упрямые факты свидетельствуют об эффективности государственных усилий, направленных на сокращение смертности. В абсолютных цифрах число умерших в 2003–2013 гг. в ежегодном исчислении снизилось на 494 тыс. человек или на 21%.  Если в 2003 г. умерло 2,366 млн., то в 2013 г. – 1,871 млн. человек.

Впрочем, даже на фоне отмеченных улучшений ситуация выглядит далеко не идеально.   Несмотря на заметные успехи в «жизнесбережении», в настоящее время наша страна лишь начинает выходить из состояния сверхсмертности и входит в десятку стран с самыми высокими показателями смертности на 1000 человек населения – 13,8 %о. В этом списке Россию опережают такие страны как ЮАР (17,5 %о), Украина (15,7 %о), Лесото (14,9 %о), Чад (14,5 %о), Гвинея-Бисау (14,5 %о), Болгария (14,3 %о), Афганистан (14,1 %о), Центральная Африканская Республика (14,1 %о) и Сомали (13,9 %о).[1] Оправдательными обстоятельствами для ЮАР и других африканских государств, в отличие от России, могут служить высочайший уровень заболеваемости СПИДом, которым больны от 2,7% до 23% населения, а также распространенность бактериальной диареи, гепатита А и брюшного тифа в сочетании с глубокой нищетой (от 43 % до 83 % в указанных странах живут менее чем на 2 доллара в день). [2]

Согласно данным «Всемирной книги фактов», в настоящий момент Россия по продолжительности жизни находится на 152 месте в рейтинге, составленном из 224 государств и территорий, по которым имеются соответствующие сведения.  В этом списке нашу страну опережает не только большинство постсоветских стран, включая Азербайджан, Армению, Грузию, Казахстан и Узбекистан, но и такие развивающиеся государства как Алжир, Бангладеш, Гондурас, Колумбия, Марокко, Никарагуа, Парагвай, Перу, Тунис, Уругвай, Шри-Ланка, Ямайка и т. д.

Относительно низкая продолжительность жизни в России подтверждается и по целому спектру межстрановых сопоставлений как с экономически развитыми странами, так и с государствами, находящимися в схожих (и даже в гораздо худших) с Россией социально-экономических условиях.

Отставание России в показателях продолжительности жизни от стран-лидеров (Монако, Японии, Сан-Марино, Швейцарии, Австралии, Швеции, Канады, Норвегии, Германии и т. д.) составляет от 10,2 до 19,4 года: для мужчин – от 13,78 до 21,29 лет, для женщин – от 6,56 до 17,34 лет (Таблица 1).

 

Таблица 1. Ожидаемая продолжительность жизни в России и странах с самой высокой продолжительностью жизни в 2014 г. [3]

Место

в мире

Страна

ОПЖ: мужчины и женщины (годы)

ОПЖ: мужчины

(годы)

ОПЖ: женщины

(годы)

1

Монако

89,57

85,66

93,64

3

Япония

84,46

81,13

87,99

5

Сан-Марино

83,18

80,64

85,94

8

Швейцария

82,39

80,1

84,81

10

Австралия

82,07

79,63

84,64

12

Швеция

81,89

80,03

83,87

14

Канада

81,67

79,07

84,42

17

Норвегия

81,6

79,63

83,69

28

Германия

80,44

78,15

82,86

152

Россия

70,16

64,37

76,3

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В сравнении с такими государствами как Хорватия, Венгрия, Чили, Польша, Малайзия, Литва, Эстония, Словакия и Португалия, имеющими схожий с Россией среднедушевой Валовый Национальный Доход (ВНД), рассчитанный по паритету покупательной способности, этот разрыв составляет от 4,36 до 8,84 лет: для мужчин – от 4,48 до 11,39 лет, для женщин – от 1,18 до 6,7 лет (См. Таблицу 2).

