Российский институт стратегических исследований

Украина.ru

Украина.ru

04.04.2024

Поделиться

Война с НАТО или нейтральная Украина. Сергей Ермаков о том, что ждет Россию и Запад в 2030 году

Сегодня Польша не готова сбивать "Кинжалы" возле Львова без поддержки НАТО. Но через 10 лет у Запада могут появиться силы более жестко противодействовать России.

Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал ведущий аналитик Российского института стратегических исследований (РИСИ) Сергей Ермаков.

Велика вероятность того, что российские войска, наступающие по всем фронтам, скоро будут у ворот Киева, написала газета The Times в конце марта. Поэтому, по мнению издания, нужно обязательно оказать денежную и военную помощь Украине, пока она не проиграла.

— Сергей Михайлович, в западной прессе много пишут о том, что армия Украины близка к поражению – без новых массовых поставок западного оружия. Что Россия начнёт наступление в конце весны и летом добьется больших успехов. Об этом говорят также западные политики, а им поддакивают украинские коллеги. С чем это связано?

— В западном политическом спектре мнений действительно присутствуют такие панические настроения. Да, именно об этом пишут как в европейской прессе, так и в американских ведущих СМИ.

Связано это, думаю, с объективной оценкой происходящего в рамках спецоперации (СВО). Заканчивается зимний период, начинается весенне-летняя кампания на театре военных действий. Происходит методичное поступательное продвижение России по всем фронтам. На Западе понимают, что без существенных вливаний в украинские вооруженные силы (ВСУ) ситуация неизменна.

Преимущество ВС РФ нарастает, в первую очередь, за счет того, что российская "оборонка" работает более эффективно и слаженно, чем западные кураторы Киева. Проседание с поставками западных вооружений напрямую влияет на возможность ВСУ противостоять нашей армии. Задачи СВО, по мнению Запада, рискуют быть выполнены.

То есть у России есть все шансы демилитаризировать и денацифицировать Украину. С этим, как вы верно заметили, соглашается большинство западных политических экспертов разного спектра. Это для наших противников серьезный экзистенциальный вызов.

Поэтому они паникуют и пишут, что Россия не остановится, что под угрозой оказались якобы страны НАТО. Всплывает любимая тема, особенно в Прибалтике и Польше — тема захвата Россией Сувалкского коридора. Западники пугают друг друга, что мы дойдем до Ла-Манша.
Но есть более страшная угроза для Запада, которую там осознают, но мало говорят об этом открыто. Авторитет и политический статус России настолько выросли, что это серьезный удар для всего западного политикума. Это изменит весь политический ландшафт Европы. Вот о чем они сильнее всего беспокоятся.

В Европе растет влияние ультраправых и ультралевых партий, которые делают ставку не на глобальные перспективы, а на национальные интересы. Это и "Альтернатива для Германии", и партия француженки Марин Ле Пен, и течение Герта Вилдерса из Нидерландов, который, можно сказать, одержал победу на парламентских выборах, набрав серьезное количество голосов. В Словакии, Венгрии, Чехии, Италии эти силы набирают популярность.

Таким образом, вся глобалистская политика, направляемая США как лидером этого, начинает подвергаться основательной ревизии. Поэтому сейчас для Запада важно не допустить выполнения целей СВО и удержать Украину в поле своего политического влияния. Это для них ощутимый вызов и сильная головная боль.

— Пошлют ли союзники Украины войска для защиты Киева? Что будут делать исходя из ситуации с потерей своего контроля?

— Пока об этом речи не идет. Пока идет лишь подготовка. Надо понимать, что мы говорим не только о военной помощи со стороны стран НАТО.

Начиная с предыдущего председателя Еврокомиссии Жан-Клода Юнкера, а сейчас уже под руководством Урсулы фон дер Ляйен активно продвигается милитаристская политика и в ЕС. Напомню, что в договоре государств союза есть статьи, которые напрямую отсылают к вопросам политической безопасности и участия стран – членов ЕС в военной помощи.
То есть, конечно, приоритет остаётся у НАТО, но именно в рамках Евросоюза сейчас развиваются наиболее действенные программы по оказанию военной и военно-технической помощи Украине.

НАТО выводят как бы в тень, поскольку Запад до сих пор опасается прямого столкновения с Россией. И правильно делает. Не с точки зрения того, что у нас есть агрессивные планы против них. Здесь другое — у них просто нет ресурсов соперничать с нами в военном отношении.

Там и это тоже прекрасно понимают, умеют считать адекватно, реально, а не по military balance и красивым табличкам. Потому что количество военной техники, условно приписываемой к передовой, не всегда соответствует количественным и качественным показателям подготовленности вооруженных сил.

Однако нам необходимо понимать, что на рубеже 2030 года у НАТО могут появиться силы более жестко нам противодействовать и срывать планы. Пока же все развивается в политической плоскости в рамках ведения войны в серой зоне.

