Хотя нет: научившееся на горьком опыте человечество для войны установило хоть какие-то правила. В истории же, как показывает практика, воистину все средства стали хороши.

Одним из самых «лихих» бойцов на этом фронте стала сегодня Польша. Достаточно вспомнить высказывание министра иностранных дел этой страны Гжегоша Юлиуша Схетыны о том, что лагерь смерти Аушвиц-Освенцим освобождали «Первый украинский фронт и украинцы».
Причем последовавшие неуклюжие попытки замазать негативное впечатление от этих слов только подтверждали очевидное: польский министр иностранных дел целенаправленно исключил Советский Союз из числа победителей войны – и даже ее участников. Очевидным подтверждением этого стало еще одно высказывание Схетыны: что-де не следует отмечать День Победы в Москве – это, мол, «не является естественным».
Основная проблема, однако, в том, что подобного рода тезисы не являются единичным или случайным явлением в польском политикуме. С начала 2000-х годов польский парламент принял сотни постановлений, толкующих и трактующих историю. Причем основным объектом нападок является Россия.

Вот только последние примеры.

Депутат польского Сейма Ярослав Зелиньский внес на рассмотрение законопроект об объявлении 12 июля «Днем памяти жертв «Августовской облавы» 1945 года». Этот документ можно было бы также назвать «Нам мало одной Катыни». Ибо в нем, по сути, предлагается установить сонм новых национальных «мучеников» – уничтоженных и задержанных при зачистке Августовских лесов в июле 1945 года «аковцев». То есть давно скатившихся в откровенный бандитизм боевиков Армии Крайовой, подчинявшихся эмигрантскому и люто антироссийскому польскому «правительству в изгнании» и изо всех сил вредивших тылам Красной Армии еще во время борьбы с гитлеровцами.

Как вредивших? О, этому есть масса свидетельств! Причем строго документальных. Более того – опубликованных недавно на сайте Росархива. Если коротко: нападали, убивали, взрывали, грабили тех, кто спас поляков от гитлеровцев. Но примечательно другое: сегодня упоминание об этих фактах, прозвучавшее в интервью руководителя Росархива Андрея Артизова «Российской газете», вызвало нервную и едва ли не яростную реакцию польских политиков.
Нет, польские политики при этом не оправдываются. Они оправдывают. Оправдывают все те злодеяния «аковцев» Варшавским восстанием, Катынью, Сибирью, подавлением восстаний, разделом Польши, отторжением Кресов Входних /Восточных/ – то есть нынешних западных территорий Белоруссии и Украины…
В общем, исторические претензии польской политической элиты уходят настолько далеко в глубь веков, что становится очевидным: дело не в нынешнем обострении международной обстановки и не в продолжении «гибридной» войны средствами мифотворчества. Дело в давних, застарелых, даже заскорузлых – вплоть до паранойи! – исторических счетах польских элит к России, к русским.

И что же с этим теперь делать? Ведь соседи!

Обмен мнениями по этому вопросу организовали Российский институт стратегических исследований /РИСИ/ и Зиновьевский клуб МИА «Россия сегодня», пригласившие ряд видных экспертов по польскому вопросу на круглый стол. Польских историков пригласили тоже. Не явились.

Оказывается, это сегодня закономерно. По свидетельству принявшего участие в дискуссии эксперта Зиновьевского клуба, доктора исторических наук Олега Назарова, «предметной дискуссии не получается, и не получается по вине польской стороны» уже достаточно долгое время. Объяснение историка: «Искать ответы на неприятные для себя вопросы Варшава категорически не хочет».

Она предпочитает обвинять.

Сегодня, в преддверии 70-летия Победы, основное внимание в этих атаках, конечно, уделяется Второй мировой войне. Главный тезис – в том, что СССР поляков в 1945 году, по их мнению, не освободил, а оккупировал. И оккупация эта длилась до 1989 года.

При этом историческое сообщество помнит, что польские коллеги как-то, не сумев найти достойные ответы на логичный вопрос, в чем именно выражалось подавление Польши во времена СЭВ и Варшавского договора, заявили незатейливо: нам не было дано права на конфликт с Россией! Не дали полной свободы!
Именно поэтому, по утверждениям российских историков, поляки буквально ненавидят советский, а ныне российский тезис о том, что Красная Армия освободила Польшу. Ибо если так, то рушится вся историческая концепция ХХ века в нынешней польской историографии. Той, где героическая угнетенная Польша, сжимая кулаки, неустанно боролась против московской оккупации и, наконец, победила!

Получается, что память о войне в сознании поляков уже переформатирована! Из победителей, чей государственный флаг также резвевался над Берлином, они превратились в побежденных. И вот результат: согласно статистике, ныне только 25 проц поляков помнят, что их страна была в числе победителей во Второй мировой войне!

Какова же цель такого переформатирования?

Перенести акцент с конца войны на начало, отвечает начальник сектора европейских стран СНГ и Балтии РИСИ, доктор исторических наук Оксана Петровская. То есть уйти от совместной победы над Германией к тезису о том, что в 1939 Советский Союз вместе с Германией напал на Польшу. А в перспективе – убедить Россию признать свою вину перед Варшавой. И в конечном итоге добиться хотя бы через такой механизм ослабления позиций России на международной арене.

