Данная статья опубликована в четвертом номере интернет-журнала “Семья и социально-демографические исследования”.

 

 image001

Синельников Александр Борисович –  кандидат экономических наук, доцент кафедры социологии семьи и демографии социологического факультета МГУ им.  М. В. Ломоносова

 

Эта статья представляет собой расширенную и обновленную версию доклада автора на научной конференции «Трансформации семьи и брака сегодня: научный подход». Конференция же была составной частью программымеждународного форума «Многодетная семья и будущее человечества» (Москва, 10-11 сентября 2014 г.).
В обновленную версию доклада включены расчеты автора по предварительным данным о числе браков и рождений в России за 2014 г., опубликованным на официальном интернет-портале Росстата (www.gks.ru) в начале 2015 г. В основе этих данных лежит статистическая отчетность о числе детей, рождения которых были зарегистрированы ЗАГСами в 2014 году. Некоторые из них родились в конце 2013 года, но их родители получили свидетельства о рождении детей уже в начале 2014 г. С другой стороны, предварительные данные не учитывают детей, которые появились на свет в конце 2014 года, но их родители обратились в ЗАГСы уже в следующем, 2015 году. Окончательные же данные учитывают число рождений за то время, когда они реально произошли, а не за тот период, когда они были зарегистрированы в ЗАГСах. Поскольку некоторые родители откладывают регистрацию рождения на несколько месяцев, эта статистика уточняется и публикуется Росстатом не в январе, а только в июне каждого года. В отношении числа родившихся окончательные данные мало отличаются от предварительных (расхождение обычно составляет не более 1%).

Что же касается данных о числе браков, то тут имеет место практически полное совпадение. В отличие от рождения ребенка, в отношении брака регистрация демографического события совпадает с самим событием. С точки зрения государства (и официальной статистики) незарегистрированный брак –  это не брак. Сожительство, называемое в народе «гражданским браком» не порождает никаких прав и обязанностей, которые имеют законные супруги друг перед другом, кроме обязанности отцов обеспечивать детей, рожденных вне брака. Официальная статистика учитывает сожительства только при переписи населения, когда людей, указавших, что они состоят в браке, спрашивают о том, зарегистрирован ли их брак. По данным переписи 2002 г. 10% людей, считающих, что они состоят в браке, указали, что этот брак не зарегистрирован, а по данным переписи 2010 г. – 13%[1], а в молодых возрастах значительно больше. Но по данным переписи трудно определить, когда были заключены эти браки.   Известный демограф Леонид Дарский писал, что «заключение брака часто представляет собой процесс, растянутый во времени[2][p1] », то есть пара какое-то время живет вместе, а потом или идет в ЗАГС и регистрирует свои отношения, или вообще никогда их не регистрирует. В последнем случае государственная статистика может зафиксировать при переписи сколько таких пар существует, но не может установить ни точную дату, с которой начинается существование «гражданского брака», ни точную дату его распада, поскольку ни то, ни другое не учитывается ЗАГСами. По данным ЗАГСов невозможноустановить сколько так называемых «гражданских браков» было заключено в том или ином году. Такая статистика относится только к официально зарегистрированным бракам.

Влияние демографической политики на рождаемость изучается многими специалистами. Однако воздействие этой же политики на брачность анализируется гораздо реже. Это может объясняться недооценкой влияния брачностина рождаемость. И в самом деле, широкое распространение внебрачных сожительств, то есть, так называемых «гражданских» браков, а также высокий процент детей, родившихся вне зарегистрированного брака, создают впечатление, что в современных условиях связь между зарегистрированной брачностью и рождаемостью относительно слаба. Так ли это?

Из табл. 1 и рис. 1 видно, что направленность динамики общих коэффициентов брачности и рождаемости за 1990-2013 гг. (в % к уровню 1990 г.) практически совпадает. В этой динамике за данный период можно выделить три этапа. На первом этапе как брачность, так и рождаемость снижались под влиянием экономического кризиса 1990-х годов. Общий коэффициент брачности уменьшился с  8,9 на 1000 населения в 1990 г. до 5,8 – в 1998 г., т.е. на 35% (принимая уровень 1990 г. за 100%). Общий коэффициент рождаемости сократился с 12,1 в 1991 г. до 8,3% в 1999 г., т.е., на 31%. Суммарный коэффициент рождаемости за эти же годы сократился с 1,73 до 1,16, т.е., на 33%. Таким образом, снижение брачности и рождаемости в кризисные 1990-е годы было практически синхронным.