 

Таблица 2. Общая продолжительность жизни для России и стран с близким уровнем ВНД по паритету покупательной способности (годы)[4]

Место в мире

 

Страна

ВНД

(в долл. США)

ОПЖ: мужчины и женщины

ОПЖ: мужчины

ОПЖ:

женщины

79

Хорватия

20 400

76,41

72,81

80,2

93

Венгрия

24 300

75,46

71,73

79,41

52

Чили

23 200

78,44

75,42

81,59

76

Польша

24 400

76,65

72,74

80,8

110

Малайзия

22 500

74,52

71,74

77,48

87

Литва

26 700

75,98

71,2

81,02

152

Россия

24 800

70,16

64,37

76,3

118

Эстония

26 600

74,07

68,85

79,61

75

Словакия

27 700

76,69

73,09

80,52

49

Португалия

26 300

79,01

75,76

82,47

 

График 1. Общая продолжительность жизни по данным 42 стран [5] (годы)

 image001

  Россия
    Украина
  Беларусь

 

 

Для России характерен один из самых больших разрывов ОПЖ между мужчинами и женщинами, который во многом является следствием высокой смертности мужчин в трудоспособном возрасте. По данным отечественной статистики за 2013 г., разница в показателях продолжительности жизни мужчин и женщин составляла 11,2 года (65,13  и  76,3 года).[6]

Похожие различия в показателях мужской и женской продолжительности жизни демонстрируют зарубежные источники, которые предоставляют соответствующие данные по России и другим странам за 2013 – 2014 гг.  Так, согласно аналитическому отчету «2014 World Population Data Sheet»[7], разница ОПЖ между российскими мужчинами (65 лет) и женщинами (76 лет) в 2014 г. году составляла 11 лет. По данным упомянутой выше «Всемирной книги фактов» на 2014 г., в среднем российские женщины (76,3) живут дольше соотечественников-мужчин (64,37) на 11,9 лет.

Подобный разрыв в продолжительности жизни между полами не имеет аналогов в мире (за исключением Белоруссии и Украины), что является иллюстрацией как социального, так и демографического состояния российского общества.

На фоне столь выраженной половой диспропорции в витальных показателях неудивительно, что в нашей стране в относительно мирное время наблюдается значительный численный перевес женщин над мужчинами.

По данным за 2013 год численность мужчин в России составила 66,3 млн. человек, женщин – 77 млн. человек (на 10,7 млн. человек или на 14 % больше). К началу 2013 г. на 1000 мужчин приходилось 1160 женщин. Половой дисбаланс в пользу женщин отмечается, начиная с возрастной группы 30 – 34 года и увеличивается по мере старшинства. Такое неблагоприятное соотношение полов является одним из следствий высокого уровня преждевременной смертности мужчин.[8]

Не отрицая гуманитарный смысл роста продолжительности жизни, следует указать на его неоднозначные демографические и социальные последствия. С одной стороны, увеличение  продолжительности жизни замедляет процесс депопуляции, с другой, как это ни печально, способствует ускоренному старению населения. В условиях низкой рождаемости, не обеспечивающей элементарного замещения поколений, рост ОПЖ создает ситуацию двойного давления на системы социальной защиты, пенсионного обеспечения, здравоохранения и т. д.

По данным Минтруда, соотношение возрастных групп в перспективе будет меняться в пользу пожилых граждан. Ожидается, что в 2012–2016 гг. численность жителей РФ старше трудоспособного возраста увеличится на 2,8 млн. человек или на 8,5% (с 32,8 млн. до 35,6 млн. человек), а численность лиц моложе трудоспособного возраста к 2016 г. составит 25,9 млн. человек.  За тот же период численность населения трудоспособного возраста, как ожидается, должна сократиться на 4 млн. человек или на 4,6% (с 86,6 млн. человек в 2012 г. до 82,6 млн. человек в 2016 г.).[9]