В целом польская историческая политика стала сегодня для поляков главным нервом их национальной политики. Ее основная цель – сознательное внушение всем странам комплекса вины перед Польшей. И врагам, и друзьям. Всем, с кем Польша имеет дело, она постоянно навязывает комплекс вины. Сама же она выступает в этой картине мира и мессией, и страдальцем.

Таким образом, прошлое выступает в виде компенсационного механизма по отношению к нынешнему положению польского государства, далекому от прежнего мнимого блеска. Ибо есть еще один комплекс в глубине души современного тамошнего политикума. Историки убеждены, что в основе польской исторической памяти и польской идентичности не просто ностальгия по Кресам Всходним, а прежде всего безоговорочное признание прав Варшавы на Восточные Кресы.

И именно поэтому сверхзадача ведущейся польскими историками и политиками полемики на исторические темы – быть постоянно действующим инструментом в политике концентрации Восточной Европы вокруг Польши. Это попытка подмять исторический материал под польский имперский проект.

А посему компромисс не нужен, да и невозможен. Поляки не готовы ни на какой компромисс, свидетельствуют специалисты РИСИ, внимательно анализирующие извивы польской исторической мифологии. Поляки не приемлют российскую политику, предлагающую оставить историю историкам и сосредоточиться на нынешнем дне. Поляки защищают историю именно как часть своей политической повестки дня.

Так что же делать?

Директор РИСИ Леонид Решетников отвечает на этот вопрос однозначно: «Польская историческая пропаганда заслуживает не только анализа и изучения, но и отпора». В том числе и в интересах самих поляков. Ибо, по мнению Решетникова, «есть две Польши», и там «немало людей, которые заинтересованы в развитии отношений с Россией». Очернение, шельмование нашей страны не дает им возможности действовать открыто, вынуждает молчать, уходить в тень.

«Люди, которые за нас, страшно запуганы. Они по-настоящему ощущают себя под давлением диктатуры. Диктатуры идеологии, навязываемой общественному сознанию», – формулирует историк.

Каким же должен быть отпор этой диктатуре с нашей стороны? Конкретно?

Прежде всего – хватит молчать, считает Олег Назаров. «Это не тот случай, когда молчание золото, – убеждает он коллег. – На хамство польской стороны надо реагировать быстро, жестко, аргументированно. Каждый, кто бросит камень в наш огород, должен знать, что этот камень превратится в бумеранг, который вернется обратно. Только обороняясь, никакой войны выиграть невозможно. Мы должны навязывать нашим западным партнерам нашу повестку дня. Пусть польским властям чувство благодарности советским воинам не знакомо. Но нам все равно надо чаще напоминать полякам, что жизнь их дедам спасли не американцы, англичане или Армия Крайова. Это сделали советские солдаты».

Однако и это – энергетика и наступательность – не средство убедить в чем-то поляков! «Не надо иллюзий, – заявил один из участников круглого стола, – никакие факты и исследования их не переубедят. Они всегда будут противоречить тому, что предлагает Россия, что отстаивает Россия и на чем стоит Россия».

И привел пример того, что и как говорится во время экскурсий в музее Варшавского восстания. По словам экскурсоводов, восстание подняли, чтобы доказать проклятому Сталину, что поляки могут освободиться и без него и его помощи; и тут же звучит второй тезис: Сталин проклят потому, что не помог нам освободиться!
Раздвоение сознания, шизофрения? Нет, простая и цельная платформа: Сталин проклят в принципе. За все. А надо ли говорить, что дело не в Сталине, а в том, что он олицетворяет – в вечном враге с Востока…

Разговор об исторической правде становится в этих условиях гипертрофированно-бессмысленным, делают вывод эксперты. Теперь наши ответные жесткие реакции будут выглядеть неадекватно. Надо не переубеждать врагов, которых переубедить нельзя. Надо ориентироваться на наших друзей, союзников, потенциальных партнеров. На наше собственное общество, в конце концов!

К этому выводу в конечном итоге и подошла дискуссия историков. Как сформулировал выводы специалистов директор РИСИ, «основная мысль, которая родилась здесь, – в дискуссии с поляками по исторической памяти, по историческим событиям; наш адресат – наши люди, россияне». «Надо учитывать, что польская политика исторической памяти направлена не только на их, польское, население, но и на наше, – напомнил Леонид Решетников. – А между тем эта политика вписывается в рамки общей русофобской линии современного Запада. Таким образом, она направлена против нашего населения!»

«Мы не ставим перед собой задачу убедить польских историков, журналистов, публицистов, трактующих историю в антироссийском, антирусском духе, в том, что они не правы, – подчеркнул глава РИСИ. – Захотят – сами убедятся. Наша главная задача – наш народ, наше население. Для него нужна историческая правда, историческое просвещение. Пора нам его активизировать – и в плане развенчания мифов, и в плане ознакомления с реальной историей».

С этим никак не поспоришь. Это уже война. Информационно-политическая во всяком случае. А местами уже и «горячая». Пора и нам переходить к жесткой политике по отстаиванию историко-культурных основ нашего общества.
Так говорят историки. Кабинетные, казалось бы, люди…

Александр Цыганов, обозреватель ТАСС –0–