Суммарный коэффициент рождаемости, который характеризует среднее число детей, рожденных одной женщиной за всю жизнь, не зависит от возрастной структуры населения и гораздо более пригоден для детального демографического анализа, чем число браков и рождений на 1000 населения, за эти же годы сократился с 1,73 до 1,16, т.е., на 33%. Это почти в точности соответствует степени снижения общего коэффициента рождаемости.

Начиная с 2000 г., страна стала постепенно выходить из экономического кризиса. Демографический кризис при этом не прекратился, но принял менее острый характер. Частичная реализация отложенных в трудные 1990-е годы браков и рождений была похожа (хотя и в ослабленном виде) на подъем брачности и рождаемости в первые послевоенные годы.

За период с 1998 по 2005 г. общий коэффициент брачности увеличился с 5,8 до 7,5, т.е. на 29%. Соответственно общий коэффициент рождаемости повысился с 8,3 в 1999 г. до 10,4 в 2006 г., т.е. на 25%. Таким образом, в этот период динамика брачности и рождаемости также оставалась синхронной – в данном случае – в сторону повышения. Это повышение носило характер компенсаторного подъема за счет частичной реализации отложенных в период кризиса браков и рождений. Однако до возврата к докризисному уровню брачности и рождаемости было еще далеко, а сам компенсаторный подъем носил (как всегда бывает в подобных ситуациях) временный характер и к середине 2000-х годов практически исчерпал себя.

Таблица 1.

Коэффициенты брачности и рождаемости в России за 1990-2014 гг.

Общий

коэффициент

брачности

на 1000 населения

Общий

коэффициент

рождаемости

на 1000

населения

Суммарный

коэффициент

рождаемости

в среднем на

одну женщину

1990

8,9

13,4

1,89

1991

8,6

12,1

1,73

1992

7,1

10,7

1,55

1993

7,5

9,4

1,37

1994

7,4

9,6

1,39

1995

7,3

9,3

1,34

1996

5,9

8,9

1,27

1997

6,3

8,6

1,22

1998

5,8

8,8

1,23

1999

6,3

8,3

1,16

2000

6,2

8,7

1,2

2001

6,9

9

1,22

2002

7,1

9,7

1,29

2003

7,6

10,2

1,32

2004

6,8

10,4

1,34

2005

7,5

10,2

1,29

2006

7,8

10,4

1,31

2007

8,9

11,3

1,42

2008

8,3

12,1

1,50

2009

8,5

12,4

1,54

2010

8,5

12,5

1,57

2011

9,2

12,6

1,58

2012

8,5

13,3

1,69

2013

8,5

13,2

1,71

2014

8,4

13,3

1,78*

Источник: Расчеты по данным Росстата – www.gks.ru (см. также: Естественное движение населения в разрезе субъектов Российской Федерации за январь-декабрь 2014 года. (Размещено 02.02.2015).URL: http://www.gks.ru/free_doc/2014/demo/edn12-14.htm (дата обращения 03.02.2015); Естественное движение населения Российской Федерации за  2013  год. Стат. бюллетень. М., 2014. Табл. 1; Демографический ежегодник России. 2013. М., 2013, табл. 2.1, 2.7 и 3.1; Демографический ежегодник России. 2014. М., 2014. табл. 2.1, 2.7 и 4.3 (С 2014 г. статистический сборник «Демографический ежегодник России» публикуется только в электронном виде в подразделе «Публикации» раздела «Официальная статистика» на официальном Интернет-портале Росстата (http//www.gks.ru)).

*Оценка автора по предварительным данным Росстата (http//www.gks.ru). 
На повышение общих коэффициентов рождаемости в этот период повлияло не только улучшение условий жизни населения, но и изменение его половозрастного состава. Суммарный коэффициент рождаемости повысился с 1,16 в 1999 г. до 1,31 в 2006 г., т.е. на 13%. Относительное увеличение этого показателя было примерно вдвое меньшим, чем степень повышения общего коэффициента рождаемости. Отсюда можно сделать вывод о том, что лишь половина увеличения числа родившихся (на 1000 населения) между 1999 и 2006 гг. объясняется реальным повышением интенсивности деторождения, а другую половину следует отнести за счет благоприятных структурных сдвигов в половозрастном составе населения.