Если к 2015 году средний возраст жителя планеты достиг 29,6 лет, то в России к этому времени он составил 38,5 лет.  С 1950 г. средний возраст в мире увеличился на 20,6% (с 23,5 до 29,6 лет), в то время как в России данный показатель вырос на 36,9% (с 24,3 до 38,5 лет). По сдержанному (среднему) варианту прогноза ООН, к 2050 г. средний возраст жителей России достигнет 41,6 лет (7,5%), а в 2060 г. – 42,1 года (8,5%).  По наиболее реалистичному (низкому) сценарию прогноза, к середине столетия средний возраст в России достигнет 47,6 лет, а к  2060 г.  превысит  49 лет, увеличившись, соответственно, на 19,1% и 21,9%.[10]

Согласно одному из вариантов прогноза численности населения России, выполненного Росстатом, к 2031 г. численность трудоспособного населения сократится по сравнению с 2016 г. более чем на 7 млн. и составит 77,1 млн. человек, а его доля в общем населении страны в указанный период упадет с 57,5% до 54,3%. При этом численность лиц старше трудоспособного возраста, достигнув к 2031 г.  41,29 млн., увеличится по сравнению с 2016 г. на 5,2 млн. человек или на 12,6%.[11]

Согласно последнему демографическому прогнозу ООН World Population Prospect, соотношение поколений будет меняться в пользу пожилых людей, что ставит под угрозу не только демографическую, но также социальную, экономическую и геополитическую стабильность (Графики 2, 3, 4, 5).

 

Графики 2, 3, 4, 5 Соотношение доли лиц в возрасте до 15 лет и в возрасте 60 лет и старше в России в 1960, 2020, 2040, 2060 гг., % [12]
 

                              График 2.  1960 год
image002

 График 3.  2020 год

                                                      image003

                 

 График 4.  2040 год

                            image004

График 5.  2060 год

        image005

 

Стремительное старение населения характерно не только для России. В ряде стран Европы и Азии этот процесс сопровождается даже более интенсивным ростом доли пожилых в возрастной структуре. Однако, несмотря на различие в темпах демографического старения, последнее неминуемо приводит к тяжелейшим социально-экономическим издержкам. Именно поэтому в числе рекомендаций МВФ[13] для “стареющих” стран значатся следующие непопулярные меры: 1) повышение пенсионного возраста; 2) сокращение размера пенсий; 3) рост налоговой нагрузки в целях спасения от “банкротства”  пенсионных фондов.

В России дискуссии о необходимости повышения пенсионного возраста ведутся уже давно, но осенью 2014 г. по инициативе Министерства финансов РФ они возобновились с новой силой.[14] К сожалению, в свете растущего дефицита Пенсионного Фонда РФ, достигшего к настоящему времени почти 2 трлн. рублей[15], пересмотр пенсионного возраста в сторону повышения выглядит не только обоснованным, но и неизбежным.  Только в 2013–2015 гг. на покрытие дефицита ПФР из государственного бюджета уйдет 3 трлн. рублей.

Исходя из высоких темпов сокращения численности трудоспособного населения, очевидно, что перед Россией стоит не только задача общего снижения смертности и повышения общей продолжительности жизни, но, если подходить детально, снижение сверхсмертности в трудоспособных возрастах. В большей степени такая постановка вопроса актуальна для российских мужчин.

Вместе с тем особенность структуры российской смертности заключается в том, что значительная ее часть носит предотвратимый характер, т. е. не является неизбежной и может быть снижена за счет соответствующей профилактики, усилий системы здравоохранения, изменений поведенческих, экологических и других факторов риска.

Изучение возможностей воздействия на предотвратимую смертность особенно актуально сегодня в ситуации экономического кризиса, провоцирующего безработицу, закрытие субъектов бизнеса, падение уровня жизни и т. д. Последнее неминуемо влечет изменения в характере питания и потребления спиртных напитков. Впрочем, отрицательные пищевые практики распространены и среди состоятельных горожан вне зависимости от состояния экономики. Серьезный вклад в развитие целого ряда заболеваний вносит режим питания, связанный с употреблением т. н. фаст-фудов, продуктов с содержанием ГМО, что прямым образом влияет на продолжительность жизни.