Соответственно, главное для них сейчас, о чем говорят в том числе выступления Макрона, чтобы ответ был с той части Украины, которая контролируется Западом. То есть Украина должна иметь выход в Черное море.

Здесь стоит вспомнить как раз опасения профессора Чикагского университета Джона Миршаймера, который предостерег, что Россия заберет у Украины еще четыре области, оставив от страны недееспособное государство-обрубок. И вот если Украина будет обрубком — она Западу неинтересна.

Поэтому главная цель у них сегодня — как-то оснастить Украину, чтобы обеспечить ей переговорные позиции. И тем самым на какое-то время оттянуть большой конфликт [с Россией], с тем чтобы Украина на этот период времени получила выход в Черное море.

— В НАТО обсуждают использование средств ПВО на территории стран альянса — для перехвата наших ракет в приграничных областях западной Украины. Что будет, если Patriot из Польши собьет "Кинжал" возле Львова?

— Теоретически это возможно. С нашей стороны недавно были критические заявления в адрес польских властей, что они могли сбить наш летательный аппарат.
Поляки, дескать, сопровождали нашу ракету, но не решились уничтожить. И она благополучно вернулась на свою траекторию, ушла в пространство Украины и там выполнила свою задачу.
[В конце марта Варшава объявила, что русская ракета во время ударов по Львовской области якобы залетела в воздушное пространство Польши на 30 секунд. Как сообщается, польские власти подняли в воздух два истребителя F-16].

То есть Запад пока не готов [уничтожать наши ракеты]. Поскольку никакой пятой статьи устава организации в этом случае применяться не будет. Об этом достаточно четко заявляется на натовских официальных площадках. 

Если страна НАТО вдруг решит помочь Украине защитить ее пространство таким образом (сбив нашу ракету), с военной и правовой точки зрения она вступит в конфликт на стороне Украины. При этом союзники по НАТО оставляют ситуацию на усмотрение и ответственность "страны-защитницы". То есть никакой поддержки со стороны альянса не будет.
Поэтому, я думаю, вряд ли без каких-то особых гарантий [со стороны НАТО] какое-то западное государство решится на подобный шаг. Конечно, они могут пробные шары или что-то подобное запускать — посмотреть на нашу реакцию. Но дальше этого дело не пойдет.

Тем не менее в Румынии на перспективу на территории существующего военного объекта вблизи коммуны Михаила Когэлничану на черноморском побережье строят базу НАТО. Это будет большой гарнизон, который должен вмещать до 10 тысяч военнослужащих. Понятно, что это авиабаза, но ориентированная и на выполнение задач ПВО.

Строительство там достаточно долгое. Срок вступления базы в полный функционал — 2040 год. То есть, повторюсь, это пока что на перспективу.

— Саммит НАТО в Вашингтоне должен пройти с 9 по 11 июля. В каком ракурсе там может обсуждаться данный вопрос?

— Нужно внимательно следить, какие решения в этой области будут приняты там. Но вряд ли они будут говорить о переходе НАТО на открытую конфронтацию с Россией.
Скорее, думаю, речь будет идти о том, что альянсу необходимо готовиться к войне с РФ в будущем, а сейчас следует занять выжидательную позицию. И всячески использовать Украину, ее вооруженные силы и народ в качестве своего прокси в борьбе против нашей страны.

В экспертной среде [на Западе], к сожалению, все чаще слышны "смелые" голоса, которые призывают к отторжению, как они считают, ложного и навязанного им Москвой тезиса неэскалации конфликта на Украине. Они призывают в том числе к тому, чтобы самим чертить красные линии. Однако таких сторонников на Западе пока что немного.

— Вернемся к заявлениям профессора Миршаймера. Выступая на саммите Rising Bharat в Нью-Дейли, он заявил, что Украине никогда не стать частью НАТО, а США, в свою очередь, нужно прекратить оказывать ей какую бы то ни было помощь. Как считаете, может ли Запад пойти на это сейчас: нейтральная Украина и никаких денег ВСУ?

— Представители школы политического или наступательного реализма в США тоже говорят об этом — не только Миршаймер.

Цели Запада о том, что Украина гипотетически может стать членом НАТО — это слишком размытое понятие. Большинство ведущих западных экспертов так или иначе отвергают идею того, что Украина в среднесрочной перспективе может получить полноправное членство в альянсе.

Обозреватель Foreign Policy Стивен Уолт, выступая независимо, подтвердил позицию Миршаймера. Он заявил, что концепция распахнутых дверей НАТО неправильная. Необходимо говорить не об открытых, а о приоткрывающихся дверях — когда это выгодно альянсу, его лидерам и есть консенсус внутри союзников.