Демографическая политика в тот период была еще не столь активной, как в настоящее время и не оказывала заметного влияния на демографические процессы. Эта политика резко активизировалась с принятием закона о материнском капитале (он вступил в силу с 1 января 2007 г.) и других дополнительных мер помощи семьям с детьми, как на федеральном, так и на региональном уровне.

Коэффициент корреляции между динамикой общих коэффициентов брачности за 1990-2013 гг. и общих коэффициентов рождаемости (на 1000 населения) за 1991-2014 гг. равен 0,90. То есть, динамика рождаемости на 90% детерминирована динамикой брачности (с временным лагом в один год).

За период с 1990/1991 по 2013/2014 гг. показатели корреляции между общими коэффициентами брачности и рождаемости ниже, чем 0,7 были отмечены лишь в шести регионах: Ленинградская область – 0,45; Чукотский автономный округ 0,59; Магаданская область – 0,69; Ямало-Ненецкий автономный округ – 0,50; Республика Ингушетия – 0,45, г. Москва – 0,29.

В Москве, где коэффициент корреляции низкий из всех российских регионов, очень значительная часть детей рождается у недавних мигрантов, включая и те семьи, где ни отец, ни мать не имеют московской регистрации и даже российского гражданства. Их браки были зарегистрированы по прежнему месту жительства, а свидетельства о рождении детей они получают уже в московских ЗАГСах. К тому же в Москве многие супруги откладывают рождение даже первого ребенка на несколько лет. Поэтому в столице связь между брачностью и рождаемостью прослеживается относительно слабо.

Для других регионов, где эта связь слаба (Чукотский автономный округ,  Магаданская область; Ямало-Ненецкий автономный округ), как правило,  характерна очень высокая интенсивность, как въезда, так и выезда мигрантов. В случае въезда действует тот же механизм, что в Москве, в случае выезда – у многих супружеских пар, вступивших в законный брак в этих регионах, дети рождаются после того, как семьи перебрались в другие места и там зарегистрировали их рождение.

Кроме того, относительна слабая корреляция отмечена в Республике Ингушетия. В этой республике связь между брачностью и рождаемостью проявляется менее четко из-за высокого уровня рождаемости и, соответственно, большого процента повторных рождений. Доля первенцев среди всех родившихся относительно невелика, а ежегодные колебания в числе браков отражаются главным образом на числе первых рождений. К тому же показатели корреляции по этой республике не вполне сопоставимы с данными по другим регионам, так как рассчитаны за менее продолжительный период времени (по данным с 1995/1996 по 2013/2014 гг. –  0,45): из-за известных трагических событий в первой половине 1990-х годов там не было статистического учета числа браков и рождений.  

Однако в подавляющем большинстве регионов России между динамикой общих коэффициентов брачности и рождаемости существует тесная корреляционная зависимость.

После введения закона о материнском капитале, целью которого является стимулирование вторых, но не первых рождений, связь между динамикой брачности и рождаемости несколько ослабла, но все же осталась весьма заметной. Число браков (на 1000 населения) за 2005-2013 гг. увеличилось на 13%, а число рождений – также на 1000 населения (соответственно за 2006-2014 г.) – на 28%. Отсюда можно определить, что почти половина прироста числа родившихся (13:28 = 0,46) даже и в этот период была связано с увеличением числа браков, хотя ни вступление в законный брак, ни рождение первенца не дают права на получение материнского капитала.

Относительный прирост суммарного коэффициент рождаемости за 2006-2014 гг. составил 37%, что на 9% больше прироста общего коэффициент рождаемости. Отсюда можно понять, что изменение возрастной структуры населения в этот период оказало на общий коэффициент рождаемости отрицательное влияние. Если бы не это обстоятельство, общий коэффициент рождаемости тоже увеличился по сравнению с 2006 г. на 37%, а не на 28%, как это было на самом деле. Но, судя по динамике общих и суммарных коэффициентов рождаемости, влияние возрастной структуры на общие коэффициенты рождаемости (а также брачности) после 2006 г. все же не было определяющим. Тесная корреляционная связь между этими двумя показателями отражает реальное влияние брачности на рождаемость, тем более, что изменения в структуре населения по полу и возрасту влияют на общий коэффициент брачностипримерно так же, как и на общий коэффициент рождаемости.