Одним из главных факторов в структуре российской сверхсмертности остается злоупотребление алкоголем. Хотя непосредственному влиянию алкоголя на летальные исходы в списке основных причин преждевременной смертности отводится лишь десятое место (The Lancet, 2014), к ним следует добавить целый ряд таких побочных эффектов как самоубийства, убийства, несчастные случаи, ДТП с участием нетрезвых водителей, смерть от сердечно-сосудистых заболеваний, онкологии и целого ряда других случаев квазиэндогенной смертности (в результате накопленных внешних воздействий) алкогольного происхождения, не связанных непосредственно с алкогольными отравлениями.[16] Вполне ожидаемо, что во время экономического кризиса употребление алкогольной продукции, выступающей в некоторой степени «антидепрессантом», может существенно увеличиться. Этому также способствует необоснованное снижение минимальной стоимости крепкого алкоголя, о чем будет сказано ниже.

Российские органы статистики долгое время учитывали лишь три вида смертности, обусловленной алкоголем, – смертность по причине алкоголизма, алкогольная болезнь печени и отравление алкоголем или его суррогатами. Только с 2005 года дополнительно стали собирать данные о летальных случаях в результате алкогольной кардиомиопатии, алкогольного панкреатита и алкогольной дегенерации нервной системы. Однако до сих пор не учитывается значение алкоголя при нарушениях мозгового кровообращения. По данным доктора мед. наук А. В. Немцова, представителя НИИ психиатрии Минздравсоцразвития России, ежегодные демографические потери от смертности, связанной с алкоголем, составляют около полумиллиона человек.[17] Одни из ярких подтверждений алкогольной природы значительной части российской смертности служит ее выраженная сезонность со всплеском летальных исходов в праздничные дни.

Еще одним доказательством, на наш взгляд, является синхронность снижения смертности и роста продолжительности жизни, которая в последнее полтора десятилетия сопровождалась снижением потребления алкоголя.  По данным РБК, с 2000 по 2014 гг. в России имело место значительное сокращение потребления алкоголя: с 78% до 67%, соответственно. При этом потребление водки и горьких настоек сократилось в два раза – с 54% в 2000 г. до 27% в 2014 г. За тот же период потребление пива сократилось почти в 1,6 раза (с 57% до 36%), столового вина – на 9% (с 33% до 24%), шампанского – на 5% (с 28% до 23%), слабоалкогольных коктейлей – на 4% (с 7 до 3%). Единственная группа алкогольных напитков, потребление которой возросло – это коньяк и бренди, по которым рост потребления за аналогичный период составил 3% (с 10% до 13%).[18] Именно этим обстоятельством во многом объясняется улучшение ситуации в области смертности. Как показала практика, государственные антиалкогольные меры, связанные повышением цен и акцизов на алкогольную продукцию, а также ограничениями мест и времени продажи алкоголя, вполне эффективны.

Полагаем, что на описанном фоне недавнее снижение минимальных цен на водку (с 220 до 185 рублей за 0,5 литра) чревато демографическими рисками в виде роста смертности, в том числе в трудоспособном возрасте. По мнению вышеупомянутого специалиста А. В. Немцова, «наша беда заключается не в некачественном алкоголе, а в непомерном количестве этого продукта».[19] При этом снижение минимальной стоимости является мерой, способствующей еще большей доступности алкоголя для населения. Кроме того, по убеждению директора Центра исследований федерального и регионального рынков алкоголя Вадима Дробиза, снижение цены на водку ни вытеснит с рынка нелегальный алкоголь, как об этом заявляли инициаторы идеи, но сделает его более дешевым. Сегодня нет экономических оснований для такого снижения цены, особенно если учесть, что прежняя минимальная стоимость пол-литровой бутылки водки (220 рублей), по мнению экспертов, была и так существенно занижена.[20] Такой беспрецедентный и противоречивый в рамках действующей модели антиалкогольной политики шаг со стороны государства происходит в Российской Федерации впервые с 2009 г., когда была введена минимальная стоимость на крепкий алкоголь (свыше 28%).