Пример тому Финляндия и Швеция. Вроде бы непроблемные страны, которые с точки зрения военных потенциалов добавляются в НАТО, но с приемом в блок у них возникли сложности.
То есть о приеме Украины в НАТО никто не думает, а все гарантии будут носить частичный характер. Будут определены условия, на которых эти гарантии будут задействованы. И автоматически никто не будет применять военную силу и посылать свои собственные кадровые военные подразделения на территорию Украины.

На счет этого, как мне кажется, сейчас есть консенсус в западном экспертном сообществе — по разным причинам. Кто-то боится связываться с Россией. Кто-то просто считает это глупой затеей, полагая, что необходимо выстраивать систему европейской безопасности на иных отношениях — включать как раз в эту систему Россию. Но пока что, видимо, не хватает сил у Запада на все это.

Что касается нейтрального статуса Украины и возможности Запада допустить такой сценарий. Здесь важно понять, что это если случится, то будет носить временный характер. Повторюсь, любое свое поражение Запад будет трактовать как серьезную неудачу с последствиями в виде перестройки политической жизни Европы. То есть популяризации сил в ЕС, которые считают, что авторитет России вырос, и могут ориентироваться на Москву в большей степени.
Это сильно подорвет существующие позиции США на Западе, в том числе повестку так называемых глобалистов, через которых действует Америка. Это серьезный вызов для них.
Поэтому, если в перспективе они и пойдут на такой шаг [нейтральная Украина], это будет скорее тактическая уступка. Тогда надо понимать, чем будет гарантирован такой статус Украины.

Та же Швеция, например, будучи более 200 лет нейтральной страной, заявила два года назад, что хочет вступить в НАТО. И, формально оставаясь в статусе нейтральной державы, за два года она фактически интегрировалась в командно-штабную структуру альянса.

Поэтому в случае с Украиной надо понимать, что Запад может объявить ее нейтральный статус, при этом втягивая страну, пускай не в НАТО, но в инструменты ЕС. Формально это одно и тоже: военная машина ЕС, конечно, опирается на натовские стандарты и средства. То есть фактически управляется американцами.

Конечно, такой "нейтральный" статус [Украины] нас не устраивает. Что он меняет?
Получается, пустить Украину всю в НАТО или ЕС сейчас западникам кажется слишком опасно. По словам Миршаймера, Украина как обрубок тоже Западу не нужна. В свою очередь, достаточно сильная, имеющая возможности для развития, наращивания, в том числе военного наступательного потенциала, Украина нас не устраивает.

По сути все это фактически возвращает нас к целям СВО. Это денацификация. На Украине должна произойти политическая перестройка, чтобы исключить реваншистские настроения в адрес России и прихода к власти русофобского националистического режима.

И демилитаризация. Чтобы не было никаких попыток восстановить выпуск на Украине под различными предлогами наступательных вооружений, которые угрожают и России, и нашим союзникам, в том числе Белоруссии.

— Как мы будем реагировать и что будем делать, исходя из всего вышесказанного?

— Нам остается посрамить западных скептиков и подтвердить позицию их коллег, мыслящих более адекватно и рационально. И дальше строго и методично выполнять свои цели, понимая, что именно это дает основание Западу правильно оценивать свои силы и осознавать, что дальнейшее вложение в проект "Украина" для них бессмысленно.
Они должны усвоить, что нужно договариваться о новой структуре безопасности, о вложении неоправданных огромных сил и средств на Украину.

Важен еще один аспект — когда мы говорим о том, почему они помогают Украине и отдают туда деньги. Эту мысль четко выразил мысль Джеймс К. О'Брайен — американский юрист и дипломат, который занимал должность помощника госсекретаря по европейским и евразийским делам.

Он сказал, что боевые действия на Украине и оказание ей помощи, чтобы она могла как можно дольше противодействовать России, это выгодная сделка для Соединенных Штатов Америки. Но как только Россия продвинется к достижению целей СВО и победа будет за нами — ни о какой выгоде уже разговоров не будет. Вот и все.

И тогда позиция Запада, в том числе переговорная, будет меняться.
Я не особо верю в страшилки, что европейские армии встанут на стороне Украины. Но это не означает, что там не будет западных наемников, работников спецслужб, спецназовцев, которые оказывают помощь и взаимодействие, корректируют систему командного управления ВСУ. Это, конечно, все есть и будет.

Возможно, чтобы показать системность и эффективность, несколько усилятся масштабы по передаче ВСУ западной сложной военной техники, но вряд ли речь идет о передовых вооружениях, таких как F-16.

Конечно, мы на это будем реагировать и, как сказал президент, уничтожать центры принятия решений и все военные средства, которые Запад затащит на территорию Украины. А также всех представителей военных структур, которые будут оказывать содействие Киеву в использовании иностранных вооружений.