Правда, общие коэффициенты – грубые показатели, зависимые от возрастной стуктуры населения. Однако сравнение динамики суммарных коэффициентов брачности (среднее число браков на одну женщину за всю жизнь) и, соответственно, суммарных коэффициентов рождаемости (среднее число браков на одну женщину за всю жизнь) показывает почти ту же самую картину, что и сравнение динамики общих коэффициентов.

Возрастные коэффициенты брачности рассчитывались также С.В. Захаровым. Он же рассчитывал и суммарные коэффициенты брачности для первых браков женщин к возрасту 50 лет[3]. Результаты его и моих расчетов и очень близки друг к другу. Однако мной были рассчитаны не только суммарные коэффициенты брачности для всех браков за всю жизнь за непрерывный период с 1990 по 2013 гг., но также и коэффициент корреляции между их динамикой в этот период, и, соответственно, динамикой суммарных коэффициентов рождаемости за 1991-2014 гг., т.е. с временным лагом в один год.

image003

image005

Рис. 1. Число браков и рождений в расчете на 1000 населения и на одну женщину с 1990/1991 гг. по 2012/2014 гг.

(Источник: Расчеты по данным Росстата. См.:  Естественное движение населения Российской Федерации за 2013 г. (Стат. бюллетень),    Табл. 6,  Демографический ежегодник России. 2014. Табл. 1.9., 3.5, 4.5; Численность населения Российской Федерации по полу и возрасту на 1 января 2014 года (Стат. бюллетень). М., 2014. С. 12-15, а также соответствующие издания Росстата с данными за 1990-2013 гг.).

Примечание: Указание годов на горизонтальной оси графика как 1990/91 и т.д. означает, что данные о брачности приведены за 1990 г., а о рождаемости – за 1991 г.  То же относится к данным за все последующие годы.
Этот коэффициент корреляции тоже оказался очень высоким (0,85) и мало отличается от коэффициента корреляции между общими коэффициентами брачности и рождаемости за тот же период (0,90).

На рисунке 1 приведены два графика, на одном из которых показана динамика общих коэффициентов брачности и рождаемости (в расчете на 1000 населения), а на другом – динамика суммарных коэффициентов брачности и рождаемости (в расчете на одну женщину). Эти графики очень похожи друг на друга. И в том, и в другом случае наблюдается четкий параллелизм между динамикой брачности и рождаемости. И это,  несмотря на важные обстоятельства, которые должны существенно ослаблять данную связь:

1. Около  четверти детей (в 2013 г. – 23%[4]) рождаются вне зарегистрированного брака.

2. По данным Росстата за 2012 г. 29% браков как у мужчин, так и у женщин являются повторными[5]. Для них не характерно немедленное рождение детей после регистрации брака. Во многих повторных браках супруги никогда не имеют общих детей.

3. Около половины новорожденных (в 2012 г., благодаря демографической политике уже более половины – 52%) – это вторые и последующие дети[6]. Как правило, они не появляются на свет через год после регистрации брака, если брак –первый, и мать не рожала до его регистрации.

4. В последние 20 лет усилилась тенденция к откладыванию рождения первенцев.

5. Многие дети рождаются в семьях мигрантов, которые вступили в брак не в данном регионе.

Нельзя быть уверенными в том, что прирост числа браков был как-то связано с активизацией семейно-демографической политики после 2006 г., поскольку основные меры этой политики (прежде всего, закон о

материнском капитале) были направлены на стимулирование вторых и следующих рождений в уже давно существующих семьях, а не на содействие созданию новых семей.

До распада СССР рождаемость снижалась только за счет  повторных рождений.  Однако в 1990-ых годах имело место снижение рождаемости детей всех очередностей, начиная с первых. Число браков и общие коэффициенты брачности также заметно сократились. Распространились «гражданские браки», т.е. сожительства до вступления в законный брак (или даже вместо этого). Многие сожительства со временем узакониваются, но после пяти лет совместной жизни шансы на оформление брака невелики[7]. Нередко и законные супруги на несколько лет откладывают рождение первенцев.