Полагаем, что целью государственной политики в данной сфере, наоборот, должно быть снижение доступности крепких алкогольных напитков и содействие переходу населения на умеренное потребление вин и других слабоалкогольных напитков. Кстати, тенденция перехода на слабоалкогольную продукцию в российском обществе в настоящее время постепенно формируется, о чем свидетельствует глава Центра разработки национальной алкогольной политики Павел Шапкин.[21] Такой опыт имеется и в ряде европейских государств. Однако, вместо укрепления этой тенденции, в России почему-то происходит снижение цен на крепкий алкоголь. Последствием такого подхода к регулированию цен на алкогольные напитки, как уже отмечалось, может стать рост и без того высокой смертности и ухудшение здоровья населения.

 

Конструктивными альтернативами в данном случае являются:

– радикальное ужесточение ответственности за производство и реализацию нелегальной алкогольной продукции;

– существенное повышение цен на крепкий алкоголь с одновременным снижением (в разумных пределах) цен на слабоалкогольную продукцию;

– разрешение рекламы импортных вин из Южной Африки и стран Латинской Америки (пользующихся заслуженным доверием потребителей);

– рекламные преференции для отечественных производителей вин;

– вытеснение высокого пивного спроса с помощью рекламы безалкогольного пива популярных брендов;

– массированная и регулярная социальная антиалкогольная реклама на телевидении (в прайм-тайм) и в других СМИ;

– безотлагательная реализация законодательной инициативы депутатов ГД РФ И. В. Лебедева, Я. Е. Нилова и А. Н. Свинцова об устранении алкогольной продукции из зоны видимости в магазинах по аналогии с существующей практикой реализации табачной продукции, доказавшей свою высокую эффективность[22];

– проведение федеральных антиалкогольных кампаний на наружных носителях с привлечением лидеров мнений и узнаваемых личностей и т. д.

Следует также отметить необходимость пропаганды здорового образа жизни (занятий физкультурой и спортом) и изменения самих стандартов потребления, в том числе посредством реализации крепкого алкоголя в таре меньшей емкости (максимальный объем тары не должен превышать 0,35 литра) без снижения прежней минимальной цены за 0,5 литра.

Необходим пересмотр всей системы реализации алкоголя, предполагающий сужение спектра магазинов, реализующих алкоголь. Целесообразно ограничиться лишь крупными и специализированными магазинами. Крайне важно также ограничить допустимые объемы покупки алкогольных напитков в одни руки: за один раз не более 1 литра крепкого алкоголя не чаще 1 раза за десять дней.

Продолжением эффективно сработавших ограничений временного режима продажи алкогольной продукции должен стать запрет реализации алкогольных напитков в выходные дни. Именно такая практика сегодня наблюдается в странах Скандинавии, которым удалось значительно снизить потребление алкоголя и масштабы связанной с ним предотвратимой смертности.


[2] Population Reference Bureau. “2011 World Population Data Sheet” URL: http://www.prb.org

[3] The World Factbook. URL: https://www.cia.gov/library/publications/the-world-factbook/index.html  Данные указанного источника по России отличаются от данных Росстата.

