Слив в Вильнюсе: спецпосланник Трампа приполз с унизительной оплеухой от литовской премьерши
Спецпосланник президента США Джон Коул, после очевидных достижений, которых ему удалось достичь в марте в диалоге с Минском, предпринял попытку развить успех и на Вильнюсском направлении. Но там он потерпел унизительное поражение, что было своеобразно отмечено 1 апреля в ходе телевизионного выступления премьера Литвы Инги Ругинене. Впрочем, склонность подтрунивать над американцами у литовцев обнаружилась неспроста.
О причинах, по которым Вильнюс позволяет себе с легкостью ставить крест на замыслах американских стратегов, «Московский Комсомолец» спросил у Олега Неменского, руководителя Центра исторической политики Российского института стратегических исследований.
- Из заявления премьера Литвы Инги Ругинене следует, что Вильнюс выполнять настоятельную просьбу Джона Коула явно не торопится. Кто или что мешает Литве выполнить пожелание американцев о налаживании отношений с Белоруссией?
- Проблема в целом западной политики в отношении Белоруссии в том, что она всё время разрывается между двумя альтернативами. Либо работать против Лукашенко, радикально разрывая любые контакты с официальной Белоруссией, вводя против неё санкции и всячески поддерживая оппозицию, либо взаимодействовать с белорусскими властями с тем, чтобы притянуть Белоруссию к себе выгодными предложениями, так или иначе проводя мягкую европеизацию.
Так как Запад никак не может определиться, какая стратегия эффективнее, то периодически он переключается с одной на другую. Что доставляет большой дискомфорт таким странам, как Литва, которая, собственно, и проводит значительную часть европейской политики в отношении Минска. Но проводить одновременно и ту, и другую политическую линию она не может.
После двадцатого года однозначно была выбрана, с подачи западных же партнёров, в том числе и США, линия на радикальное неприятие официальной Белоруссии, белорусской политической системы, на непризнание Лукашенко. А предложения, которые, очевидно, звучат сейчас с американской стороны, идут вразрез с той политической линией, которую проводит Вильнюс. И, конечно, он упирается, так как это ломает всю его политику и, собственно, в Вильнюсе не знают, как можно проводить и ту, и другую линию параллельно.
Они упираются, но я думаю, что сейчас у Америки нет возможности заставить их переключиться на новую стратегию, так как всё-таки Литва сейчас более ориентирована на европейских партнёров.
- То есть пока исполнение этого пожелания Коула, как теперь образно выражаются, поставлено на паузу? До подтверждения изменения стратегии или ситуации, с ограниченной свободой рук у США?
- Нет, думаю, что просто есть глухое сопротивление Литвы попыткам изменить её политику в отношении Беларуси. Я думаю, у Литвы есть возможность увильнуть от всех этих требований и подождать ещё несколько лет, пока позиция США не изменится.
- В смысле они надеются на приход в США демократической администрации на смену республиканской?
- Да, либо изменение позиции представителей республиканцев.
Московский комсомолец
06.04.2026
Поделиться
Неменский Олег Борисович
руководитель Центра исторической политики
Слив в Вильнюсе: спецпосланник Трампа приполз с унизительной оплеухой от литовской премьерши
О причинах, по которым Вильнюс позволяет себе с легкостью ставить крест на замыслах американских стратегов, «Московский Комсомолец» спросил у Олега Неменского, руководителя Центра исторической политики Российского института стратегических исследований.
- Из заявления премьера Литвы Инги Ругинене следует, что Вильнюс выполнять настоятельную просьбу Джона Коула явно не торопится. Кто или что мешает Литве выполнить пожелание американцев о налаживании отношений с Белоруссией?
- Проблема в целом западной политики в отношении Белоруссии в том, что она всё время разрывается между двумя альтернативами. Либо работать против Лукашенко, радикально разрывая любые контакты с официальной Белоруссией, вводя против неё санкции и всячески поддерживая оппозицию, либо взаимодействовать с белорусскими властями с тем, чтобы притянуть Белоруссию к себе выгодными предложениями, так или иначе проводя мягкую европеизацию.
Так как Запад никак не может определиться, какая стратегия эффективнее, то периодически он переключается с одной на другую. Что доставляет большой дискомфорт таким странам, как Литва, которая, собственно, и проводит значительную часть европейской политики в отношении Минска. Но проводить одновременно и ту, и другую политическую линию она не может.
После двадцатого года однозначно была выбрана, с подачи западных же партнёров, в том числе и США, линия на радикальное неприятие официальной Белоруссии, белорусской политической системы, на непризнание Лукашенко. А предложения, которые, очевидно, звучат сейчас с американской стороны, идут вразрез с той политической линией, которую проводит Вильнюс. И, конечно, он упирается, так как это ломает всю его политику и, собственно, в Вильнюсе не знают, как можно проводить и ту, и другую линию параллельно.
Они упираются, но я думаю, что сейчас у Америки нет возможности заставить их переключиться на новую стратегию, так как всё-таки Литва сейчас более ориентирована на европейских партнёров.
- То есть пока исполнение этого пожелания Коула, как теперь образно выражаются, поставлено на паузу? До подтверждения изменения стратегии или ситуации, с ограниченной свободой рук у США?
- Нет, думаю, что просто есть глухое сопротивление Литвы попыткам изменить её политику в отношении Беларуси. Я думаю, у Литвы есть возможность увильнуть от всех этих требований и подождать ещё несколько лет, пока позиция США не изменится.
- В смысле они надеются на приход в США демократической администрации на смену республиканской?
- Да, либо изменение позиции представителей республиканцев.