Одной из причин неполного успеха семейно-демографической политики в России, в результате которой суммарный коэффициент рождаемости повысился с 1,31 в 2006 г. до 1,78 в 2014 г., но при этом остался значительно ниже черты простого замещения поколений (2,1 ребенка в среднем на женщину) является ориентация этой политики главным образом на стимулирование рождения вторых и последующих детей у супружеских пар, имеющих, как минимум, одного ребенка. Только они имеют право на материнский капитал.

Однако, по данным переписи 2010 г., лишь 47,5% мужчин и 54,6% женщин от 18 до 39 лет состоят в браке, и лишь у 38,5% мужчин и 44,6% женщин этот брак зарегистрирован. 17,3% среди состоящих в браке женщин этого возраста никогда не рожали детей[8]. Все эти показатели ухудшились по сравнению с данными предыдущей переписи 2002 г. (рис. 2 и 3).

image007

Рис. 2. Распределение (в %) мужчин и женщин в возрасте от 18 до 39 лет по состоянию в браке (по данным переписей 2002 и 2010 гг.).

Большинство населения активных репродуктивных возрастов находится вне сферы действия основных мер демографической политики. Семейно-демографическая политика должна  быть ориентирована также на стимулирование вступления в зарегистрированный брак и рождения первенцев. Кроме того, эта политика должна включать меры, направленные на укрепление существующих семей.

Следует поддерживать модель семьи с мужем-кормильцем, женой-домохозяйкой и несколькими детьми. Политика заработной платы должна быть такой, чтобы семья могла прожить на одну зарплату мужа, а жена не была вынуждена работать (особенно, если есть дети дошкольного возраста). Пособия на детей, при прочих равных условиях, должны быть выше в тех случаях, когда их мать не работает.

 

image009

Рис. 3. Доля не родивших ни одного ребенка, в % к числу состоящих в браке женщин от 18 до 39 лет (рассчитано по данным переписей 2002 и 2010 гг.)

Шкала налогообложения должна быть прогрессивной, но в ее основу следует положить не индивидуальный заработок, а доход в расчете на одного члена семьи. Семьи с мужем-кормильцем, женой-домохозяйкой и несколькими детьми будут платить существенно меньше налогов, чем  одинокие люди и бездетные супруги. Сожители, с точки зрения закона, семьей не являются.

Предложения ввести нечто подобное в нашей стране уже выдвигались некоторыми российскими учеными[9], однако их проекты были ориентированы только на снижение социального неравенства. С точки зрения диссертанта, прогрессивное налогообложение среднедушевых доходов может иметь и демографический эффект – оно станет стимулом к вступлению в зарегистрированный брак и рождению детей, в первую очередь, для одиноких людей с высокими доходами, которые будут платить гораздо меньше налогов после создания семьи. Те же из них, которые так и не женятся, или женятся, но не будут иметь детей, заплатят очень высокие налоги. Эти средства следует направить в фонд помощи многодетным.

Холостяки и бездетные должны платить более высокие налоги, чем семейные люди, просто потому, что не имеют иждивенцев. Если считать, что это несправедливо, то несправедливым следует признать сам принцип прогрессивного налогообложения, признанный почти во всем мире, а до 2000 года – и в нашей стране.

Материнский капитал, который официально называется «материнским (семейным) капиталом», но этот труднопроизносимое наименование никто не употребляет, давно следует переименовать в «семейный капитал»[10] и дать право на распоряжение им не только матери, но и отцу. В настоящее время распоряжаться этим капиталом имеет право только мать, что понижает авторитет мужчин в обществе, мужей в глазах жен и отцов – в глазах детей[11]. Все списания средств с этого капитала на те, или иные цели, предусмотренные законом, должны производиться по совместному заявлению обоих родителей ребенка, если этот ребенок рожден в зарегистрированном браке, его родители не разведены, а отец не лишен родительских прав.

Список же целей, на которые можно расходовать этот капитал (сейчас это только улучшение жилищных условий, оплата образования детей или увеличение будущей пенсии матери)  необходимо существенно расширить[12] или даже вовсе упразднить. Семья сама знает, на что ей надо тратить деньги.  Разумеется, следует лишать права распоряжаться капиталом родителей, ведущих асоциальный образ жизни, алкоголиков, наркоманов, подобно тому, как их лишают родительских прав вообще. В таких случаях это право может быть передано опекунам и попечителям, которыми чаще всего бывают деды и бабушки детей, или сам капитал должен быть сохранен в неприкосновенности до того момента, когда дети станут взрослыми и сами смогут им распоряжаться.