[4]  The World Factbook. URL: https://www.cia.gov/library/publications/the-world-factbook/index.html Данные указанного источника по России отличаются от данных Росстата ; Population Reference Bureau. “2014 World Population Data Sheet”. URL: http://www.prb.org

[5] Продолжительность жизни. URL: http://www.oaoospos.ru/demography/#  со ссылкой на источник данных www.mortality.org  На графике представлены данные о продолжительности жизни по следующим странам: Австралия, Австрия, Беларусь, Бельгия, Болгария, Великобритания, Венгрия, Германия, Дания, Израиль, Ирландия, Исландия, Испания, Италия,  Канада, Корея,  Латвия, Литва, Люксембург, Мексика, Нидерланды, Новая Зеландия, Норвегия, Польша, Португалия, Россия, Саудовская Аравия, Словакия, Словения, США, Тайвань, Турция, Украина, Финляндия, Франция, Чешская республика, Чили, Швейцария, Швеция, Эстония, Япония

[6]  Федеральная служба государственной статистики. URL: http://gks.ru

[7]  Population Reference Bureau. 2014 World Population Data Sheet . URL: http://www.prb.org

[8]    Федеральная служба государственной статистики.  Современная демографическая ситуация в Российской Федерации (аналитический материал) . URL: http://gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat/rosstatsite/main/population/demography/

[9] Министерство труда и социальной защиты населения. «Прогноз баланса трудовых ресурсов на 2014-2016 годы». 12.12.2013 URL: http://www.rosmintrud.ru/docs/mintrud/migration/18

[10] United Nations. Department of Economic and Social Affairs. Population Division. World Population Prospects: The 2012 Revision. Detailed Indicators. URL: http://esa.un.org/unpd/wpp/unpp/panel_indicators.htm

[11] Федеральная служба государственной статистики. Демографический прогноз до 2030 г. URL: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/population/demography/#

[12] По данным United Nations. Department of Economic and Social Affairs. Population Division. World Population Prospects: The 2012 Revision. Detailed Indicators. URL: http://esa.un.org/unpd/wpp/unpp/panel_indicators.htm

[13] Международный Валютный Фонд.  «Доклад по вопросам глобальной финансовой стабильности» (Апрель 2012 г.). Тезисы для прессы по Главе 3. URL:  http://www.imf.org/external/russian/pubs/ft/gfsr/2012/01/pdf/pressr.pdf

[14] Российская газета. Минфин предложил вернуться к обсуждению пенсионного возраста.  20.9.2014. URL: http://www.rg.ru/2014/09/20/vozrast-site.html ;   Российская газета. Дольше жить, больше работать. 29.10.2014. URL: http://www.rg.ru/2014/10/29/moiseev.html

[15] Финам. Покрытие дефицита ПФР обойдется в 3 трлн. рублей. 06.07.014. URL:  http://finam.info/news/pokritie-defitsita-pfr-oboydetsya-v-3-trln-rubley

[16] Игорь Белобородов. О преждевременной смертности в России и в мире: (комментарий к отчету The Lancet).  06.01.2015  URL: http://riss.ru/demography/demography-research/7192/

[17] Экспертный сайт “Открытая экономика” – OPEC.ru. «Процент смертности дружит с процентом алкоголя». 23.04.2013  URL: http://opec.ru/1528554.html

[18] Журнал РБК. № 3 2015. «Две крепости. Как сети «Красное & Белое» завоевывают алкогольный рынок». С.069

[19] Газета.ru. «Три бутылки в неделю». 18.09.2009  URL: http://www.gazeta.ru/science/2009/09/18_a_3262290.shtml

[20] РИА Новости. «Эксперт: снижение цены на водку не сократит объемы контрафакта в РФ». 30.12.2014  URL: http://ria.ru/economy/20141230/1040919362.html

[21] Деловая газета «Взгляд». «Павел Шапкин: пиво сильнее водки». 11.08.2008  URL: http://vz.ru/economy/2008/8/11/195234.html

[22] С 2009 по 2014 гг. число курильщиков в России сократилось на 16-17%.  Источник: Газета.RU. «Теперь понятно, что меры эффективны». 01.10.2014 URL: http://www.gazeta.ru/science/2014/10/01_a_6242673.shtml