Однако не следует подозревать всех родителей в том, что они непременно пропьют капитал, а о детях заботиться не будут. Подобная «презумпция виновности родителей»  – это краеугольный камень системы ювенальной юстиции, которую настойчиво пытаются импортировать в Россию с Запада[13].

Этот вопрос следует решать на федеральном уровне через поправки и дополнения к закону о материнском (семейном) капитале. Но, пока этого не произошло, можно сделать такие поправки и на региональном уровне. Во многих субъектах  Российской Федерации семьям, которые, согласно федеральному законодательству уже получили материнский капитал после рождения второго ребенка (он предоставляется только один раз, что может быть обосновано только ограниченностью экономических ресурсов государства, но не демографическими соображениями) после рождения третьего ребенка выделяется из регионального бюджета дополнительный материнский капитал.  По крайней мере, этот вид капитала следует переименовать в семейный (или родительский) капитал и предоставить отцу и матери ребенка равное право распоряжаться им.

Это будет стимулировать вступление в зарегистрированный брак и способствовать укреплению семьи, как основы общества, и может обеспечить  естественный прирост, или, по меньшей мере, стабилизацию численности населения страны в долговременной перспективе.


[1] Рассчитано по: Итоги Всероссийской переписи населения 2002 года. Т. 2 – “Возрастно-половой состав и состояние в браке”. М., ИИЦ «Статистика России», 2004. Табл. 3; Итоги Всероссийской переписи населения 2010 года. В 11 томах. Т. 2. М., ИИЦ «Статистика России», 2012. Табл. 5.

[2] Дарский Л.Е. Формирование семьи. Демографо-статистическое исследование. М.: Статистика, 1972. С. 47.

[3] Население России. 2012. М., 2014. С. 65-66.

[4] Естественное движение населения Российской Федерации за 2013 год. Стат. бюллетень. М., 2014. Табл. 4.

[5] Население России 2012: двадцатый ежегодный демографический доклад / отв. ред. А. Г. Вишневский; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». — М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2014. С. 58.

[6] Там же.  С. 108.

[7] Вовк, Е. Незарегистрированные интимные союзы: “разновидности” брака или “альтернативы” ему? (Часть 1). База данных ФОМ [Фонда “Общественное мнение”]. (URL: http://bd.fom.ru/report/cat/az/е/vovk/gur050103) (дата обращения: 16.10.2014).

[8] Рассчитано по: Итоги Всероссийской переписи населения 2010 года. М., 2013. (Т.2. Табл. 5, Т.6 Табл. 3).

[9] Модернизация подоходного налога и снижение социального неравенства / Шевяков А.Ю., Чуев А.В., Абрамов М.Д., Кирута А.Я., Сопцов В.В., Жаромский В.С. / Автономная некоммерческая организация (АНО) «Экспертно-аналитический Центр по модернизации и технологическому развитию экономики» (ЭАЦ «Модернизация»). Труды, вып. 3 / М., 2011.­ ­С. 64-76.

[10] Елизаров В. Закон о материнском (семейном) капитале: сможет ли он обеспечить семьям с детьми достойную жизнь? Демоскоп Weekly. №  277 – 278. 19 февраля – 4 марта 2007. Электронная версия бюллетеня Население и общество. Институт демографии Государственного университета – Высшей школы экономики. (URL: http://demoscope.ru/weekly/2007/277/tema02.php. Дата обращения: 28.02.2015).

[11] Синельников А.Б. Кому должно помогать государство – матери с детьми или всей семье // Рождаемость и семья в России. Материалы научно-практической конференции “Демографическое развитие России в XXI веке: стратегический выбор и механизмы осуществления”. Москва, 9-10 июня 2006 г. С. 59-60.

[12] Население России 2012: двадцатый ежегодный демографический доклад / отв. ред. А. Г. Вишневский; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». — М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2014. С. 218-228.

[13] Сулакшин С.С., Деева М.В., Бачурина Д.В., Бобров Е.В., Куропаткина О.В., Нетесова М.С., Репин И.В.  Проблема инокультурной ювенальной юстиции в современной России. М.: Научный эксперт, 2012.